— Я и не собираюсь выкручиваться. Вас всех это никоим образом не касается.
— Ну, конечно, — продолжала она провоцировать меня непонятно на что.
— Послушай…
— Милена, хватит. Помоги лучше Гале с ее проблемой, — командным тоном велела Виолетта, за что я ей была даже благодарна. Мне срочно нужно отвлечься, иначе я до окончания рабочего дня погрязну в думах о том, кто же рассказал о наших отношениях с руководителем фирмы.
Ближе к трем часам на мой телефон внутренней связи позвонил Николай и срочно позвал в кабинет начальника, сказав, что это очень срочно. Я даже испугалась от тона его голоса, Что-то произошло, и это что-то мне точно не понравится.
— Защиту не забудь, — пробубнила вслед Лариса, но я сделала вид, что не услышала ее.
Профессионализм превыше всего.
— Заходи, он ждет тебя, — махнул Коля рукой в сторону двери начальника, не отрывая взгляд от экрана ноутбука.
Не став спрашивать, отчего такой переполох, я коротко стукнула в дверь и зашла в пустой кабинет.
— Адам Русланович?
Сзади едва слышно щелкнул замок, напугав меня до противных мурашек, проскочивших по телу. Обернувшись, я хлестнула улыбчивого мужчину волосами по груди.
— Ты напугал меня, — шепнула я, пытаясь нарушить такую необходимую сейчас тишину.
— Я не хотел, Милена. Ну, если только чуть-чуть, — засмеялся мужчина, притягивая меня к себе за талию.
Растянув губы в фальшивой улыбке, не коснувшейся глаз, я уткнулась лбом в его грудь, пытаясь расслабиться и избавиться от злости, скопившейся за время разговора с Ларисой.
— Подожди, что случилось?
Адам попытался отстранить меня от себя, чтобы заглянуть мне в лицо, но я обвила его шею руками, не желая расставаться с успокоительным теплом. Тяжело вздохнув, он запустил пятерню в мои волосы, массируя затылок. Я совсем забылась в его объятиях, окутанная родным и таким любимым ароматом. И не хотела даже двигаться с места, предпочитая стоять так целый день
— Ты переживаешь и-за того, что все узнали о нас? — Нарушил тишину Адам.
Кто сказал, что я не хотела двигаться?
Вмиг отлипнув от мужчины, я удивленными глазами воззрилась на него. На его лице не было видно ни капли волнения по данному поводу. Ему, похоже, наплевать, что о нашем романе начнут все судачить.
— Завидую твоему оптимизму.
— Никто не посмеет сказать и слова по этому поводу, так что не вижу причин для переживаний.
Ошибаешься, дорогой. Не всем можно заткнуть рты.
Я не смогла сдержать фырканья, и мужчина сразу же напрягся, все-таки отстраняя меня от себя.
— Кто? — Прямо спросил он, повышая голос.
Не желая подставлять Ларису (пусть она и нагрубила мне), я лишь пожала плечами и прошла вперед, присаживаясь в кресло.
— Давай на время отложим этот разговор? Лучше обсудим твоего важного клиента.
— Хорошо, — не стал настаивать Адам.
— И отомкни дверь, пожалуйста.
Выполнив мою просьбу, Адам сел во главе стола и, перебрав документы, нашел искомый. Положил его передо мной, указывая на несколько пунктов, подчеркнутых черной гелиевой ручкой.
— Его не устраивают данные условия. Ты разговаривала с Корневой по этому вопросу?
— Да.
— Что она говорит?
— Также отказывается уступать ему.
На мою голову свалилось весьма сложное дело по урегулированию разногласий супругами, чьи отношения находятся в данный момент на стадии развода. Они оба претендовали на добрую половину имущества, и оба хотели получить одно и то же. И если женщина хоть в чем-то пыталась пойти на компромисс, то мужчина на корню обрывал ее благородные порывы своим железобетонным «будет так, как я хочу».
— Если бы Семен Владленович хоть в чем-то пошел ей на уступку, не было бы таких проблем. Но он же не слышит свою супругу. Катерина готова отказаться от своей доли в бизнесе, лишь бы он отказался от всех притязаний на их загородный трехэтажный дом.
