Разве можно остаться равнодушной и смелой?
Ему не хотелось, чтобы она возвращалась назад. Абсолютно.
И он постарается сделать все, чтобы Софи осталась с ним. Но если у него не получится противостоять Арману, тогда медальон Анны спасет ей жизнь… И опустошит его душу…
— А ты все думаешь о своей блондиночке, — раздался мужской голос позади Рэя.
Знакомый до боли. Родной.
Блэкмор остановился. В голове крутился лишь один вопрос.
Как?
— Шон? — Рэй обернулся, но никого не увидел.
— Ты ждал кого-то другого? — голос брата снова раздался позади него.
Блэкмор нахмурился.
Как он так быстро передвигается? Как мы и как… О, нет…
— Да, Рэй, да, — усмехнулся Шон и нанес Рэю первый удар.
Блэкмор отлетел на несколько десятков шагов и ударился о стену.
— Я смотрю, ты рад меня видеть, — поднимаясь с земли, заключил Рэй.
— Ты не представляешь, сколько времени я об этом мечтал, — Шон медленно двигался на брата, расставив руки в стороны.
— Зачем, Шон? Для чего тебе это было нужно?
— С самого детства я слышал слова отца, что я слаб. Он не брал меня ни на одну тренировку! Я видел его глаза, в которых читалась жалость… Старик жалел меня. Он понимал, что меня убьют первым.
— Эрон сделал все, чтобы исправить ошибки отца! — воскликнул Рэй.
— И что он сделал?! Стал моей нянькой?!
Оба кричали друг на друга, и были готовы в любой момент, казалось, броситься в бой.
— Ты не прав… Мы любили тебя. И защищали, как могли.
— Вот именно… Любили…
— Шон…
— А что ваша братская любовь?! Я был никем! Ничтожеством, который прятался за спинами братьев! Зато теперь у меня есть все! Все, Рэй! Слышишь?
— Ты не прав!
— Я могу отправиться туда, куда захочу! Мне не страшны ни вампиры, ни охотники. Я — ровня вам, и им.
— Ты один из них! — закричал Рэй и бросился на брата.
Они наносили друг другу удары, перемещаясь так быстро, что обычный человек не сразу понял бы, в чем дело…
— О чем ты думал?! — Блэкмор снова нанес удар. — Ты предал нас! Предал Эрона!
— Да мне наплевать на вас! Наплевать! Я хочу жить своей жизнью! — Шон вырвался из мертвой хватки брата и переместился на крышу небольшого деревянного дома. — Я хочу жить, Рэй!
— Ты мертв.
— Я жив и бессмертен! Я увижу, как будут меняться эпохи и люди! Вечно молод и силен! Разве это не прекрасно?!
— Ты будешь жить в вечной темноте! И Арман не даст тебе жить вечно!
— Я это предусмотрел, — усмехнулся Шон. — Ты думаешь, что я зря отправился к нему? Я должен был умереть на его территории. Чтобы он поверил в мою смерть.
— Тебе вонзили кол в сердце.
— И вынули. Во мне в тот момент уже была кровь вампира, оставалось лишь умереть. И мой план отлично сработал. Я даже успел обзавестись бессмертной девушкой. До чего же она хороша в постели! Правда, сейчас я не могу вас познакомить, — в голосе Шона слышалась насмешка. — Видишь ли, я обратил ее совсем недавно, и она сейчас ужинает молодыми горничными. Хотя… Ах, да… Ты же с ней уже знаком. Не мог же ты так быстро забыть о своей супруге.
Рэй зарычал. Ярость поднималась в нем, затмевая разум.
— Сукин сын!
— Я обещал помочь Анне. Я — помог. Арману нужна кровь Сантино. Человека. Избранной. А Анна, как ты сказал, фактически мертва. Но зато теперь ее красота будет вечной. И она очень этим довольна.
Смех Шона заводил Блэкмора с каждой секундой все сильнее. В голове крутился лишь один вопрос.
За что? Почему? Они же братья!
— Арман тебе этого не простит, — прорычал Рэй, понимая, что его брат все равно погибнет от руки первородного вампира.
— Арман об этом не узнает. Утром я и Анна исчезнем из Чикаго. Навсегда. Видишь ли, мы слишком с ней похожи. Чересчур целеустремлены, упрямы и свободолюбивы.
— И эгоистичны.
— Как бы там ни было, Анна все равно осталась со мной, несмотря на то, что три года назад ты увел ее у меня из-под носа!
— И ты решил мне отомстить…
— Я решил исправить всю несправедливость. И надеюсь, когда Арман заберет твою Софи, ты почувствуешь всю боль утраты, когда у тебя отнимают любимую…
— Маленький сученыш! — взревел Рэй, оказавшись вмиг на крыше, но Шон переместился на козырек. Ярко-синие глаза смотрели на брата с отвращением. — Я рад! Слышишь, рад, что ты покинул нас! Исчез! Озлобленный, меркантильный предатель! Твоя ненависть однажды будет стоить тебе жизни!
— Возможно, через много веков, меня убьют охотники. Мои же предки. Если, конечно, Арман не убьет вас раньше. Например, — Шон принял задумчивый вид и постучал пальцем по подбородку, — через недельку. Ладно, не скажу, что был рад тебя видеть, но мне пора!
— Я тебя ненавижу! — заорал Рэй, остро ощущая боль предательства. Чувствуя огромную обиду за Эрона.
— Наши чувства взаимны. Прощай, Рэй. Не забывай. Всегда смотри, кто у тебя за спиной… Возможно, однажды там окажусь я.
Шон спрыгнул с крыши, и Блэкмор взглянул вниз. Его брат исчез так же внезапно, как и появился.
— Сукин сын! Предатель! — ярость застлала ему глаза.
Он до конца не мог поверить в то, что младший брат смог поступить так с ним и Эроном. Предать. Отказаться от семьи. Возненавидеть тех, кто всегда был рядом. Плечом к плечу.
Воспоминанием пронеслась картинка того, как Эрон, приняв на себя серьезный вид, рассказывал им о том, как покорить леди, и какие глупые вопросы тогда задавал Шон.
Рэй зажмурился, пытаясь вычеркнуть из этих воспоминаний младшего брата.
Потому что его больше не существует.
Глава 32
Рэй был разбит. Морально уничтожен. Он не спеша поднимался по ступеням лестницы на второй этаж и надеялся на то, что не встретит Эрона.
Он не знал, как сказать ему о Шоне. Не представлял, как рассказать человеку, который души не чаял в младшем брате, о предательстве.
Сукин сын…
Но также его волновало то, что теперь Арман абсолютно точно попытается достать Софи. Заменить ей Анну.
Времени остается все меньше и меньше, а как с ним бороться, они пока не придумали.
Пока из охотников они превратились в охранников.
Открыв дверь в свою спальню, Рэй нахмурился. Его постель была пуста…
Вот упрямая!
Резко развернувшись, он направился в конец коридора.
В нем до сих пор преобладали эмоции. Слишком тяжелый был сегодня день… И сейчас ему просто хотелось почувствовать Софи, коснуться, поцеловать…
Ему хотелось верить, что она сможет
