Тропа ушла от речки и, прижавшись к крутому косогору, полезла вверх.
— Смотри! Вон архар стоит! — приглушенным голосом сказал проводник.
Метрах в двухстах от нас на скальном выступе, словно изваянный из камня, застыл красавец рогаль.
— Далековато, — вздохнул проводник. — Ружье не достанет, а ближе не подойдешь. Жаль. Такой самец Косте и нужен.
— Ну-ка, придержи ослов, — сказал я, осторожно слезая с седла. — Я из винтовки попробую.
Чувствуя себя в безопасности, архар оставался неподвижным. Я лег за камень и навел перекрестье прицела на лопатку зверя. Охотничий азарт заглушил жалость. В оптический прицел были видны даже бугорки на витках рогов. Я чуть задержал дыхание и мягко нажал спуск. Выстрел хлестнул по ущелью. Архар высоко подпрыгнул и, переворачиваясь в воздухе, полетел вниз.
— Ты смотри! — удивился Аман. — Попал! Вот уж чего не ожидал.
Я промолчал. Аман умел подшутить. Меня об этом предупредили еще на заставе.
— Смотри! Смотри! — снова закричал Аман, показывая на соседний склон.
Там бежали дикие свиньи, вспугнутые выстрелом. Впереди неторопливо трусила большая свинья, а за ней, спеша изо всех сил, карабкались по камням два поросенка. Чуть в стороне шли еще две свиньи. Мы не стали стрелять по ним. Нам еще предстояло вытащить из ущелья архара. Нашли мы его сразу. Он лежал под скалой, неловко подвернув голову с большими рогами. Пуля прошла по лопаткам и пробила его насквозь.
Когда, изрядно вспотев, мы вытащили его на тропу возле перевала, подошел Костя.
— И не дрогнула рука на такого красавца? Кто стрелял?
— Леша отличился! — кивнул на меня Аман.
— Ну так ему и разделывать зверя.
— В данном случае ты, Костя, нелогичен. Когда я не поймал рыбы, то, как неудачник, чистил ее. Здесь же моя удача опять против меня!
— Ладно, старик. Не хнычь. Снимать шкуру с убитого зверя — это честь для охотника!
Я бы охотно уступил эту честь, но разделывать архара все же пришлось мне.
В тот же день мы распрощались с фруктовым лесом. Тропа вывела нас из ущелья и стала вилять между холмами. Мы то забирались на пологие вершины и ехали по плоскогорью, то снова спускались в низины и петляли, обходя холмы.
В одной из низин навстречу нам из-за поворота выбежала джейранка, а за ней два крошечных джейраненка. Увидев нас, она на секунду замерла, потом почему-то не кинулась назад, а свернула с тропы и вместе с малышами укрылась под обрывом в промоине.
Аман сорвал с плеча ружье.
— Опусти ружье! — сказал ему Костя.
— Тихо! — страшным шепотом отозвался Аман. — Спугнешь!
— Не смей! Тебе говорят! — уже заревел наш начальник.
— Не мешай! — еще яростнее зашипел проводник. — Я не ее! Лешка, винтовку приготовь!
Аман еще не договорил, как из-за того же поворота выскочил волк, а за ним второй. Звери бежали, опустив морды к земле. Они так увлеклись преследованием, что наскочили на нас почти в упор, а когда почуяли опасность, то удирать им было поздно. Первого срезал выстрел Амана, а второй растерялся и, вместо того чтобы повернуть и скрыться за поворотом, кинулся вверх по крутому склону холма.
Перекрестье прицела легло на лобастую башку зверя, потом обогнало ее. Прогремел выстрел. Волк с ходу ткнулся мордой в землю и медленно сполз назад.
— Костя, неужели ты думал, что я хочу бить матку с детенышами? — укоризненно сказал Аман. — Чуть все дело нам не испортил.
— Прости, — смущенно отозвался Костя. — Я сначала не понял твоих намерений.
— Если кара-куек[34] не уходит от человека, значит, за ним гонится зверь. Это каждый мальчишка знает.
— Теперь и я знать буду, — примирительно сказал Костя.
Убитые волки были самкой и самцом.
— Где-то здесь выводок, — заметил я.
— Здесь-то здесь, — отозвался Аман. — Только без собаки его не найдешь. Эх, Сары моего нет с нами. Он мастер отыскивать волчьи норы. Эй, Костя, ты не трогай волков! Если от человека будет пахнуть волком, ослы его к себе не допустят. Мы с Лешей уже возились с волками, тебе придется ослов держать!
Когда совсем стемнело и мы укладывались спать, Аман сказал:
— До Ай-Бадама осталось два дня пути. Завтра утром мы перейдем в сай, где я часто встречал кобр.
Утром Костя поднял нас до рассвета и все время торопил: даже чай мы пили впопыхах. В путь тронулись едва только начало сереть.
В широкой долине, заросшей камышом и колючими кустами, где-то в глубине зарослей временами журчал ручей. Из зарослей тянуло сыростью, пахло болотом. С восходом солнца на все лады заорали лягушки. Тонко пищали комары, атакуя и нас и ослов.
Мы ехали по узенькой тропке, то и дело цепляясь коленями за кусты.
— Стой! — недовольно сказал Костя. — От ослиного топота и треска сучьев все змеи за километр разбегутся. Я пешком впереди пойду, а вы подождите немного и, не торопясь, езжайте следом.
Сначала на сравнительно небольшом участке тропы он поймал две кобры. Потом наша тропка вышла на широкую торную тропу и змеи не стали попадаться. Больше того, на одном кусте зажатая в расщепленную палку висела только что убитая крупная кобра. Увидев ее, Костя даже застонал. Через четверть часа мы снова наткнулись на убитую змею. Как и первая, она висела на кусте.
— Кто-то едет впереди и бьет змей, — заметил Аман. — Вот свежий ослиный помет, а вот следы людей.
— Нужно догнать этого злодея! — горячился Костя. — Поехали быстрее!
— Подожди, — остановил его Аман. — Вон видишь, навстречу едет старик? Он, конечно, видел того, кто бьет змей. Спросим его, далеко ли тот человек.
Поравнявшись с нами, старик громко произнес:
— Ассалам алейкум!
— Ва-алейкум ва-ассалам! — ответил наш проводник и почтительно пожал протянутые ему руки.
Старик приветствовал каждого из нас и долго осведомлялся о нашем здоровье, о здоровье и благополучии наших семей, о здоровье нашей скотины, об успехе наших дел и еще о чем-то. Аман утвердительно отвечал на все вопросы старика и в свою очередь задавал те же вопросы. Это был старинный ритуал приветствия путников. Обмен приветствиями продолжался пять минут. Костя от нетерпения ерзал в седле, но не мешал. Нарушать обычай, освященный веками, он не решался.
— Скажите, отец, — произнес, наконец, Аман. — Кто едет по тропе впереди нас?
— Мальчишки в школу возвращаются после дня отдыха. Отсюда километров в десяти наш интернат.
— Это они бьют змей?
— Конечно, они. Я и сам в детстве так развлекался. Полезное занятие. Аллах за каждую змею по греху снимает.
— Далеко они?
— Не очень. Если быстро ехать, за полчаса догнать можно.
