Читаем без скачивания По образу и подобию (СИ) - Андрей Франц

Господин Гольдберг, повышавший в перерывах между медицинскими процедурами историческую грамотность своего спутника, на этом месте аж задохнулся в праведном гневе. Каковой, по его мнению, должен был охватывать каждого честного христианина при известии о подобном попрании святынь!

Вот так из зерна клюнийского проекта противостояния исламским захватчикам на Пиренейском полуострове начало потихоньку вырастать роскошное древо Крестовых походов. Походов во имя освобождения попираемых христианских святынь от злобного и нечестивого врага. Ну, и саму Святую землю освободить тоже не мешало. Благо, ее - то есть земли - в тех краях было таки немало...

Нет, перед тем, как решиться на столь серьезное мероприятие, конечно же, нужно было посоветоваться. И папа Урбан II честно объехал несколько старейших клюнийских монастырей в Бургундии и на юге Франции. Почему именно их? А какие еще монастыри должен был объезжать перед столь ответственным событием бывший приор Клюни?

И вот, прозвучал знаменитый Клермонский Призыв! И тысячи закованных в сталь крестовых воинов потянулись...

На этом месте господин Дрон в первый раз за все их путешествие ощутил серьезное беспокойство. Нет, казалось бы, все идет как надо. После чудодейственных мазей отца Бернара их седалища смело встречались с не слишком удобными седлами, даже и не думая подавать сигналы тревоги. Да и ночь в приюте церкви Святой Анны прошла спокойно. Относительно чистая постель, обильный завтрак - что еще нужно путешественнику?

Утро вроде бы также не давало никаких поводов к беспокойству. Собрались и выступили быстро, организованно. Госпожа графиня ничем не напоминала вчерашнюю девицу, до глубины души потрясенную историей любви поэта. Во всяком случае, ее утренний кивок: 'Доброе утро, благородные сэры!' - ни на миллиметр не отличался от вчерашнего и позавчерашнего.

Что же случилось? Какая заноза заставила вдруг почтенного депутата отвлечься от разливающегося соловьем господина Гольдберга и обратиться в слух? Отчего нехорошо напряглись мышцы живота, а рука потянулась к ременной перевязи меча? Все так же ярко светило январское солнце, по-прежнему невозмутимо месили грязь кони...

Ага, изменилось направление движения. Лесной массив, преградивший им путь на юг, в сторону Рамбуйе, требовал дороги в объезд. Но господин Дрон, будучи в далеком будущем студентом Сорбоны, неплохо изучил эти места. И отлично понимал, логичнее и короче было бы ехать сейчас на юго-восток, через Пуассу. А караван направился почему-то на юго-запад, в сторону Иври.

Поделившись своими сомнениями с сэром Томасом, Капитан получил вполне вроде бы разумные разъяснения. Оказывается, всадник, догнавший их вчера, передал пакет для Робера, графа Иври. И от имени сэра Ральфа попросил сделать небольшой крюк, дабы доставить этот пакет до адресата. В общей сложности караван потеряет в дороге не более одного дня. Передаваемый же документ - весьма важен для хозяина Иври.

Дело в том, что в 1191 году Филипп-Август пожаловал Робера д'Иври должностью хранителя королевского леса 'de Bosco Campi'. Поскольку сейчас на этих землях стоит английское войско и никуда отсюда уходить не собирается, граф Иври весьма заинтересован в подтверждении этого своего пожалования уже со стороны Ричарда. Вчера соответствующий патент пришел в Шато-Гайар. Его сэр Томас, с позволения госпожи графини, и согласился доставить в замок Иври.

Объяснение показалось весьма разумным, и путешественники со спокойной душой продолжили путь. Капитан, как и вчера, развлекал общество джазовыми стандартами. Об этом его еще утром попросил Андрэ, один из десятников сэра Томаса. Мол, 'ребята просят', уж очень им понравилась, сэр рыцарь, 'ваша колдовская музыка'.

Графиня Маго также не пыталась более навязать литературоведческую дискуссию. Так что день прошел спокойно, без приключений. Когда вдалеке показались башни графского замка, почтенный историк-медиевист даже поведал его историю.

Оказывается, не только об Иване Грозном бытуют сплетни, касающиеся ликвидации архитекторов после завершения постройки понравившегося заказчику объекта. Правда, Иван Васильевич по легенде - в силу свойственного ему гуманизма - всего лишь ослепил главного строителя храма Василия Блаженного[3]

. И цели своей достиг - аналогичных храмов мы больше нигде не видим.

