— Не беспокойся, все у тебя получится. Если что, я подскажу, — участливо проговорил Морри.
Гарри собрался было возразить, но в этот момент почувствовал прикосновение к плечу. Легкое, едва ощутимое, но оно, несомненно, имело место. Вскинувшись, парень понял, что это Снейп. Видимо, завидев Дамблдора, Поттер сбавил шаг, пусть незаметно для себя самого, но не для Северуса, и тот вместо едкой реплики сделал нечто странное: коснулся плеча парня и спросил:
— Ты как?
А в обычно холодном, даже надменном взгляде участие и… понимание. Так неожиданно, что Гарри ответил как есть:
— Ничего. Просто не ожидал, что нас будут встречать.
— Было бы удивительно, если бы Альбус остался в своем кабинете, — фыркнул Снейп. — Или что твое возвращение останется незамеченным. Хогвартс неспроста считается самым безопасным местом. Охранные чары сигнализируют непосредственно директору о любой аппарации близко к границам школы.
— Понятно, — кивнул Гарри и подумал, что, наверное, стоит почитать «Историю Хогвартса», может и не такие факты удастся узнать.
— Для самообразования — возможно, — тут же отозвался Морри. — Но лучше спроси привидений Хогвартса. О многих вещах в книгах не пишут или пишут, умалчивая об исключениях.
— То есть?
— Ну, например, в той же самой «Истории Хогвартса» говорится, что на территории школы, так же как и из нее аппарировать нельзя.
— Да, Гермиона не раз об этом говорила.
— И, тем не менее, ты без труда это можешь. Равно как и любой очень сильный маг. Особенно если часть его магии вплетена в защитные чары Хогвартса.
— То есть все преподаватели?
— Нет, не все. Сам директор, Снейп, твой декан, я думаю, тоже. Возможно, еще Флитвик. Но и все. Да, и ты сам.
— Но моей магии ведь нет в охране.
— Нет. Но ты очень сильный маг, Гарри. Поэтому можешь.
— И все-таки, я не видел, чтобы кто-либо из учителей аппарировал в Хогвартсе.
— Потому что все принимают за аксиому, что в Хогвартсе аппарировать нельзя. Хотя насчет Дамблдора я не уверен.
— Ничего себе…
После их заминки Северус шел чуть позади Гарри, не сводя с него взгляда. Парень оставался задумчив и немногословен, что в случае Поттера означало — не похож на себя, но было и еще что-то. Нечто очень странное. Благодаря брачным узам или богатому опыту легиллимента, но у Снейпа создалось ощущение, что его супруг ведет с кем-то мысленный диалог. Зельевар не был уверен на сто процентов, поэтому решил аккуратно проверить. Ничего не вышло. Похоже, Гарри научился закрывать свой разум. Это радовало, но подозрений не развеивало.
Впрочем, выяснить ничего конкретного не получилось — они пришли.
Дамблдор сиял, как начищенный медный чайник, правда, его улыбка слегка подвяла, когда он столкнулся с двумя хмурыми взглядами. В этом Северус и Поттер оказались удивительно синхронны. Макгонагал (а именно она оказалась второй встречающей) оставалась, как обычно, сдержанной. Лишь губы нервно поджаты.
— Добро пожаловать в Хогвартс, мальчики, — директор разве что не лопался от жизнерадостности.
Макгонагал же покачала головой, проговорив:
— Не ожидала я от вас подобной выходки, мистер Поттер.
— Вашими стараньями Поттер-Снейп, — сухо возразил Гарри, ничуть не проникнувшись укоряющим взором декана. В конце концов, ей было ой как далеко до Северуса.
Профессор Макгонагал закашлялась, а на пергаментных щеках появились алые пятна. Некоторые слова били не в бровь, а в глаз. И Гарри был совсем не в том состоянии, чтобы оставаться учтивым. Особенно перед некоторыми из присутствующих.
— Думаю, нам всем есть о чем поговорить, — попытался сгладить ситуацию Дамблдор. — Но не здесь, а в моем кабинете. Прошу.
Шли в молчании. Весьма напряженном и давящем. И в этом молчании очередной глупый пароль к кабинету директора казался еще более неуместным. Или это Гарри оставался слишком раздражен. К тому же он не понимал, к чему присутствие декана. Раньше, например, когда они с Роном врезались в Дракучую Иву на фордике, это было понятным и само собой разумеющимся, но теперь… Выражаясь деловым языком, он больше не в юрисдикции Макгонагал. У него есть супруг, да и учеба теперь вне факультетов.
Сидеть снова в директорском кабинете, в этих враз появившихся креслах и выслушивать очередное предложение чая было странным. Но куда более странным для Гарри было ощущать себя чуть спокойнее от того, что Снейп сидит рядом.
— Я рад, что Северусу удалось найти тебя и вернуть, Гарри, — начал Дамблдор.
— Я не чья-то вещь, чтобы меня возвращали, — хмуро заметил Поттер. — И то, что я здесь, еще ничего не значит.
— Что вы имеете в виду, мистер Поттер-Снейп? — то, как Макгонагал подчеркнула его новую фамилию, выдавало ее неудовольствие.
— То, что я не изменил своего мнения относительно волшебного мира в целом и собственной судьбы в нем в частности. И играть по прежним правилам я не согласен.
— У тебя есть какие-то предложения, Гарри? — Дамблдор по-прежнему старался казаться благодушным.
— Скорее условия, на которых я согласен вернуться.
— Гарри, как ты можешь! — всплеснула руками Макгонагал. — Это неправильно.
— А заставлять меня трахаться «во имя светлой идеи» с тем, с кем велели, нормально? — начал заводиться Поттер, и все-таки сдержался от упоминания вещей своими именами, видя, что сказанное и так возымело должное действие — декан побледнела, прикрыв рот ладонью. Альбус тоже посерьезнел и спросил:
— Так что у тебя за условия, Гарри?
— Я вернусь и пойду на подтверждение брака, если вы в свою очередь, во-первых, не будете держать меня за дурачка, ставя перед фактом, лишая права выбора. Раз уж я участвую в этой чертовой войне, то хочу это делать как полноправный член Ордена Феникса. Никаких тайн и недомолвок.
— Гарри, но в твоем возрасте… — начал было Дамблдор, но Поттер его перебил:
— В моем возрасте я уже четырежды сталкивался с Воландемортом, поэтому эта отговорка уже не работает
— Что ж, хорошо.
— Во-вторых, никто и никогда ничего не будет решать за меня. Я уже совершеннолетний для принятия каких бы то ни было решений.
— Ладно, это условие тоже… приемлемо.
— И, в-третьих, пока Северус состоит со мной в браке, он не обязан отвечать на вызовы Воландеморта. Это излишний и неоправданный риск.
Последнее условие удивила всех, и самого Снейпа в частности. Повисло недоуменное молчание, пока Альбус, кашлянув, не заметил:
— Гарри, это может быть довольно трудновыполнимо.
— Я тоже соглашаюсь не на прогулку по лужку, — ледяным тоном возразил Поттер.
В молчании прошло не меньше минуты, пока Гарри не почувствовал попытку проникновения в свой разум. Директор действовал менее тонко, чем Северус, но получил точно такой же результат — столкнулся с гулкой пустотой. Поттер еле сдержал смешок. Но в последнее время он многого достиг, поэтому получилось остаться внешне невозмутимым. В конце концов, Дамблдор вздохнул, проговорив:
