том, что этот коридор выстлан плитами, и наступать на них надо очень осторожно. И далеко не на все, а только на те, которые имеют определенный узор. И не на середину, а только на верхний край плиты. Но за столько лет этот пол покрылся толстым ковром из пыли, грязи, птичьего и мышиного помета. Узоры разглядеть на таком покрытии не было никакой возможности. Сам коридор имел длину пятнадцать метров, да еще ровно на середине изгибался под углом девяносто градусов.
Задача! Такой так просто не перепрыгнешь…
Пришлось вернуться в лес и нарубить хвойных веток побольше. Надо же что-то было использовать вместо веника.
На этот коридорчик я потратил больше всего времени. Почти четыре часа, если не больше. Необходимо было скрупулезно очистить каждую плитку до такой степени, чтобы можно было разглядеть на ней нужный мне узор. Ошибка могла обойтись мне слишком уж дорого. Но и это препятствие я успешно преодолел, обезвредил ловушку и торжественно вошел в главный зал.
Зал, это, конечно, было громко сказано. Прямоугольная комната квадратов так в сто или что-то около того. В противоположной стене этого вытянутого помещения зиял пустотой дверной проем. Но вот то, что находилось в этой комнате…
Это было просто потрясающе!
Я достал из рюкзака три мощных фонаря, расставил их в разных концах комнаты и вкрутил их на полную мощность. В помещении стало значительно светлее. Я выключил налобный фонарик за ненадобностью. И так здесь теперь всё хорошо видно.
В комнате находились две великолепные статуи. Одна одиночная и одна парная композиции. Я достал из рюкзака заранее приготовленные мягкую щетку, тряпицы, пару пластиковых бутылок с водой и принялся аккуратно протирать их от пыли.
Первым делом взялся за одиночную.
Эта великолепная статуя была выполнена древними мастерами из белоснежного мрамора и, наверное, в натуральную величину. Натуральная величина измерялась двумя с половиной метрами. А изображала она, никого иного, как самого легата XV легиона — несравненного Маркуса Тита собственной персоной. В свое время он был великим человеком, близким другом и соратником самого императора Константина.
Я внимательно посмотрел на своего предка. Узнаваемое лицо, огромный рост, фигура мощная, как у Геракла. Сокрушительная мощь и несгибаемая воля — вот что первым приходило на ум при взгляде на эту величественную скульптуру.
Фигура из мрамора была выполнена с такой тщательностью к деталям, что мне казалось, будто передо мною сейчас стоит живой человек. Только он на мгновение замер, вперив в меня взор своих немигающих глаз цвета синего сапфира.
Потрясающе!
Раз за разом я обходил скульптуру по кругу, и меня не покидало навязчивое ощущение, что Маркус Тит следит за мной своими выразительными, выполненными из крупных, искусно ограненных драгоценных камней, глазами.
Мне даже в какой-то момент стало немного жутковато.
Одет мой предок был в парадный панцирь легата, полностью состоявший из толстого листового золота. Он был именно одет в этот панцирь и никак иначе! Рельефный доспех сидел на моём далеком родиче как влитой. На голове был золотой венок, весь усыпанный крупными бриллиантами и изумрудами. На сгибе правой руки — золотой шлем легата с искусно выполненной резьбой по нему. В правой зажат золотой тубус с крышкой в виде пасти льва.
Я пригляделся, в зубах лев держал огромный рубин необычайной чистоты. На запястьях у предка были массивные золотые браслеты, украшенные крупными рубинами, сапфирами и изумрудами. На каждом пальце — огромные перстни с великолепными, невероятных размеров камнями.
Никаких тебе кувшинов со свинцовыми крышками, всё красиво, изящно и со вкусом. На ногах скульптуры были изящные поножи до колена, на ступнях — золотые сандалии, усыпанные, как и наручни, драгоценными камнями.
У подножья статуи стоял небольшой узорчатый сундук квадратной формы. На золотой крышке сундука красовался искусно выполненный орел, раскинувший крылья и держащий в своих когтях извивающуюся змею.
Хм… Символично!
Я откинул крышку. Сундук был доверху наполнен ювелирными изделиями необычайной красоты. Цепи, броши, кулоны, диадемы… В глазах от всего этого у меня запестрело. В помещении даже стало намного светлее от блеска этих драгоценностей.
Да, красиво! Осталось придумать, как это всё допереть до Рыбачьего. А ведь это еще далеко не всё…
Другая скульптура представляла собой парную композицию невысокого парня и девушки. Эта скульптура была четвертой и последней ловушкой в этом тайнике. Срабатывала она только тогда, когда сдвигали эту композицию с места. Как только это происходило, ничего не подозревающий грабитель летел вместе со скульптурой в глубокую яму, напичканную острыми шипами. Из той ямы, Тит отмечал это особо, невозможно было выбраться никому, даже ему.
Для начала эту композицию надо обезвредить. Я нагнулся, взял скульптуру за ноги и повернул, как было написано в книге, вместе с круглым основанием по часовой стрелке на полный оборот. Дождался знакомого щелчка и с облегчением распрямился.
Всё!
Теперь можно протереть ее от пыли и наконец-то рассмотреть, что она представляет собой. Через десять минут, выбросив бесполезную тряпку и пустую бутылку из-под воды, я с восхищением уставился на творение неизвестного и, безо всякого сомнения, великого мастера.
Скульптурная композиция обнаженного парня, обнимающего за тонкую талию такую же молоденькую, прекрасную девушку в костюме Евы, была выполнена из чистейшего золота. Склонив голову, она положила руку ему на плечо. Другой рукой она вместе с парнем держала бриллиант каких-то просто невероятно циклопических размеров.
Красивые юные тела, прекрасные выразительные лица, совершенные формы и нежность в застывшем движении. Всем своим видом они показывали, как влюблены и счастливы, оттого что могут прикоснуться друг к другу. Бриллиантовые глаза парня с нежностью смотрели на девушку, а ее изумрудные глаза в восхищении взирали на невероятной красоты камень, который они держали в руках.
Я стоял пораженный, не в силах отвести взгляд.
Какая красота! Какая грация!
Сколько нежности было в этом застывшем навечно движении! Казалось, еще немного, и парень с девушкой, обнявшись, сойдут с постамента.
Я встряхнул головой, прогоняя наваждение. Перевел дыхание. Оказывается, я даже не дышал, пока разглядывал эту великолепную скульптурную композицию.
За статуей стояла точная копия такого же сундука с орлом, как и у ног моего предка. Я откинул крышку. Сундук был доверху наполнен золотыми монетами. Взял одну. Полновесный золотой динарий. Подкинул в руке — увесистая монета, грамма так четыре с половиной-пять. Я еще раз подкинул монету в руке и ухмыльнулся. Даже не представляю, сколько сейчас золота и платины можно купить на этот сундук с монетами. Тонну, две, больше?
Да уж, дальновидный был у меня предок, ничего не скажешь!
Я закрыл тяжелую крышку. Прошелся
