— Просто…
Просто если здесь нет Ци, то тогда это какая-то аномалия, да? А раз аномалия, то возможно что-то очень ценное, редкое, что можно будет использовать в будущем. Ну или это бесполезная хрень, которая обжигает руки, тут уж как знать.
Позади меня недовольно зарычал Зу-Зу.
Горбачи, те, что остались после этой бойни, медленно и осторожно сейчас спускались вниз к павшим собратьям и лишь один направился в мою сторону, на кого и рычал Зу-Зу.
— Зу-Зу, отставить, — отошёл я от распотрошённого трупа и вышел навстречу горбачу, окинув его взглядом.
Всё такая же пучеглазая рожа с торчащими вперёд глазами и без носа, как и остальные — в этом плане он ничем не отличался от своих сородичей. Да и в принципе, один был похож на другого и, если честно, я даже не отличал их друг от друга. Но конкретно этот сейчас не выглядел враждебным, по крайней мере, не пытался тыкнуть в меня мечом, что выгодно выделяло горбуна на фоне других.
— Ты хотел что-то? — спокойно, даже мягко спросил я. Знаю, что он меня не понял, но в интонации я постарался вложить миролюбие. Всё же после такой бойни, даже будь мы сто раз врагами, я рассчитывал, что мой подвиг оценят.
Ну или хотя бы будут меня бояться и не тронут.
Горбун молча протянул свою ладонь, длинную, с пальцами, которые были похожи на червяков, на вид настолько грубую, что её можно было использовать как наждачную бумагу. Жест тяжело было интерпретировать как-то иначе, как дать ему свою руку.
Честно, у меня были определённые сомнения на этот счёт, однако мне было и интересно, что он сделает, если я протяну ему руку. Ну не отрежет же он её, верно?
Правда, когда он схватил протянутую левую руку, которую всё равно не жалко, так как сломана, и достал чёрный нож, сделанный из вулканического стекла, моя уверенность разом испарилась. Правая рука тут же легла на клинок, готовая срезать его в мгновение ока, но… я всё же медлил. Медлили, потому что он не выглядел агрессивным или тем, кто хочет немного почленовредительствовать.
Горбун тем временем спокойно развернул мою конечность ладонью вниз и начал на тыльной стороне кисти выводить какой-то символ. Это был… круг с квадратом и какими-то символами внутри. Почему-то он мне напомнил пентаграмму для вызова духов. Осторожно, будто какой-то татуировщик, лишь закончив рисунок, он отпустил мою руку, после чего показал свою тыльную сторону ладони, на которой красовался такой же символ. Он держал её так, пока я не повторил его жест, после чего просто развернулся и ушёл.
— Он мне вырезал картинку на тыльной стороне руки, — пожаловался я. — Такую же, как и у него на руке.
— Признал своим?
— Вот хрен знает, но… Как думаешь, мне простили убийства его братьев? Я ведь много убил их людей.
Хотя это будет странно, если меня простили. Я там же столько учудил, стольких ребят их перебил, а тут типа помог им сражаться и всё? Амнистия, тут же простили? Я, конечно, верю в людскую доброту, но это выглядело неправдоподобно даже для меня.
— Наверное, раз пометил тебя своей меткой, — она осторожно выглянула из меня и взглянула на руку, по которой из свежих порезов медленно капала кровь. — Видел хоть раз такую?
— Да, — кивнул я, рассматривая кисть. — У Чи Ю в доме.
Глава 279
Да-Да, я видел уже этот знак, и видел его не где-то а в доме самого Чи Ю на одном из этих флагов, что свешивались внутри его замка. Я сильно не присматривался, но символ очень похож на то, что там было изображено.
Меня что, вписали в клуб поклонников Чи Ю?
Или пометили, что типа опасайтесь его?
Или бейте и насмехайтесь над ним?
Ладно, потом погадаю, а сейчас надо было сваливать, пока добрый горбуны не стали злыми горбунами, а у меня ещё есть силы двигаться дальше.
— Зу-Зу, ты принёс веер?
Тот устало взглянул на меня и кивнул.
Здесь я пушистого понимал. Представляю, сколько ему пришлось топать, чтобы нагнать меня, но сейчас надо было двигаться дальше, и как можно быстрее, пока ещё чего не случилось. А то мне прямо везёт в последнее время, словно вытащил счастливый билет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Давай, идём. Где ты спрятал веер?
