Джордан перечитал письмо во второй раз. В тишине тиканье часов, стоящих на письменном столе Парсини, казалось оглушительным.
«Дорогой Гек Финн, если ты это читаешь, значит, мой друг Рафаэль попросил вернуть старый долг. Я обязан ему жизнью, поэтому, надеюсь, ты удовлетворишь его просьбу. С любовью, Том Сойер».
Оттого, что Джордан перечитал письмо, его содержание не изменилось. Дед, как всегда, краток. Джордан Хэйуорд Первый всегда считал краткость достоинством. Но это был не единственный признак, подтверждающий подлинность письма, о том же свидетельствовала подпись. Об этих прозвищах, которыми дед и внук пользовались, только когда проводили отпуск в хижине на острове, не знал никто, кроме них двоих. Значит, интуиция меня не обманула, подумал Джордан, которого с той минуты, когда он вышел из лимузина, не покидало ощущение, что у Парсини есть на руках какие-то козыри. Одно утешение, мрачно думал он, я лишний раз убедился, что интуиция меня не обманывает.
Джордан посмотрел на хозяина кабинета. Рафаэль Парсини стоял у окна и смотрел на гостей. Казалось бы, Рафаэль должен был выглядеть как счастливый правитель, взирающий на свое маленькое государство, но почему-то именно сейчас Джордану казалось, что Парсини постарел и сильно сдал. Он чем-то напомнил ему деда в последние месяцы перед смертью. Почему – это пока оставалось загадкой.
– Значит, мой дед обязан вам жизнью, – сказал Джордан.
Неожиданно Парсини от души расхохотался, запрокидывая голову.
– Как же вы похожи на своего деда! Вы принимаете факты, как данность, и сразу переходите к сути. Никаких словесных игр. Ваш отец в такой ситуации спорил бы до бесконечности, потребовал бы графологической экспертизы, доказывал бы, что, даже если письмо подлинное, оно его ни к чему не обязывает.
Джордан пожал плечами.
– Я не сомневаюсь, что письмо написано моим дедом.
Парсини подошел к столу и сел на свое место. Джордан понял, что переговоры начинаются.
– Да, это так. И я действительно спас ему жизнь, во время войны мы служили в одном взводе. – Рафаэль помолчал и добавил другим тоном: – Между прочим, у меня нет никаких доказательств. Об этом знали только я и ваш дед.
Джордан прищурился.
– Так что же произошло?
– Дело было во Франции. Шли тяжелые бои, от нашего взвода в окопе осталось только двое, ваш дед и я, остальные либо погибли, либо отступили. – Рафаэль откинулся на спинку стула и закрыл глаза, вспоминая. – Снаряды рвались все ближе. Я считал, что оставаться дальше в окопе бессмысленно, – что мы могли противопоставить артиллерии? А ваш дед считал, что безопаснее остаться и дождаться подхода своих. Мы поспорили, дело дошло до драки. От одного из моих ударов ваш дед упал, ударился головой и потерял сознание. Тогда я взвалил его на себя и отнес в безопасное место. Через несколько минут после того, как мы покинули окоп, в него попал снаряд.
Джордан кивнул. Об этом эпизоде он не раз слышал от самого деда. Дед говорил о человеке, не побоявшемся рискнуть и взять на себя ответственность, о человеке, который не только спас ему жизнь, но и показал, как этой жизнью распорядиться. И этим человеком был Рафаэль Парсини, которого Джордан последние пять лет считал своим врагом.
– Мой отец тоже получил такое письмо? Не потому ли он с вами связался?
Парсини отрицательно покачал головой.
– Ваш дед написал только одно такое письмо. Он послал его мне по почте незадолго до своей смерти, а вскоре после этого ваш отец пришел ко мне и попросил дать ему в долг.
– Что вы с удовольствием и сделали.
– Это было и в моих интересах. Буду называть вещи своими именами, ваш отец был слабым человеком. – Рафаэль повернул руку ладонью вверх. – Сильная воля всегда берет верх над слабой.
Джордан свернул письмо и положил обратно в конверт.
– Что вы от меня хотите?
– Я хочу попросить об одолжении. Нет, не так, я хочу потребовать компенсации за то, что когда-то сделал для вашего деда. Врачи говорят, что мне осталось жить меньше года.
Джордан сумел скрыть изумление. Чего-чего, а такого признания он никак не ожидал от Парсини. Он пытался понять, что за игру ведет старый лис.
– Я готовлюсь к своему уходу и предпринимаю определенные шаги. Прежде всего я продал или закрыл те из своих компаний, чью деятельность вы могли бы счесть незаконной.
Джордан промолчал.
– После войны мы с вашим дедом не афишировали свою дружбу, но постоянно поддерживали связь. Несколько раз мы вместе проводили отпуск на вашем острове. Помню, Джордан сетовал, что сын, то есть ваш отец, его разочаровывает. Он не раз говорил, что связывает будущее «Хэйуорд инвестментс» с внуком. Так вот, я пришел к выводу, что продолжение моего дела тоже будет зависеть от внука.
Джордан прищурился.
– У Фредди?..
Рафаэль встал и отошел к потайному окну, выходящему в зал.
– Нет, мой внук еще не зачат, и я не доживу до тех времен, когда он появится на свет. Признаться, я надеялся, что мой сын и ваша сестра поладят, при всех его недостатках Фредди хорош собой.
Джордан проследил направление его взгляда и увидел, что Фредди присоединился к гостям.
– Но, похоже, в этом деле он преуспел не лучше, чем в компании «Модерн фудс», – продолжал старик. – Какое-то время мне казалось, что он на правильном пути, он нанял квалифицированного научного консультанта – на его месте я поступил бы так же. Кстати, вон он, этот консультант, – видите высокого брюнета рядом с Фредди? По словам Фредди, они близки к тому, чтобы получить эксклюзивные права на одно очень перспективное открытие.
– Что за открытие? – Джордану стоило немалого труда сохранять невозмутимость.
Парсини неопределенно махнул рукой.
– Что-то связанное с биотехнологией. Я наводил справки, работа действительно многообещающая и вполне законная. Подписать эксклюзивный контракт с исследователем – тоже неплохая идея. «Модерн Фудс» частично финансирует исследования в обмен на эксклюзивные права на любое производство, основанное на результатах исследований. Фредди должен был уже подписать контракт, и я собирался объявить об этом на приеме.
– Но не подписал.
– Да, иначе этот разговор не состоялся бы.
– Что конкретно вы от меня хотите?
Рафаэль Парсини встретился взглядом с Джорданом, на этот раз в глазах старика Джордан не заметил и намека на слабость.
– Я хочу, чтобы вы взяли Фредди под свое крыло. Мне хочется, чтобы мои оставшиеся компании сохранились и, по возможности, не пришли в упадок до тех пор, пока мой будущий внук или внучка не сможет вступить во владение. Фредди клялся и божился, что в состоянии управлять семейными фирмами, и я даже дал ему шанс это доказать, но он только лишний раз подтвердил, что ни на что не годен. Я выделил ему средства с тем, чтобы он продемонстрировал, как собирается повысить прибыль от сыроварни. И что он сделал? Купил на эти деньги воздушные шары.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