— Семен сказал, что в последнюю вашу встречу ты была с ним слишком резка. Якобы женская солидарность, — укоризненно произнес Адам, окидывая меня серьезным взглядом, в котором больше не было нежности и теплоты. — Это так?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Нет, конечно, — возмущенно выдохнула я. — Почему он так сказал? Я ни разу не нарушила субординацию.
— В следующий раз внимательней следи за своими словами и поведением, чтобы мне и впредь не пришлось выслушивать возмущения клиента. Ты можешь идти.
Я так и осталась сидеть на месте, лишь бездумно хлопая ресницами. Может мне нужно что-то ответить в свое оправдание? Нет, больше всего в жизни я ненавидела оправдываться перед кем бы то ни было. Виолетта говорила, что отношения с начальником заводят? Как бы ни так. Иногда они мешают разделять рабочие и личные взаимоотношения, приводя в смятение вот в таких случаях. Я не могла понять — он злится на меня, как на сотрудницу, или мы плавно подходим к ссоре в нашей паре? Как же это сложно.
— Адам?
Оторвав взгляд от документов, он отстраненно посмотрел на меня
— Что такое?
— Я хотела узнать твое мнение по одному вопросу.
Из отстраненного его взгляд сразу же перешел в заинтересованный.
— Спрашивай.
— Я сегодня заберу к себе Рузанну с ночевкой.
— Какую Рузанну? Дочь Виолетты?
— Да. Но так как я обещала Вике прочитать ей вечером сказку…, — не стала юлить я, подводя мужчину к сути моей не озвученной просьбы.
— Я понял тебя. Можешь привезти ее к нам. И Вике не будет скучно.
— Я тоже так подумала. Спасибо, — улыбнувшись, я поднялась на ноги и направилась к выходу из кабинета.
Все это время Адам неотрывно смотрел мне вслед, будто силясь что-то сказать, но останавливая себя в последний момент.
— Милена, — не выдержал все же он, — я ругал не свою женщину, а свою сотрудницу. Научись, пожалуйста, разграничивать эти понятия, чтобы мы оба чувствовали себя комфортно. Идет?
— Хорошо, — кивнула я и быстро скрылась за дверью.
Я до сих пор поражалась его способности читать мои мысли и чувства, как открытую книгу. Со стороны можно подумать, что это только укрепляет отношения влюбленных, ведь благодаря такой способности возможно избежать многих конфликтов. Но я находилась далеко не в восторге, мне хотелось бы хоть какие-то чувства и мысли спрятать за железными замками, чтобы другим был воспрещен доступ.
Вернувшись в кабинет, я продолжила заниматься своими делами, стараясь не зацикливаться на тревожащем мои нервы дурном предчувствии. Не знаю, чем оно было вызвано, но это точно не мое больное воображение. Уверена в этом.
— Идем? — спросила Виола по окончании рабочего дня, ожидая меня возле двери.
— Пошли.
Спустившись на лифте вниз, мы попрощались с охранниками и вышли из здания фирмы. Благодаря порывистому ветру моя прическа пришла в полный беспорядок: спутанные пряди лохматой копной упали мне на глаза, наполовину закрывая обзор. Оглянувшись на подругу, я с сочувствием заметила, что ей «повезло» не меньше.
— Я не успею прийти домой, как мои волосы превратятся в жирный засол, — с отвращением процедила она. — А он заедет за мной уже через час.
Неожиданно рядом с нами прозвучал громкий гудок автомобиля. Повернув голову вправо, я заметила Адама, который махнул нам рукой на салон.
— Пойдем, нас отвезут, — сказала я, почти сразу же слыша за спиной смешок Виолы. — Ты чего улыбаешься.
— Вспомнила кое-что. Помнишь, как в тот раз я звала тебя сесть в его автомобиль, а ты говорила, что это уму непостижимо? — Шутливо выпучила она глаза, пытаясь скопировать мою реакцию.
— Помню, юмористка. Идем, иначе не успеешь собраться на свидание.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Забравшись в салон автомобиля, мы обе протяжно выдохнули, стоило нам укрыться от раздражающего ветра. Я быстро привела волосы в подобие порядка и пристегнулась ремнем безопасности.
— Здравствуйте, Адам Русланович, — вежливо поздоровалась девушка с начальником, закалывая рыжую «гриву» на макушке.
