Немало обычаев связано со свадебным хлебом, без которого просто невозможно было себе представить добрую свадьбу. Собственно говоря, еще до того, как вопрос о свадьбе был решен, сваху или свата отправляли в дом невесты с хлебом в руках. Обычай преломлять хлеб над головами жениха и невесты известен не только у украинского народа и ведет свою историю еще с древнеримских времен. В Древнем Риме брак считался свершившимся фактом только тогда, когда жених и невеста в присутствии свидетелей обменивались и съедали по кусочку испеченного из соленого теста хлеба. Интересно, что у славян издавна при решении любых (не только относящихся к свадебным делам) важных вопросов или заключении сделок принято было обмениваться хлебами.
Рассуждая о хлебе, о мучной пище в рационе украинцев, нельзя не упомянуть еще об одном блюде — галушках. Если говорить языком кулинарных книг, то «галушки — это распространенное в украинской кухне блюдо, которое готовится из пшеничной или гречневой муки; тесто раскатывают и нарезают на кусочки длиной около 1 см, а затем отваривают в кипящей воде; едят галушки с салом, сметаной, бульоном и т. д.». Но галушки — это не просто блюдо, это символ украинской кухни. Галушки — это не просто завтрак, обед или ужин, это кулинарная поэма, незатейливая на первый взгляд, но оттого не менее вкусная. Недаром галушки воспевал в своей незабвенной «Энеиде» Иван Котляревский («Тут з салом галушки лигали…»), а недавно полтавские власти установили на Ивановой горе, что неподалеку от усадьбы Котляревского, памятник «Полтавской галушке».
«Оставь плуг в земле — и тот прорастет», — говорили в народе про украинскую землю. Основой хлебного благополучия Украины были и есть подходящие погодные условия и, конечно же, богатейшая плодородная земля, черноземы, о которых многочисленные путешественники, побывавшие в Украине, писали, что «других таких нет нигде». Действительно, украинский чернозем — это национальное богатство Украины и, безусловно, один из символов страны. Трудно придумать более благодатные условия для успешного выращивания пшеницы и других культур, чем на Украине. Конечно, погода иногда подкидывает сюрпризы, случаются засухи или, наоборот, в самый разгар уборочной зарядят дожди. И все же, как считают специалисты, Украина, ни при каких неблагоприятных погодных условиях, просто не может испытывать серьезный недостаток хлеба. И тем более невозможно понять, как в Украине мог случиться лютый голод, буквально выкосивший миллионы жизней украинцев…
Значение страшного слова «голодомор» знают не только украинцы. В советские времена масштабный голод в Украине случался трижды — в 1921–1923, 1931–1933 и 1946–1947 годах, этим трагическим событиям посвящена масса публикаций и исследований. По оценкам историков, прямые потери от Голодомора составили от 3 до 4,5 миллионов человек, косвенные (с учетом резкого снижения продолжительности жизни и уровня рождаемости) — до 10 миллионов.
Нет сомнений в том, что Голодомор — это целенаправленный геноцид большевистской власти против украинского народа. Признания факта геноцида Украина давно добивается от мирового сообщества. И что прискорбно, не у всех и не во всем находит понимание. Кое-кто считает, что голод действительно был, и он действительно унес миллионы жизней, но это был не геноцид, а «некие последствия сложившихся в данный исторический момент обстоятельств». Да, зерно и другая сельхозпродукция вывозились подчистую, но делалось это не с целью уничтожить украинский народ, а для обеспечения нужд стремительно развивающейся индустриализации. Такое, мол, происходило по всему СССР, в Украине же ситуацию усугубила засуха и некие «перегибы» местного руководства.
Точку зрения этих людей можно если и не принять, то хотя бы, поставив себя на их место, понять. Для них советское прошлое, обильно сдобренное сверхдержавными амбициями некоторых современных государств, всегда было и будет «светлым». А то, что были некоторые «ошибки», «пятна на солнце»… Что ж, как говорится, «лес рубят — щепки летят», главная цель тех лет — сверхбыстрая и сверхмощная индустриализация — была все же достигнута.
Но есть еще группа людей, которых иначе, как мерзавцами, назвать трудно. Эти считают сам факт Голодомора надуманным, а данные о миллионах погибших — «спекулятивно завышенными». Вряд ли с такими стуит спорить. Хотелось бы только, чтобы эти представители рода человеческого встретились с теми, кто чудом пережил Голодомор (их, к великому сожалению, осталось очень немного), посмотрели в глаза тем, кто непосредственно видел, что делает голод с доведенными до отчаяния людьми. И просто не верится, что после такой встречи здравомыслящий человек может говорить о том, что голода на Украине не было и что число жертв «спекулятивно завышено».
