жалобе боярина вмешался Казимир, вначале на словах указав киевскому князю возвратить земли их законному наследнику, а затем отправив ему письмо и подтвердив это приобретение привилеями, согласно которым Ивашко получил свою «отчину у Киевском повете, што по нашему (Казимира. – В.К.) приказанию князь Александр Володимерович вернул». По мнению Грушевского, «цей категоричний, нецеремонний наказ великого князя київському князеві в місцевих київських справах і королівське надання маєтностей у Київщині з поминенням київського князя» выразительно указывают на ограниченность прерогатив последнего. Высказанный ученым взгляд практически не получил поддержки специалистов в первую очередь потому, что это был разовый случай. И по сей день исследователи забывают об опубликованном более столетия тому декрете Сигизмунда III (1613). Там упоминаются два «письма» Казимира: первое, «писаное до князя Александра Володимировича, абы земли у воеводстве Киевском над рекою Ушею лежачие Гриню Пашиничу и Макару Волковичу привернул» (передал. – В.К.), и второе, с подтверждением этой собственности. Характерно, что даты написания этих «писем» (19 мая и 24 сентября 1453 года) и документов по делу Ивашка Юршича(19 мая и 21 сентября 1453 года) практически совпадают. Получается, есть основание говорить о коллективном обращении к Казимиру нескольких киевских бояр, обиженных Олельком. Организация такой «депутации» свидетельствует о том, что вмешательство великого князя Литовского в киевские дела не носило регулярного характера. К тому же, Олелько лишь со второго раза послушался Казимира; вот и получается, что на территории своего княжества он ощущал себя полностью самостоятельным правителем.
Заметным событием первых лет правления Олелька стал приезд в Киев митрополита Исидора. До приезда он участвовал в работе Флорентийского собора (1439), на котором была заключена уния православной и католической церквей. Это произошло по пути владыки из Италии в Москву. В Киеве князь Олелько, не особенно вникая, на каких основаниях «сталось одиначество с латиною», в феврале 1441 года подтвердил «господину и отцу своему Сидору» права, которыми пользовались на территории митрополичьей епархии его предшественники. «Государь отчич киевский», вместе со своими «князьми и с паны, и со всею полною своею радою», декларируя принцип неприкасаемости митрополичьих имений, передал Исидору то, что еще во времена его «великих прародителей, благоверных и благородных князей и княгинь» принадлежало митрополии. Он также подтвердил пожалования частных лиц – те, что «великие господья бояре и боярыни, и все именитые народы… давали… у поминок себе и за спасение своей души и своему роду всему: села и волости с данями и со всеми доходы, также земли, и воды, з бортямы и со всеми пошлинами, с людми и с озеры». Княжеским воеводам и тиунам запрещалось «вступати» в «церковные земли и воды, и в люди, и во все доходы, и во все пошлины», что собирались в пользу митрополита; к последнему Олелько добавил «мыто коньское» (денежный сбор с продажи коней). В отсутствие Исидора, коли «отъедет далее в свою митрополию, оправляя церковь Божию», имения и доходы митрополичьей кафедры переходили под контроль его наместника. Высказаны соображения, касающиеся митрополичьих людей: они были обязаны помогать при строительстве городских укреплений; при этом им «по старине» помогали подводами. Если меж ними и подданными князя возникали конфликты, они подлежали компетенции «смесного» суда, и его процедура также описана в Олельковой грамоте.
Митрополит Исидор
Митрополиту была положена и половина «осмьничего»: под этим нужно понимать половину всех денежных сборов княжеского «осмьника» (урядника, который ведал сбором рыбного налога, разбирал как мелкие кражи, драки, так и преступления против морали). На последнее предположение наталкивает норма, зафиксированная в уставной грамоте великого князя Александра киевским мещанам (1499): «Коли которого христианина купца або мещанина, або казака застанет осмьник непочестные речи делаючи с белыми головами (женщинами. – В.К.), тогда на том наместнику митрополичему хоживала урочная вина (разновидность штрафа. – В.К.)». Факт выдачи данной грамоты митрополиту Исидору убедительно свидетельствует о тенденциозности более позднего летописного сообщения о том, что «Исидор, митрополит киевский, пришел во одежде кардинальской в Киев, но оттуду изгнаша его». Ведь почти еще полстолетия имя Исидора фигурировало в помяннике Киево-Печерского монастыря – и лишь потом эта запись исчезла. Это понятно, так как на украинской земле не особенно интересовались церковными догматами, вплоть до Брестской унии. И без этого хватало житейских забот!
Теперь подробно об этой замечательной и неординарной исторической личности.
Исидор Киевский (1380/1390?-1463) – митрополит Киевский и всея Руси (ок. 1436—апрель 1458), местоблюститель апостольского престола патриарха Антиохийского Дорофея (1439), папский легат Евгения IV для Польши, Литвы и Ливонии (с 16 сентября 1439), кардинал-пресвитер (с 1439), легат Николая V в Константинополе (1452), архиепископ Никосии (1456–1463), титулярный патриарх Константинопольский (1458–1463), декан Священной Коллегии кардиналов (1461–1463), гуманист, богослов, активный сторонник унии с Римской католической церковью. За всю историю Киева не было личности, отмеченной званиями более, чем митрополит Исидор! А его действия, направленные на утверждение Флорентийской унии, стали одной из основных причин фактического провозглашения в 1448 году автокефалии Московской митрополии.
Исидор был по происхождению греком. Учился в Константинополе, переписывал книги и делал выписки из сочинений античных авторов, интересовался различными сторонами гуманитарных и естественных наук: трудами античных философов и историков, риториками, пособиями по древнегреческому языку и грамматике, сочинениями по астрономии, прикладной химии и медицине. Письменно благодарил императора Мануила II Палеолога за его возвращение из поездки по Европе, за возобновление деятельности школ, закрытых во время первой осады Константинополя турками (1396–1402), сообщал о нехватке преподавателей.
Около 1410 года уехал из Константинополя в Монемвасию, где принял монашество. Переписывался со многими, в том числе и с митрополитом Фотием Киевским. В 1430-м переехал в Константинополь, стал одним из придворных политиков, считался одним из наиболее ученых представителей столичного духовенства.
В 1433 году делегирован дипломатом Иоанна VIII Палеолога на Базельский собор, куда отправился через Валахию и Венгрию. Путешествие длилось почти год. В Ульме Исидор передал императору Священной Римской империи Сигизмунду два письма от византийского императора и произнес приветственную речь, в которой призвал его приложить все силы для объединения христиан против мусульманской агрессии. На Базельском соборе 24 июля выступил с речью, в которой коснулся ряда проблем в отношениях между церквями, напомнил о единстве «священного Тела Церкви. После возвращения с Базельского собора и известия о смерти митрополита Герасима (1435) был рукоположен в епископский сан и поставлен на Киевский престол для руководства епископами Черниговской, Полоцкой, Владимирской, Турово-Пинской, Смоленской, Галицкой, Перемышльской, Холмской, Луцкой и Брянской епархий (в Польше и Литве), Новгородской, Тверской и Рязанской епархий (в Новгородской республике, Великом княжестве Тверском и Великом княжестве Рязанском), Ростовской, Владимиро-Суздальской, Коломенской, Пермской епархий (в великом княжестве Московском). Теперь, читатель понимает, какую власть имел Киевский митрополичий престол, хоть и находился в Москве. 2 апреля 1437 года с