Иначе поступила Обри, жена графа Рауля д'Иври. Она наняла Ланфреда, лучшего зодчего того времени, для строительства замка - более укрепленного и более хитроумно устроенного, чем любой другой. Когда архитектор закончил работу, она приказала отрубить ему голову, чтобы он не мог построить лучшего замка или раскрыть секрет укреплений. Но ее муж, граф Рауль, оказался еще более предусмотрительным человеком. Озаботившись безопасностью замка, он приказал казнить и саму Обри. Ну, дело-то житейское. Что знают двое - знает и свинья....

Впрочем, ни первая, ни вторая казнь не стали препятствием для довольно быстрого появления в окрестностях еще около полудюжины совершенно аналогичных фортификационных систем. Из чего мы с вами, господа, можем сделать вполне однозначные выводы в пользу гуманизма.

- Однако, справедливости ради, - добавил господин Гольдберг, - нужно сказать, что славу Иври принесла вовсе не жестокосердая Обри. Нет, в мировую историю этот городок вошел 14 марта 1590 года, когда Генрих Наваррский дал здесь решительную битву войскам Католической лиги и вышел из нее победителем. Именно после этого Иври приобрел почетную приставку, став Иври-ла-Батай.

На это месте историк надолго задумался. Размышления длились почти две минуты и завершились громким 'А вот, ни хрена!'. По счастью, их спутники великим и могучим совершенно не владели, так что странная выходка господина Гольдберга удивила лишь Капитана. Каковой и попытался осторожно уточнить, к какой именно части рассказанного следует отнести столь эмоциональное междометие?

Как выяснилось, к последней. Дело в том, что тогда, в конце шестнадцатого века, сражение стало достоянием всего лишь горстки придворных хронистов. Размах подлинного Исторического События оно приобрело лишь спустя без малого триста лет. Когда Томас Баббингтон Маколей посвятит этому событию поэму свою поэму. Где будет греметь сталь, литься кровь, а мужество и вера превозмогут грубую силу.

...Ура! Да здравствует король,

Наварры властелин!

Ура, Иври, единый бой,

В войну забивший клин!.. [4]

И попробуй сегодня, пойми, кто же был подлинным автором битвы при Иври? Король Генрих Наваррский или поэт Томас Маколей? А ведь, пожалуй, что даже и поэт!

***

Хозяин замка, граф Робер, лично встречал их в большом зале главной башни. Впрочем, 'их' - это я, государи мои, несколько погорячился. Прежде всего, велеречивого приветствия удостоилась, конечно же, молодая графиня Неверская. Затем - сэр Томас, с поклоном вручивший обрадованному графу долгожданный патент. Он же и представил наших героев хозяину.

Несмотря на вежливый поклон и пару приветственных фраз, было видно, что 'колдуны из далекой Индии, везущие королю Ричарду важные известия' вызывают у графа Робера весьма малый интерес. Что ничуть не противоречило нравам раннего Средневековья. Жгучий интерес к мистике проснется в людях гораздо позже. Сейчас же колдун - это все еще не более, чем один из 'специалистов', выполняющий, конечно же, весьма важные дела, но не слишком-то выделяющийся из толпы других специалистов - кузнецов, оружейников, архитекторов, конюхов...

Симпатичная горничная проводила 'колдунов' в отведенную комнату - одну на двоих - и оставила отдыхать до вечера. Предварительно предупредив о приглашении на общий ужин, 'как отзвонят с вечерни'. Робкую попытку нашего олигарха выяснить 'где у вас тут удобства?' тут же пресек его спутник, заставив нагнуться и поискать под кроватями. Большущие ночные горшки, прикрытые крышками, были на месте. Так что, свои три звезды сие обиталище честно заслужило.

Капитан, прихватив свой цвайхандер, пошел вниз - поискать укромное местечко, чтобы 'порастрясти жирок'. Господин же Гольдберг, изрядно утомленный путешествием, решил посвятить оставшееся до ужина время восстановлению сил. Так что, почистив от дорожной грязи костюм, он и заснул сладким сном ...

... Ужин начался для них с неожиданности, вполне укладывающейся в сакраментальное 'не так сели'. Нет, сначала все было нормально. Огромный каминный зал с закопченными сводами. Завешанные оружием и звериными головами стены. Длинный, через весь зал стол. Все, как в голливудском костюмированном боевике.

Посланцев далекой Индии проводили на отведенные места в самом конце стола. Как и положено простым 'специалистам'. В компанию к оруженосцам и прочим 'менее знатным' лицам. Участники пиршества уже собрались, ждали лишь графа с супругой.