жениться по безденежью не успел. Мне и бежать-то некуда, полжизни здесь. Ко всему привык, кормят-поят, баба вон ничего так. Званиями весь увешан, как дорогой Леонид Ильич и новогодняя ёлка однов... ик! одновременно.
Я неторопливо выпил. Глотками, ходя водка в уже второй бутылке подходила к концу и успела нагреться.
- А я всё равно сбегу.
Док заморгал кровавыми глазками, ощерился, а потом как-то осел, словно из его массивного тела выдернули клапан и спустили накачанный до того туго воздух.
- Да я бы... Знаешь, Киря, у меня в юности мечта была. В Прагу уехать, в детстве альбом был с фотографиями, я его до дыр залистал. Так и представлял, как по мосту их этому... Ну, знаменитый, со статуями ещё...
- Карлов.
- Ага, вот - на Карловом мосту гуляю, под утро, встречаю рассвет над Влтавой. Или пиво сижу пью где-нибудь в кафешке. Мне вот этого надо. А здесь я уже нажился всласть, пусть другие Родину защищают. Нетрадиционными способами. Скажешь, дурак?
Он опять довольно зорко глянул на меня.
- Почему - дурак, Фёдор Михалыч?! Там хорошо, в Праге, я бывал. Красиво и тихо. Только чтобы жить, денег надо кучу.
Васин сгорбился и пригорюнился.
- Денег... Это да. Вы ж, поколение молодое, всё повидали, всё знаете. А я из этого клятого Центра и не выхожу, ржать станешь: как нынче деньги выглядят - не знаю. Мне Горбунов всё сказки рассказывает, какой я богатый человек, как мы на аппарате заработали зашибенно. Только у меня своего счёта не-е-ету, он мне обещал отсыпать из своих. Врёт, поди. Он всё время брешет, они, бесы, все такие.
Я было открыл рот что-то сказать, но Док совсем поплыл.
- А вообще я в детстве сказки любил, прикинь? Про снежную королеву, Кая и Герду. Они прикольные такие: всё у людей было, а давай больше, больше, карманы набивать льдинками, к холодной вечности строевым шагом...
Он уронил голову на сложенные на столе домиком руки и невнятно бормотал что-то дальше, я уже не прислушивался. Встал, покачиваясь, оставил за спиной картину "Утро стрелецкой казни" и пошёл к выходу. Не прибирать же за собой, для этого Елена Аркадьевна есть.
Охранник ждал за дверью, заглянул, посмотрел на бормочущего Дока - не пришиб ли его в порыве пьяного азарта - и повёл меня в камеру. В смысле, в комнату. День и начался неожиданно, и закончился не менее странно.
Снежная королева, значит. На Карловом мосту.
Эх.
11. Тёмное будущее
Стемнело, как часто бывает летом, - поздно, но быстро. Только-только был закат, а уже густая смола неба над головой, разбавленная яркими точками звёзд. И луна серпом торчит, будто нарисованная. Чистый Куинджи, если выйти на улицу и присмотреться.
Но команда засела в доме, поэтому вся эта красота прошла мимо.
- Кошкина, что мы делать-то будем? - спросила Маша. Они с Таней сидели в обнимку, укрывшись одним на двоих пледом. - В штыковую атаку пойдём на этот их Центр? Колючую проволоку зубами перекусывать?
Линкин, по-прежнему погружённый в ноутбук, хохотнул.
Миха давно пошёл спать, оставив первый этаж в распоряжении своих гостей. Хозяин вообще был на удивление беззаботным: забор вокруг дома чисто символический, собаки нет, незнакомые люди по всей даче бродят, а он - дрыхнуть.
- Придумать что-то надо. Какие идеи есть? Вон, Андрей у нас главный по полевой разведке, может, что скажет.
Через раскрытые настежь окна, выходящие в сад, закрытые от комаров тонкой сеткой, было слышно шуршание и потрескивание где-то среди кустов: то ли зверьё какое-то возится, то ли ещё что. И тонко-тонко, на пределе слышимости, зудела мошкара.
Это ж не город, здесь всё по-другому.
- Если Миха правильно всё изложил: а я думаю, да, спутниковые снимки все видели, совпадает, то пробраться туда силой - вообще не вариант. Даже будь мы не командой искателей паранормального, охотниками, так сказать, за привидениями, а полноценным спецназом.
Андрей отложил блокнот, в котором рисовал мало кому понятные загогулины: овалы, переходящие в колючие нагуали, точки и зигзаги - так лучше думалось. Привычка с детства, как растрёпывать волосы при глубокой задумчивости.
- База старая, советских ещё времён. Построена надёжно, с запасом на... любые неожиданности. Посты вокруг. Потом ограда внешнего контура, всякая хозяйственная чепуха типа складов, сараев и гаражей. Баня. Дальше внутренний контур, наверху подстанция, вон провода идут. Рядом резервный энергоблок, не обесточишь, два этажа основного здания, антенны, опять же караулка. На крышу бы вертолет сел, там подходящая площадка, только...
-...вертолёта у нас нет. Даже дед на такую щедрость не пойдёт, - закончила за него Нани. - Надо бы ему позвонить завтра, кстати.
- Позвони... Да, вертолёт бы не помешал. Но его собьют на хрен: вот здесь и вот здесь, - Андрей, как обычно бывало при переходе от досужих размышлений к планированию конкретных действий, оживился. Вихрастая его голова с выбритыми висками наклонилась над распечаткой снимка Центра сверху. - Что-то вроде противовоздушной обороны. То ли зенитная система, то ли ракетные комплексы. Всё маленькое, ближнего радиуса действия, но нам хватило бы за глаза.
- И что делать? - уныло спросила Таня. Её клонило в сон, но отказаться от участия в "военном совете" было нереально. Засмеют же завтра.
- Хитрость нужная какая-то, - откликнулся Андрей. - И вот что важно ещё: мало туда проникнуть, это можно сделать. Я один точно бы пробрался, на них же отродясь никто не нападал, расслабленные они все, наверняка. Главное дело - обратно сдёрнуть. Желательно, с Кириллом этим.
- Детский у нас подход, - внезапно сказал Линкин. В своём чёрном худи с накинутым на голову капюшоном, в глубине которого отсвечивало в очках мерцание ноутбука, он выглядел классическим хакером. Хоть кино снимай о буднях взломщиков Пентагона и участниках американских выборов на расстоянии. - Залезть, вылезть. Несерьёзно это.
Нани удивилась. Конечно, парень в основном с информацией работал, а не ногами махал, но таким занудным на её
