пошла к двери, покачивая бедрами. Игнат проводил ее взглядом, гоня противное предчувствие, запустившее щупальца страха в его душу. – Ну, как знаешь, только не ври потом, что я тебя не предупреждала.
Он ожидал, что увидит именно этого человека, знал, был готов, но все равно едва сдержал крик, когда на пороге появился отец. Его отец, которого Игнат похоронил и оплакал. Тот же волевой взгляд, словно высеченное из камня лицо. Только время все же изменило несгибаемого Романа Разумова. Посеребрило виски, выбелило шрамы на его лице, сделав его похожим на посмертную маску. Игнат помнил, как отец упал к его ногам. Дома тогда были лишь они с Русланом и прислуга. Аркадий примчался сразу, по первому звонку. Он словно стоял за дверью, приехал через десять минут. И это по нескончаемым пробкам. Это сейчас все кажется странным, а тогда Игнат не мог думать ни о чем, кроме отца, лежащего на полу в луже растекающейся крови. И он не мог ничего сделать, только в тот момент думал, что это его душу сейчас рвут адские демоны, а не отцову. Он так и не смог оправиться, в сердце образовалась выжженная пустыня. А теперь его отец стоит напротив, живой и здоровый. И Игнат больше не чувствует к нему ни любви, ни того гребаного преклонения, которое испытывал будучи подростком. Для него отец был небожителем. Идолом, способным свернуть землю.
- Ну, здравствуй сын. Обнимешь старика? – голос отца проник в подкорку, руша стену, которая так долго и кропотливо выстраивалась Игнатом. Он почувствовал разрывающую грудь ярость, когда увидел распахнутые объятия воскресшего призрака.
- Я тебя не знаю, — прохрипел Игнат, шарахнувшись в сторону. Он уже не понимал кому верить: отец, Лиза, Руслан – сплелись в тугой змеиный клубок, который очень больно жалит. И Рая, они даже эту ни в чем неповинную девочку, втянули в непонятные, неподвластные его разуму игры. А она так нужна ему. Он не успел сказать ей, насколько она стала ему близка. Дорога. И сейчас Игнат чувствовал ужас, представляя, что больше никогда не сможет ей признаться в том, что он готов отказаться от своих планов, только для того, чтобы быть с ней, воспитывать их ребенка и больше никогда не вспоминать былой жизни, отравленной ненавистью, жадностью, бесконечным ядом страха и отчаяния
-Я ж говорила – надо выпить,- хихикнула Лиза, выводя Игната из затянувшегося ступора.
- Малыш, не нужно,- улыбнулся Роман Разумов, приобнимая ее за плечи. Такая нежность заплескалась в его глазах, что Игнат отшатнулся. Все начало становиться на места. Выстраиваться в его мозгу в логические цепочки. – Мой сын, уверен, адекватный человек. Игнат, нам надо объясниться, все обговорить. Я думаю ты сможешь понять и простить нас. Но все, что мы сделали, мы сделали ради наших семей. История очень непростая. Нам пришлось, слишком серьезные силы были заинтересованы.
- Где Рая?- голос Игната прозвучал глухо. Ему больше не было интересно, что происходило в прошлом. Он понял все. Сейчас его волновала только испуганная, беззащитная девочка, которую он по незнанию втянул в чужие игры. Им тоже все это время руководили. Подло, из-под тишка, словно марионеткой, которую все кому не лень дергали за ниточки и Игната это страшно бесило.
- Она в надежном месте. С ней все в порядке,- сказала Лиза. Вот только в глазах отца, Игнат увидел неуверенность, которую он не сумел скрыть. – Давай сначала разберемся с нашими баранами. Нам нужна помощь.
Глава 32
Глава 32
- Да ну,- ухмыльнулся Разумов младший,- я думал вы прекрасно ломаете судьбы людей и без подмоги со стороны. Я больше не хочу быть пешкой в ваших идиотских играх.
Он развернулся и пошел к выходу из номера. Все внутри напряглось от ожидания. Они должные его остановить. И тогда он, Игнат Разумов будет диктовать свои условия. Только так возможно соскочить с острия стрелы, на которую его подсадили самые близкие, как он привык считать, люди.
- Стой,- наконец услышал он усталый голос отца, когда уже взялся за дверную ручку,- Хорошо, мы все тебе расскажем, а решать будешь сам. Твою мадам вернем, только когда будем уверены в ее безопасности. Она совсем наивная. Хорошо Лиза вовремя успела, иначе бы уже некого было возвращать. Так что, будешь слушать, или упрешься своим лбом упрямым и продолжишь нас ненавидеть?
*****
«Ты мне не нужна» - звучит в моей голове голос Игната, от которого я просыпаюсь и подскакиваю на узкой кровати, чувствуя, как тело липнет от пота. Впервые с тех пор, как я узнала, что беременна, меня тошнит. Горечь поднимается не из желудка, нет. Это страдает душа.
- Проснулась? – я вздрагиваю. Не ожидала, что Фанни вломится в отведенную мне спальню. Хотя, это же ее квартира.- Вставай, я приготовила завтрак.
Я соскакиваю с прокрустова ложа, которое кажется утыкано гвоздями и медленно иду в ванную. Есть не хочется совсем, но и обижать бабушку желания тоже нет. Мне не очень нравится взгляд которым она провожает меня. Странный – усталый и задумчивый.
Правильно говорят, что аппетит приходит во время еды. Голод расправляет свои костлявые крылья при виде одуряюще пахнущей еды. Я уж и не помню, когда нормально ела. В моем положении это непростительная халатность. Накидываюсь на тонкие блинчики, политые соусом из взбитого с медом масла, как дикий волчонок.
- Ты должна уйти,- глухо говорит бабушка, дождавшись, когда я утолю первый голод,- я думала ночью, ты не нужна мне, Рая. Я слишком стара для проблем.
Я с трудом проглатываю вкуснятину, которая вдруг превращается в колючий, утыканный шипами ком.
- Но, вчера ты сказала...- не могу поверить. В то, что она меня гонит.
- Я передумала,- слишком поспешно отвечает Фанни, выкладывая передо мной увесистый сверток. Я знаю, что там. Деньги. И в другое время я бы ни за что не приняла их. Но сейчас было бы просто преступлением отказываться. Бабушка на меня не смотрит, отвела глаза, уставилась на колышущуюся от
