Читаем без скачивания Совушка ее величества - Елена Кароль

Восторженно рекламируя мне действительно красивый город с жарким и сочным восточным колоритом, который мы рассматривали с крыши двухэтажного здания, где вышли из портала, попутно Марри обмолвилась, что этот дом принадлежит ей и она периодически им пользуется, когда нет желания возвращаться в замок, расположенный в Северных горах.

– Кстати, чтобы не возникло недоразумений, постарайся не отставать. Я, конечно, без труда найду тебя по зову крови, но лучше не рискуй – местные порой бывают такими горячими… – Многозначительно хмыкнув и попутно откровенно намекнув, чтобы я даже не думала сбежать, ба отправилась вниз по лестнице, примыкающей прямо к крыше. – Не удивляйся, соседи знают, кто я, и давно уже не обращают внимания на некоторые странности, происходящие в моем доме. Идем, дорогая, мир соблазнов ждет нас!

И мы пошли.

Уже поздно ночью, уставшая как физически, так и морально, я потихоньку перебирала в памяти эпизоды нашей прогулки, затянувшейся на много часов. Сначала мы, как и планировала ба, посетили торговые ряды с ювелирными украшениями. Там меня всю обсмотрели, забросали комплиментами, несколько раз предложили руку, сердце и прочий ливер, а заодно одарили (это уже ба) несколькими изящными, но при этом безумно дорогими «безделушками», как ехидно выразилась драконица. Первым делом она приобрела для меня сапфировый гарнитур, состоящий из кольца, сережек, браслета и ожерелья. Затем ей показалось этого мало, и она, истинно по-женски капризничая и препираясь с пожилым ювелиром, мол, из всего предложенного ничего меня не достойно, остановила свой выбор на диадеме, выглядевшей точь-в-точь как моя драконья корона: пять изящных зубчиков на серебряном ободке, сплошь усеянных сапфирами и бриллиантами.

Я бы и рада была отказаться, но мне очень вежливо предложили заткну… помолчать и не мешать ба баловать свою малышку.

Затем, когда ба вдоволь наслушалась комплиментов от ювелира, что она невероятно прекрасна и вообще годится мне не больше чем в старшие сестры, а никак не в бабушки, мы отправились в лавки, как торгующие готовыми платьями и прочей женской одеждой, так и принимающие заказы на изготовление.

Там мы провели еще как минимум четыре часа, пока меня измеряли, вертели, примеряли и прочая, и прочая… Оттуда я практически выползла, но при этом стала богаче на целый гардероб, из которого запомнила от силы пару вещей. Остальное ба выбрала без моего участия, лишь кивая или отрицательно мотая головой во время примерки.

А после мы отправились в сауну…

О да-а-а! Вот в этом месте я просто отдалась в руки профессионалок и предпочла выкинуть из головы все лишнее, потому что девочки-демоницы были великолепными массажистками, а также мастерами маникюрного-педикюрного и косметического дела.

Тело расслабилось, блаженствуя в неге, а мозг иногда ловил слова отдыхающей рядом ба о том, что уже завтра мы приступим к изучению моих возможностей, а также попутно изучим мир и здешних аборигенов. Когда она начинала достаточно пренебрежительно, а иногда и с брезгливостью рассуждать об остальных расах и их особенностях, я предпочитала мило улыбаться и кивать, но поступить хотелось совершенно иначе.

Но кто я такая, чтобы спорить с самой ба?

Всего лишь ее искусственная внучка, не более.

И вот теперь, когда она выполнила программу-минимум по расслаблению и мы смогли вернуться в замок в горах, я безучастно лежала на спине в своей огромной кровати, невидящим взором смотрела в расписной потолок и почему-то думала о том, что в этой кровати чего-то не хватает.

Точнее, кого-то.

И, к сожалению, этого самого кого-то я не увижу еще три месяца… Справлюсь ли?

Буду надеяться, что да.

А все потому, что очень хочу вновь увидеть его абсолютно черные глаза. Глаза, в которых отражаюсь я.

Глава 18

Утро наступило неумолимо, и так же неумолимо наступило время максимально собраться и приступить к своим непосредственным обязанностям, а именно к учебе. Разумеется, учеба должна была сопровождаться прилежным поведением. На этот счет у ба были свои, индивидуальные представления, которые, к моему безмерному удивлению, оказались довольно легки для моего восприятия. В этом отношении Юмирай был более строг и требователен.

