Читаем без скачивания Манюня - Наринэ Абгарян

-И что теперь делать?

-Нужно тысячу рублей выслать нам!

-Сколько? Зачем? Откуда?- испугалась мама.

-Займи и вышли,- зачастил папа,- тут круговая мафия, я позвонил Максу в Москву (Максим, папин двоюродный брат, был одним из лучших сыщиков МУР-а), он нажал на нужные рычаги, на нас вышли люди и потребовали тысячу рублей за то, чтобы вернуть машину. Макс сказал, что надо откупаться, иначе машину мы вообще никогда не увидим.

Через три дня наши горе - болельщики возвращались домой. Настроение было паршивое. Дядя Миша, после долгих раздумий, решил выступить с рацпредложением.

-Юра, может нужно освятить машину?

-В смысле освятить?- от неожиданности папа сбросил скорость.

-Ну… это… как оно у вас называется… ну когда приглашается священник, вроде с кадилом…

Папа моментально вызверился.

-Чтобы ни один мудило с кадилом на пушечный выстрел к моей машине не подходил, понял?

-Понял!- дядя Миша примирительно замахал руками,- что ж тут непонятного, всё понял!

Здесь надо сделать маленькое отступление и объяснить агрессивную реакцию моего отца. У папы были свои счёты с богом. Они друг друга, скажем так, недопонимали. Или играли в сломанный телефон, но папа никак не мог смириться с правилами игры. Дело в том, что папа всю жизнь мечтал о сыне.

-Вот родится у меня сын,- строил он планы,- достойный продолжатель рода, будет он мне другом, опорой и поддержкой!

Но боженька почему-то не считался с желаниями отца, и одну за другой посылал ему дочерей.

Когда родилась я, папа даже обрадовался.

-Вот!- сказал он,- план на девочку выполнен, следующим точно будет мальчик!

-Юра,- мама сунула ему в руки меня,- посмотри, как она на тебя похожа!

-Что, и нос будет как у меня?- испугался отец.

-Нет, что ты,- соврала мама.

-Слава богу,- обрадовался отец,- тогда назовём её Наринэ!

-Наринэ,- зашелестели эхом духи наших предков,- огненная.

-Не это имя нужно было ей давать,- вмешался дух прапрабабушки Сирануйш,- надо было назвать её…

-Шшшш,- зашикали на неё духи,- не вмешивайся…

Потом родилась вторая девочка. Папа ходил мрачнее тучи.

-Юра!- мама откинула уголок конверта новорожденной,- посмотри, какая чудная девочка, очень на мою маму похожа.

Папа взял девочку на руки, погладил по щёчке.

-И впрямь похожа,- вздохнул,- назовём её Каринэ.

-Каринэ,- от шёпота духов наших предков затрепетали шторы в больничной палате,- ликующая.

-Другое нужно имя,- снова вмешался дух прапрабабушки Сирануйш,- есть персидское красивое имя…

-Шшшш,- зашикали на неё духи моих армянских и русских предков,- какие такие персидские имена?

Потом родилась третья девочка. Папа места себе не находил, непрестанно курил, ругался куда-то вверх.

-Я у тебя чего-то невозможного прошу?- брызгал он слюной в небо.

-Юра,- мама сунула ему в руки девочку,- посмотри, какая она красивая, копия твоего отца.

Папа взял девочку на руки, долго вглядывался в лицо.

-И впрямь на отца похожа,- умилился он,- назовём её Гаянэ.

-Гаянэ,- заволновались духи наших предков,- земная.

-Имя – это сакральный код,- вмешался снова дух прапрабабушки Сирануйш,- оно должно символизировать…

-Что?- обернулись к ней духи.

-Твой посыл Вселенной,- зашептала Сирануйш,- девочку нужно назвать Сона. Сона в переводе с фарси означает «красивая». Но есть ещё второе значение этого слова - «достаточно».

-Подождите, но Сона - это армянское имя,- встряла прапрабабушка Тамара.

-Пф,- фыркнула прабабушка Вера,- есть хоть что-нибудь в мире, что не армяне придумали?

-Да ты что, Вера,- хохотнул прадед Иван,- вначале были армяне, и только потом - свет!

-Да где ты был, когда мы уже христианами были…- полезла в бой Тамара.

-Вооорс утееееееееееек*!- раздался грозный рык прапрадеда Пашо.

Все притихли.

-Развели тут курятник! Заткнулись все! Говори, Сирануйш!

-Спасибо Пашо, лучше бы ты при жизни так меня слушался,- хмыкнула Сирануйш.

-Вооооорс!- прогрохотал Пашо.

Сирануйш вздохнула.

-Если назвать девочку Сона, что в переводе с фарси означает «достаточно», то следом обязательно родится мальчик!

-Сона,- заволновались духи предков,- девочку нужно назвать Сона!

-Хорошо, пусть будет Гаянэ,- улыбнулась мама папе.

