* * *
ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА.
Радиошифрограмма:
«Интернациональная бригада ветеранов Дикой дивизии под командованием принцев Каджаров, при поддержке местных повстанцев полностью захватила г. Багдад. „Королева пустыни“ – английская агентесса Гертруда Белл пленена и этапируется в Москву, Имперский Комиссар принц Александр Петрович Риза-Кули Мирза Каджар».
Примечание:
1 – принц Александр Петрович Риза-Кули Мирза Каджар (25 мая 1869–1947) – первый православный принц в династии Каджаров, полковник ЕИВиВ Конвоя (позднее генерал-лейтенант ИСО), друг Императора Михаила.
* * *
ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОМЕЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. МРАМОРНОЕ МОРЕ. ИМПЕРАТОРСКАЯ ЯХТА «ПОЛЯРНАЯ ЗВЕЗДА». 21 апреля 1920 года.
Полковник Качалов склонился надо мной, выслушивая повеление:
– Князю Волконскому. Сигнал «Ромовая баба». Играем по полной.
– Слушаюсь, Государь!
После исчезновения адъютанта, я прочитал вслух текст расшифровки и прокомментировал:
– Что ж, похоже, что из Ирака британцев мы точно выбьем. Ещё один крупный нефтеносный район перейдет под наш контроль.
Маша расслабленно смотрела на море и лишь заметила:
– Ну, кайзер же по глупости отдал тебе в сферу влияния весь Ближний Восток, а ты и рад стараться.
Киваю.
– Конечно. Ещё бы я не старался!
Андра урчит под ласками хозяйки.
– А там и вправду столько нефти?
Усмехаюсь.
– О, да! Нефти там чуть меньше, чем песка. Персия, Ирак, Кувейт, Оман, Аравийский полуостров – это один сплошной нефтеносный район. Именно поэтому я согласился на претензии Германии относительно Африки. Контролируя нефтепромыслы России и Ближнего Востока, я фактически буду диктовать цены на нефть в мире.
Андра под пальцами Императрицы урчала так, как будто изображала из себя трансформатор.
– Отправил телеграмму о вкусняшке Волконскому?
– Конечно. Мы неплохо поднимемся на биржах, пока новость не получила распространение.
Отпив сок, Императрица заметила:
– Сэру Гюльбенкяну (1) за сохранение своих позиций придется хорошо потрудиться.
Смеюсь. Да уж, мистеру «пять процентов» Галусту Гюльбенкяну, уроженцу Константинополя, а ныне британскому промышленнику, финансисту и нефтяному магнату, имеющему свой широкий интерес в этом регионе, нужно будет вписываться в новую реальность.
– Дорогая, хочу отметить тонкое политическое и финансовое чутьё господина Гюльбенкяна. Галуст Саркисович уже наводил справки о возможности возвращения в родной Город и о принятии ромейского подданства. Думаю, что пока рано так резко дёргаться, на благо исторического Отечества он ещё может послужить и в своём нынешнем качестве.
Маша пожала плечами.
– Тебе виднее. Но раз он у нас такой известный филантроп, то пусть заодно и позаботится о расширении экспозиции Константинопольского музея.
Киваю. Да, уж, помнится, в моей истории данный персонаж активно выкупал у Советской власти сокровища Эрмитажа. Думаю, что скоро придет пора выкупать сокровища Британского музея.
Примечание:
(1) Галу́ст Сарки́с Гюльбенкя́н, барон Карсский (1869–1955) – османский, британский, ромейский финансист, промышленник и филантроп, крупный нефтяной магнат первой половины XX века. Соучредитель множества нефтяных компаний. Основатель «Iraq Petroleum Company», заложивший начало нефтедобычи на Ближнем Востоке.
* * *
ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОМЕЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. МРАМОРНОЕ МОРЕ. МРАМОРНЫЙ ОСТРОВ. ПРИСТАНЬ. 21 апреля 1920 года.
– Господа, рад приветствовать вас Ромее. Дорогая, позволь рекомендовать тебе наших сегодняшних гостей. Принц Доменико Паллавичини.
Маша милостиво протянула руку и улыбнулась. Тот галантно склонился и коснулся губами руки Императрицы.