Так, ба разрешала мне носить то, что удобно мне, но в пределах купленного, а это было уже неплохо: платья свободного кроя, в большинстве своем до колена, сарафанчики, кофточки, брючки. Кстати, брючки бабуля тоже очень уважала, а все потому, что предпочитала удобство красоте. А вот маек и шорт у меня в гардеробе не было – это даже для эксцентричных и свободолюбивых драконов оказалось чересчур.

К манерам ба была тоже не слишком требовательна и поучала меня постольку поскольку, не слишком зацикливаясь на реверансах. В одном она была непреклонна – никакой ругани и тем более матерщины, а одна лишь неизменная вежливость в общепринятом смысле и абсолютное послушание ей как главе рода.

– Милая, ты можешь мысленно расчленить меня, как тебе вздумается, но внешне ты должна держать лицо даже тогда, когда это кажется невозможным, – периодически повторяла Марри, когда раз за разом у меня не получалось самостоятельно выполнить оборот в дракона и обратно. – И не злись из-за ерунды, поверь, есть вещи намного более страшные и неприятные, чем самый обычный оборот. А теперь собралась!

Да собралась я…

В итоге обернуться туда и обратно без ее помощи я смогла лишь к концу недели, и то только потому, что мне в этом помогла сова. Пушистая северная подруга прилетела ко мне на второй день и, с молчаливого согласия ба, осталась жить со мной, либо общаясь мысленными образами, либо просто эмоционально поддерживая, когда у меня опускались руки.

А еще была проблема с одеждой. Если ба могла оборачиваться прямо в ней и наряды не рвались и не портились, то у меня это получалось через раз. В итоге я предпочитала ходить в легких туниках, чуть прикрывающих попу, которых ба накупила с запасом – почему-то именно они сохранялись после двойного оборота максимально целыми.

– Виктория! Не спи!

Вздохнув, я повернула голову к ба и попыталась взглядом выразить вопрос. В драконьем теле я не могла разговаривать и в итоге отрабатывала выразительность взгляда и мимики, потому что телепатию мы еще не изучали.

– Сегодня мы с тобой будем летать. И, кстати, учти: если упадешь, то не убьешься, но при этом очень сильно переломаешься. Помогать в оздоровлении не буду, – стоя на одном из самых широких карнизов замка, ба наставила на меня указательный палец, а затем обвела окрестные горы рукой. – Сначала полетим на юг, вдоль хребта, а затем повернем на запад. Там очень удобный спуск и неплохие солнечные долины. Давай, девочка, не ленись, мы и так опаздываем. А теперь смотри внимательно и повторяй за мной.

Ба обернулась за секунду и, размяв крылья, в три огромных шага разбежалась и взмыла в небо.

М-да-а-а…

Страшно.

– Угрл?

Совушка, устроившаяся у меня на голове, потерлась носом о гребень, настраивая на позитив и придавая некоторую уверенность, которой мне катастрофически не хватало. Черт возьми, Марри ведь не шутила, когда сказала, что не будет лечить! После нашей первой драки, когда она залечила руку и бедро, ба заявила, что не собирается тратить на меня свои силы, и если в следующий раз я травмируюсь, то придется исцеляться самостоятельно.

Чем не стимул научиться всему необходимому?

Ладно, собралась.

Искоса глянув на закладывающую крутой вираж недовольную бабулю, я расправила крылья, чтобы прочувствовать каждый их сантиметр, затем повела хвостом, потянулась… разбежалась и взмахнула крыльями.

О господи! У меня получилось! Уи-и-и!!!

Это же так просто!

Взмах, еще взмах… всего за минуту я поднялась намного выше кряжа и, отдавшись во власть ветра, продолжила расслабленно планировать. Невероятное ощущение свободы! Пьянящее чувство величия и всемогущества! Просто фантастика!

С интересом рассматривая снежные шапки гор, где жила уже неделю, я все никак не могла насладиться волшебством полета. И даже ба, периодически рассерженно пролетающая мимо и пытающаяся намекнуть, что пора отправиться по оговоренному ранее маршруту, не мешала заполнившей меня эйфории. Куда торопиться? Впереди – вся жизнь!

И вообще, это мой первый полет, и я хочу запомнить его! Запомнить эту свободу, эту силу, это могущество! Это единение с воздушной стихией! Не без ехидства радуясь, что не понимаю раздраженных рычаний ба и вообще «слегка туга на ухо», я все парила и парила, целиком и полностью положившись на генетическую память, ведь она намного лучше человеческого разума знала, как летают драконы.

А затем в меня что-то врезалось.

В первое мгновение я просто испугалась, потому что мой плавный полет оборвался в секунду, сменившись хаотичным падением и лихорадочными попытками восстановить воздушное равновесие, чтобы снова встать на крыло. А до острых скал было все ближе и ближе…