Со времени Голодомора прошло уже немало лет. Но тема эта никогда не будет закрыта, слишком уж глубокие раны нанес голод Украине…
Чумаки
Скрип-скрип да скрип-скрип, скрип-скрип да скрип-скрип… Мерно и убаюкивающе скрипит колесо чумацкой мажи. Надо бы смазать ось, да степное солнце так разморило, что нет никаких сил остановиться и слезть с воза. Полуденное светило стоит в зените, и кажется, не только степная трава, но и воздух пожух под его острыми лучами. Тяжела чумацкая дорога, нелегка доля чумака. «Чумаче, чумаче, життя твоє собаче…» Солнце печет так, что лицо и руки постоянно приходится смазывать салом, а чтобы не донимала мошкара и чтобы не заразиться нередкой в те времена чумой, одежду необходимо пропитывать дегтем. А если солнце сменяют тучи, проливавшие на землю косые стены дождя, то приходится тогда к нескольким воловьим силам прибавлять и чумацкие, чтобы вытащить тяжелые возы из грязи. Но страшнее солнца и дождя лихие люди, коих немало промышляет в степи. Налетят откуда ни возьмись, угонят в степь волов, отберут все что есть у чумака, разденут догола. И хорошо, если оставят чумаку жизнь…
Но вот чумаки возвращаются в родные края. Все село выходит на дорогу, встречая степных странников. А в родной хате ждут жена, дети, и горячий борщ стоит на столе, один вид которого заставляет радоваться душу и изголодавшийся от еды всухомятку желудок. Хорошо дома, живи себе и живи. Но проходит время, и начинается в сердце чумака «беспокой». И вроде есть еще запасы от прошлой поездки, а чувствует чумак, что пора в дорогу. Зовет сердце чумацкое его снова в путь, и ничего с этим не поделаешь. Ведь чумак — это не профессия, это образ жизни.
«Без хлеба не сытно, без соли — не сладко». Для нас соль — продукт настолько обыденный, что трудно себе представить времена, когда небольшой мешочек соли стоил целое состояние. Мы ограничиваем себя в потреблении соли из соображений здорового образа жизни, а уронив солонку, расстраиваемся разве что из-за приметы, по которой рассыпанная соль может означать скорую ссору с близкими людьми. А вот для предков наших этот продукт являлся драгоценностью, каждая крупинка которого на счету. Нелегко было добыть соль там, где были ее запасы, не легче было привезти ее туда, где таких запасов не было.
Труд ломщиков соли был просто адским. Чтобы выломать соляные глыбы с дна, людям приходилось трудиться целый день по пояс в воде, точнее, рапе — насыщенном соляном растворе, который на жаре моментально разъедал кожу. Нередко ломщики получали травмы при перегрузке тяжелых глыб на телеги. Но охотников на такой труд было хоть отбавляй, ведь платили ломщикам немало. Пока позволяла погода, день за днем добывали ломщики соль и складывали ее на сухом берегу. А дальше в дело вступали чумаки…
О том, откуда произошло название «чумак», у историков и лингвистов нет единого мнения. Некоторые считают, что слово это татарского происхождения, означавшее «всадник», «наездник». Персы «чумаком» называли тяжелую палицу, которую позже украинцы брали с собой в походы. Обязательным атрибутом дальних странствий был деревянный ковшик «чум», название которого затем трансформировалось в слово «чумак». И совсем уж мрачная версия связана с чумой, которую якобы чумаки приносили с собой из своих походов.
Нет полной ясности и о том, когда, собственно говоря, возникло чумачество на территории Украины. Ведь еще во времена Киевской Руси отправлялись из Киева и других городов в разные концы мира отважные люди, в том числе и за солью. Согласно другой точке зрения, первые, так сказать, истинно чумацкие караваны двинулись на юг в XV веке. Но так или иначе, в XVI–XVII столетиях чумачество достигло своего расцвета. Об этом говорит весьма красноречивый факт — за год неспешные чумацкие повозки перевозили несколько миллионов тонн соли. Кстати, чумаки возили не только соль. На юг загружали они возы зерном, которое можно было продать подороже в чужих краях. Обратно привозили рыбу, меха, ткани, вино и прочие заморские диковинки.
