А вечером, когда глаза слипались от усталости так, что хоть спички вставляй, он спускался в кузницу, где рассказывал и показывал недоверчиво хмыкающим мастерам всё, что только и мог вспомнить из курса металловедения. И поскольку ни о каком легировании или цементировании железа здесь даже и не помышляли - простейшая закалка и всё - то откровения Александра поначалу восприняли скептически. И пришлось ему пожаловаться лорду Эрлику. Тот взъярился так, что почтенные мастера огребли розгами, да не легонько.
Немного отдохнувший к ночи механик снова проковывал и проковывал полосу железа. Посыпал вспыхивающей золотыми с зеленью искорками пыльцой одного растения, в котором заподозрил следы никеля, складывал заготовку пополам и снова проковывал - и так до тех пор, пока не надоело ему самому. Затем, крепко помня о том, что "вязкая сердцевина, калёная кромка", принялся подбирать способ закалки. Вспомненная из книг легенда, что дамасскую сталь калили в крови раба, вонзая светящуюся оранжевым светом заготовку в живого человека, тут явно не годилась - но чудесным образом преобразившиеся после порки мастера предложили на пробу масло, жир разных животных и даже такой экзотический рецепт, как сметана.
– Благородный дон… - перед загнанным старлеем в здешнем подобии книксена присели две весьма интересные девахи.
Только вчера, взмыленный после дебатов с металлургами по поводу раскисляющих флюсов Александр, в приватном разговоре попросил очаровательную леди Ульрику помочь в одном деликатном дельце. Вызнав в чём дело, дама сначала круглыми и весьма осуждающими глазами посмотрела на громилу с огромным топором в руках, собирающегося тотчас же убежать на тренировку. Но потом этак тонко усмехнулась, обозначив свою лёгкую заинтересованность. И пообещала прислать к нему кого-нибудь из портних по тонкой работе.
И вот старлей с вниманием, в коем оказалось куда больше мужского интереса нежели делового, присматривался к представившимися белошвейками дамочкам. И против воли признался себе, что ради свидания с такими отмахал бы через полмира, по пути развалив бы несколько государств. Чуть выше здешнего невысокого росточка, стройные и в то же время фигуристые в нужных местах - и с еле заметным прищуром чуть раскосых глаз. Впору хоть на японский календарь, блин! И куда такие прячутся, когда выбираешь, на ком бы жениться?..
Обе сестры Наоми, Мицуко и Лючике, прихватив в корзинках лоскуты и образцы да кое-что из своих швейных принадлежностей, пришли к благородному дону Александру, дабы выслушать его идеи. Мицуко чуть старше Александра или ровесница, а вот её сестрица на годок-два помладше, пожалуй…
Сначала они весьма смущались, когда здоровенный статный воин обнаружил свои новые мысли по поводу старых портняжных принципов. Но затем переглянулись и принялись обсуждать. За неимением бумаги исчертили всю ширину стола, вытирая и подчищая тряпочкой. Затем решились. Очаровательно запунцовев, Лючике посмотрела прямо в глаза и осведомилась в том духе - в состоянии ли благородный дон держать свои эмоции в узде. Получив задумчивый кивок, удостоверилась взглядом, что комната заперта изнутри на задвижку.
И с каменным лицом принялась расшнуровывать блузку.
Дело в том, что Александр, крепко обдумав и обсудив с Тиль возможные источники дохода, по своей неистребимой привычке решил не класть все яйца в одну корзину. То есть решил заняться не только механикой и металлургией, но и устроить маленький фурор в здешнем швейном деле, усовершенствовав и расширив его. Поскольку новый ткацкий станок-полуавтомат уже с блеском прошёл испытания, а его спешно изготавливыемые собратья на днях подключат ременными шкивами к приводу от ветряка - ну уж если это вам не научно-техническая и заодно культурная революция, то я уж и не знаю… А посему стоило озаботиться и расходованием ожидающегося потока тканей. Да и доходами от всех этих дел, само собой.
А начать он решил с чего-нибудь простенького. И вспомнив узелок на память после покупки Тиль трусишек, решил начать с дамского белья - в том числе познакомить этот мир и с бюстгальтерами. Кому-то может показаться нелепым русский офицер, занявшийся подобными негоциями, но чёрт возьми, захватить и застолбить рынок - это важно и просто неприлично прибыльно. Коль скоро, если уж беспристрастно посмотреть, законов чести или каких-либо моральных принципов это не нарушает. Тем более, что Александр уже объяснил сёстрам-белошвейкам, что сия деталь туалета не только удобна и практична, но и ещё и весьма привлекательна на мужской взгляд. Да и мадамский тоже…
И вот теперь он тонким мелком, стараясь особо не пялиться на великолепной формы аппетитные полушария, осторожно чертил на нежной и прохладной девичьей коже линии, объяснял и показывал. А вот если так - линия пролегла наискось, чуть выше розового бутона - да из прозрачной ткани или кружавчиков… то вообще отпад будет! Хоть он и не очень-то соображал во всех этих лифах и бретельках, но профессиональные швеи должны и сами сообразить.
Пристально смотрящая со стороны, чуть смущённая и озадаченная Мицуко осторожно кивнула.
– Кажется, я поняла… - и едва раскрасневшаяся от собственной смелости Лючике набросила на плечи блузку, сёстры тут же принялись орудовать ножницами и иголками.
Ну, как быстро и качественно умеют работать профессионалы - объяснять не надо? А посему через четверть часа ожесточённого лязганья больших портняжных ножниц и молниеносных стежков рыбкой порхающих в ловких пальцах игл первая проба оказалась закончена. Александр деликатно отвернулся к окну, пока Лючике с интересом примерила на себя обновку, критически осмотрела на пару с сестрой и с хихиканьем о чём-то пошепталась.
– А что скажет благородный дон? Пусть ваша светлость посмотрит… - голос Мицуко вывел его из рассеянного разглядывания окрестностей.
Он повернулся. М-да - правду говорят, что почти раздетая женщина смотрится куда привлекательнее, нежели совсем… Он обошёл вокруг красавицы, осмотрел и только вздохнул, выразительно закатив глаза к небу. Белошвейки профессиональным чутьём и женским инстинктом уловили прилетевшую из неведомого далёка мысль - и с блеском воплотили её. А уж на такой модели, как Лючике, даже рваная тряпка смотрелась бы просто шикарно.
– Подними руки… опусти… попрыгай… - обновочка сидела как влитая, а смотрелась и вовсе как чудо. - Знаете, это вышло даже лучше, чем я ожидал.
И в уважительном поклоне поцеловал девичьи ручки - благо сей знак уважения оказался здесь точно таким же. Сёстры восприняли дань признания не без удивления, но в общем благосклонно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