Сейчас я словил такой хороший флэшбэк, однако чувство опасности оказалось ложным. Мой драгоценный веер нашёлся под одним из камней, если идти налево по склону, в стороне от бойни, которая здесь развязалась. Целый и невредимый, если не обращать внимание на последствия, когда Зу-Зу его в прошлом проглотил.
Что касается сумки, то её Зу-Зу нашёл на противоположной стороне под камнем. Она лежала в целости и сохранности. Я оглядел её с разных сторон, после чего решил открыть и посмотреть, что там внутри, но… вспомнил, что без Ци её и не открыть так-то.
Ну тогда и волнений по поводу возможного грабежа нет.
— Ладно, Зу-Зу, идём отсюда, да? Хватит с нас этих земель?
Я думаю, если наш путь будет лежать через них, стоит лучше сделать большой крюк, чем идти напрямик. Мне с головой хватило всего этого дерьма. Нет, я в какой-то степени и выиграл может, получил большую жемчужину и классную метку, но по большей части я всё же огрёб. Хожу тут голый, весь в крови с какими-то наростами на теле, словно один из этих горбатых блин…
А ведь если им знаком этот знак, можно предположить, что когда-то они или, куда вероятнее их предки были слугами Чи Ю и остались на землях даже после того, как хозяина казнили, а земли превратили в безжизненные скалы. А потом века мутации и вот горбуны, которые верой и правдой живут там, где им велено.
Интересная теория. Но не настолько, чтобы я углублялся в неё и пропустил тот самый момент, когда мы вышли из этой богом проклятой зоны подавления. На следующий день, когда мы дошли до вершины этой горы, что я, что Зу-Зу, что даже Люнь ощутили этот переход.
Ощущения при этом… были довольно странные. Словно тело обдуло прохладным ласковым ветерком и одновременно его пробрало таким расслабляющим током. Ощущения были настолько необычными, что я ни на секунду не засомневался, что мы вернули свои силы. А чтобы подтвердить это…
— Наконец-то… — выдохнул я, поднявшись в воздух.
— Всё, да? — воодушевилась Люнь.
— Да, мы вышли, — кивнул я, не в силах скрыть улыбки, после чего посмотрел на Зу-Зу. — Живём, да?
Тот, пусть и был уставшим, тоже не мог скрыть своей радости.
И первым делом я достал флягу с глубокой чашкой. Налил сначала Зу-Зу, а потом сам буквально обпился, наслаждаясь тем, как проходит это гнусное ощущение, будто нажрался песка. Следом сразу пошла и еда для Зу-Зу (у и я в честь хорошего исхода поел), после чего я начал мыться из бесконечной фляги.
Это было нелегко, особенно со сломанной рукой, стирать с себя всю эту кровь, которая уже успела превратиться в корку, прилипнув к телу намертво. Хуже было отмывать те части, куда мне пришили… какую-то мерзость. Меня аж передёргивало, когда я касался этих мест, словно оголённое пульсирующее на ощупь мясо.
И именно по этой причине я не съел пилюль лечения — боялся, что если съем и, то это дерьмо и вовсе врастёт в меня. Нет, лучше пуст остаётся так, а потом я просто вырежу это, а Лисица исцелит.
Мы переночевали здесь же, после чего с новыми силами уже полетели дальше. Перед отлётом я даже оделся в чистое ханьфу.
— Ну вот, совсем другой человек, — улыбнулась Люнь, оглядывая меня.
— Я уже и забыл, что такое ходить в одежде, — усмехнулся я, натягивая гэта. А то ходить голым в одних обвязках на ногах такое себе, конечно.
Больше таких гор на нашем пути не было. Последняя, на той, что мы переночевали, спускалась вниз, после чего начинались равнины из чистого камня. Ну кое-где были, конечно, горы, но они уже не шли ни в какое сравнение с теми, по которым нам приходилось лазить. Да и трещин с лавой больше нам не встречалось.
Мы просто летели и летели через горные равнины, что заняло у нас порядка шести дней. Пока мы возвращались, я даже решил измерить скорость, с которой мы двигаемся в полёте. Во время одного из привалов, я час топал просто прямо, после чего вернулся обратно, но уже по воздуху.