А потом мама забеременела в четвёртый раз.

-Бог любит троицу,- потирал руки папа,- три дочки у меня уже есть, теперь точно будет мальчик!

Однажды он ворвался в дом с большим топором наперевес. Мама обхватила руками живот и забилась в угол. Папа был явно не в себе, он отчаянно жестикулировал, нервно ходил лицом и всячески напоминал умалишённого.

-Вот!- тряс он томагавком над головой,- смотри, что я нашёл в лесу! Топор! Оружие! Это знак!!! Теперь точно будет мальчик!

Когда родилась четвёртая девочка, папа месяц с лишним ходил с немым вопросом на лице. Родные всерьёз беспокоились о его душевном равновесии, поили отваром пустырника и зверобоя, кормили валерьянкой.

-Юра,- мама подвела его к кроватке,- посмотри, как она на моего отца похожа!

-А что, она не могла быть мальчиком, похожим на твоего отца?- гаркнул отец.

-Она родилась с седой прядью в волосах,- заплакала мама.

-Да?- смягчился папа,- видимо знала, что я буду расстраиваться. Назовём её…

-Сона,- наклонилась к его уху прабабка Сирануйш,- назови её Сона, сынок.

-Мне кажется, её нужно назвать Сона,- сказала мама,- почему-то это имя пришло мне сейчас на ум.

-Ну наконец-то,- вздохнули духи наших предков.

-Ну наконец-то,- засмеялась Сирануйш.

Папа не умел слышать шёпота духов предков. И не замечал знаков судьбы в виде белой пряди волос в кудрях своей младшей дочери. Папа всю жизнь страстно мечтал о сыне. И затаил большую обиду на бога.

Дядя Миша уже крепко дружил с папой, когда родилась Сонечка. Дядя Миша наравне с отцом пил зверобой и закусывал его валерьянкой.

Вот почему, когда он предложил отцу освятить машину, тот моментально вышел из себя. Вот почему дядя Миша не стал спорить со своим другом, и всю оставшуюся дорогу они проехали в гордом молчании.

Когда папа довёз его до дома, дядя Миша повернулся к нему:

-Я продам своего Васю и закрою твой долг,- сказал он.

-Если хоть копейку мне принесёшь, я с тобой никогда больше здороваться не буду,- забарабанил пальцами по рулю папа.

Помолчали.

-Хоть бы в ничью сыграли эти идиоты,- вздохнул дядя Миша.

-Это ещё вопрос, кто тут идиоты,- сказал отец.

-Понимаешь, Надя,- рассказывала потом Ба,- это надо было видеть, сидят вдвоём в машине и хохочут в голос. С завываниями, охами-ахами, заламывая руки. Аж слёзы по лицу ручьём текут. Только и слышно сквозь смех – идиоты, идиоты. Я даже выходить к ним не стала, ждала, пока отсмеются. Идиоты, что с них взять!

21 Манюня едет на концерт

-Белый верх, тёмный низ, форма парадная! – метался по коридорам музыкальной школы обезумевший от волнения хормейстер Серго Михайлович,- девочкам обязательно повязать пышные белые банты, колготки тоже белые. Туфли чёрные!

Волнение Серго Михайловича легко объяснялось – завтра должно было состояться выступление учеников музыкальной школы № 1 города Берда в доме культуры села Мовсес. Выступление было приурочено к торжественной дате – пятидесятилетию формирования колхоза «Заветы Ильича», самого передового в нашем районе. Публика предполагалась соответствующая - исключительно труженики серпа и молотилки, а также члены их семей.

-Приедет делегация из соседнего Красносельского района,- Серго Михайлович заикался от волнения – Красносельский район Армении, издавна населённый ссыльными молоканами, славился на всю республику рекордными урожаями свёклы и кормовой репы. А также предполагается присутствие ответственных товарищей из Еревана и Тбилиси, и,- Серго Михайлович перешёл на благоговейный шёпот и показал рукой куда – то в сторону иранской границы,- Ставропольского края РСФСР!

Если бы Серго Михайловичу сообщили, что послушать выступление учеников нашей школы прилетают жители далёкой галактики Альфа Центавра, то волнения, поверьте, было бы меньше. Одно дело представители инопланетных, чуждых нашей партии и правительству идеологий, другое дело пятидесятилетие передового на весь район колхоза «Заветы Ильича»!

-Завтра с утра никто не пойдёт в школу, мы обзвоним ваших директоров и представим им список учеников, которые по положительной причине будут отсутствовать на занятиях! – наш дружный радостный рев заглушил на минуту голос Серго Михайловича, но хормейстер был стреляным воробьём – одним взмахом невидимой дирижёрской палочки он заставил крик захлебнуться в наших глотках,- с девяти утра и до часу дня мы репетируем в школе, потом все расходятся пообедать и переодеться! В три часа собираемся возле входа, там нас будет ждать автобус. Начало праздничного концерта - ровно в шесть! Опаздывать нельзя!