– Ваше Величество, это честь для меня.
Кивок.
– Рада видеть вас, принц.
Второе представление.
– Позволь рекомендовать тебе: принц Фуггер-Бабенхаузен Карл V.
Склоненная голова.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Ваше Величество.
Светское:
– Принц.
Новый обмен церемониями. Что ж, пришла пора представить третьего персонажа.
– Дорогая, позволь представить тебе нашего заокеанского гостя мистера Сайлинга Баруха, известного сторонника демократии и республиканских идей.
![]()
На фото: Сайлинг Барух.
Тот лишь усмехнулся.
– В первую очередь, Ваше Всевеличие, я – финансист и банкир, а уж потом всё остальное. Счастлив быть представленным Вашему Величеству.
Он ничуть не тушуясь поцеловал руку Императрицы. Та приветливо улыбнулась:
– Рада знакомству с вами, мистер Барух. Удалось ли осмотреть остров?
– Да, Ваше Величество, благодарю вас. Остров прекрасен. Чувствуется рука настоящей хозяйки.
Вновь обмен улыбками и знаками вежливости.
Делаю приглашающей жест.
– Господа, приглашаю вас на обед, после чего мы сможем перейти к деловой части нашей встречи.
* * *
![]()
* * *
ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА:
Григол Серхио Орджани-и-Тавзара, координатор команды Мексиканского Олимпийского комитета по медицинской части. Из воспоминаний. Перевод с испанского. М.1960 г.
В среду 21 апреля с полудня была экскурсия по старой и Новой Москве. Провезли по набережной вдоль Кремля, мимо Сухаревской и Шуховской башен. Странно здесь сочетается дремучее средневековье и прогресс. Но среди людей всюду заметно воодушевление и подъем. Говорят, что перед Олимпиадой город от нищих и воров почистили. Но работников на улицах и стройках много – и угрюмых мы среди них не видели.
Новая Москва – одна сплошная стройка. Обедали в новомодных здесь «Кафе самообслуживания». Кормили сытно, недорого, хотя и стол был рыбный, день постный. Там и повстречали Варю (1). Она была со своим новым знакомым. Адольф (2) приехал на Олимпиаду из Веймара, где учился в Байхаусе (3). Варю от Строгановского училища (4) прикрепили «в няньки» немецкой художественной команды на Олимпиаде (5). Там они с немцем и сошлись на «разности взглядов по авангардизму». Парень не прост, немного младше меня, тоже прошел две войны. Под Арадом в прошлом году получил второе ранение. Закрыл собой командира – наследника Зальцсбурга. Чей отец дал ему титул эдлера (6) и шанс получить желанную профессию. Говорит после ранения отрывисто, тихо. Русского не понимает и смотрит влюблено на «фрайин Вьэра» (7). Да и наша баронессочка явно симпатизирует своему цугсфюреру (8). У него пока, со слов Вари в голове «приправленная освобожденчеством каша из Лассаля, Моска, Морраса, Ницше и Чемберлена», но она работает над «спасением этого блюда». Передал «молодым» посылки и продублировал через Варю вчерашнее сообщение. Теперь можно быть уверенным, что не основной так запасной вариант связи сработает.
Вечер среды и весь четверг плотно были заняты родственниками. А в пятницу я погрузился в дела команды. Пришлось отстаивать нашего капитана и надежду Эжена Гризо (9) от нападок бывших его соотечественников французов. Те просили его арестовать как участника Парижской коммуны. Но российская сторона отказала – Орлеан не представил, ни единого доказательства виновности нашего жестянщика.
В субботу все пошли на осмотр. Здесь просто драконовские меры против американки. Ещё перед посадкой в дирижабль, всех опросили и осмотрели, потом при вселении. Каждую неделю здесь будут осматривать. Притом, что за пределы нашей Деревни спортсменов выпускают только организовано, даже бордели для спортсменов обоего пола тоже «на территории»… У меня конечно поводок подлиней, и, как ответственный по медицинской части я эти меры даже понимаю, но чувствую себя прямо как «на поселении». Но моим «мексиканцам» нравится.
* * *
