науськать, дескать, все вокруг против их светлых чувств и отравить собрались.
— И как же он выглядел? — заинтересовался Сэв, ухватившись за надежду вернуть отцу разум, что промелькнула в рассказе Фида. — И где такое средство достать?
— Ну, глаза мутные, чуть заторможенный какой-то… И улыбка такая же, бессмысленная… — пытался сформулировать свои ощущения Фидеус. — А средство местная знахарка дала, ещё долго ругалась на бестолковую девицу, что посмела запретное зелье где-то достать. Приворотное ведь как-то с магией кровавых жрецов связано, из их арсенала.
— Тогда это точно спускать нельзя, — ещё больше нахмурился Венд. — Напомните мне, чтобы я Эрленду рассказал, он живо разберется. Зря что ли королевский сыск свой хлеб ест?
— Ну, думаю, там и побольше платят за работу, — рассмеялся Браск. — Не только на хлеб хватает.
Оставшийся путь друзья не возвращались к теме пугающего состояния лорда Винханса, слишком уж неприятно было вспоминать остекленевший взгляд и странную улыбку. Каждый внутренне поежился, представив себя на месте этого мужчины. К тому же, история с Эноисой, дерзнувшей провернуть что-то подобное с генералом, намекала, что не настолько это редкое происшествие. Даже спустя долгие годы наследие тёмного культа давало о себе знать, маскируясь под почти безобидные средства, да ещё и прикрываясь якобы благими намерениями.
* * *
Дом родителей Фидеуса разительно отличался от первых двух посещенных друзьями усадеб. Про лорда Сэвиенда и говорить нечего, Винхансы — древний и знатный род. А лойр Гридус смолоду был хватким малым, значительно увеличившим доставшееся ему наследство ещё до женитьбы. Мать Арвендуса, лери Арониса, тоже не была бесприданницей, и потому семейство Ферос не без оснований считало себя почти равным лордам.
Усадьба Стардинсов больше напоминала хутор, хоть и весьма справный. Всё там было устроено просто и без затей. Ни тебе статуй, ни бархатных занавесей. А куда, скажите на милость, ставить те статуи? Подходящего парка с подстриженными деревьями и клумбами, что оттеняли бы произведения искусства, здесь никто не озаботился завести, да и в главном доме вряд ли нашлось бы место для подобных излишеств. Просторным холлам и залам хозяева предпочли несколько дополнительных гостевых спален. Да и кухня, где в сезон заготовок целыми днями пропадала матушка Фида, была чуть ли не больше парадной гостиной. Собственно, гостиная и вовсе была одна, что показалось бы неприемлемым в самом захудалом городке.
В общем, некоторые зажиточные крестьяне жили почти так же, как лойр и лери Стардинс. Но супружескую пару это ничуть не смущало. Их родители жили так же. Их сын, скорее всего, тоже вряд ли начнет искать чего-то иного. А уж насмотревшись на проблемы в семьях своих друзей, он точно предпочтёт тихую счастливую жизнь вдали от лишних потрясений, что будто притягивают к себе знатные фамилии и большие состояния.
Родители Фидеуса были знакомы с детства. И хоть не испытали какой-то поражающей воображение страсти, но дружеское расположение и схожий взгляд на мир стали в итоге более прочной основой для уважения и даже любви, чем бестолковое бурление молодой крови, которое часто толкает на безумства, но редко помогает в семейной жизни. Они уже присмотрели невесту Фиду, но та пока была слишком юна, чтобы заинтересовать мужчину, а потому Стардинсы держали свою задумку в секрете, планируя через пару лет устроить знакомство. Их сын не подозревал о коварных планах родителей, да и вряд ли стал так уж им противиться. Весь его опыт встал бы на сторону опытного взгляда людей, что умудрились сохранить прекрасные отношения спустя долгие годы, будто только приумножая нежные чувства, не ослабевшие со временем.
Фидеус сперва чуть смущался не слишком богатого и уж совсем не изящного отчего дома, простых манер своих родителей. Но вскоре расслабился, когда увидел умиротворенные лица своих друзей. После напряженных дней в семействах Арвендуса и Сэвиенда здешний воздух, пропитанный покоем и благодушием, пошёл на пользу всем. Как-то незаметно пролетела неделя, а ведь изначально нигде больше двух-трёх дней задерживаться не собирались.
Фид и Браск помогли старшему Стардинсу перестроить птичник. Старый уже подгнил местами, что облегчило лисе из леса по соседству задачу по вскармливанию многочисленного потомства. Матушка Фидеуса расстроилась из-за потери нескольких несушек, а вот мужчины лишь смеялись, обсуждая с азартным предвкушением зимнюю охоту на рыжих зверей, которых теперь станет многовато для этих мест.
Даже Сэв и Венд, непривычные к сельской жизни, нашли для себя некоторую приятность и несомненную пользу в заготовке дров на зиму. Правда, умудрились здорово попортить одно из деревьев во дворе, когда, заскучав от однообразной работы, начинали метать топор в нарисованную мелом мишень.
А еще за неделю уже трижды топили баню на реке, настолько понравилось это незамысловатое сельское развлечение лойрам и лорду. В общем, друзья начали понимать истоки спокойствия и ровного характера Фидеуса. С таким счастливым детством и юностью, с такими дружными и мудрыми родителями у него практически не оставалось шансов стать иным.
Уезжали от Стардинсов, увозя многочисленные котомки с копчеными колбасами и другими вкусностями, которыми щедро поделилась матушка Фида, не желавшая слушать возражения. И вскоре очень порадовались этому обстоятельству. Когда-то солидный городской дом тетушки Браскинуса за последние годы изрядно обветшал, и оказалось, что деньги, регулярно пересылаемые племянником воспитавшей его родственнице, почти все ушли на ремонт крыши, на большее их просто не хватило. Привезенные с собой продукты пришлись очень кстати, женщина экономила буквально на всём.
Сжавший челюсти Браск, успел шёпотом отчитать тётю, утаивавшую от него реальное состояние дел. Та лишь молча взглянула на мужчину, тут же почувствовавшего себя провинившимся ребёнком… На этом разговор закончился. Фидеус похлопал приятеля по плечу и сообщил, что дней за пять они все вместе приведут дом в порядок. А если нанять помощников, то и за пару управятся. Остальные промолчали, кивнув согласно.
И через три дня дом, где прошло детство Браскинуса, было не узнать. Тётушка попыталась было заикнуться насчёт денег, что потратили друзья её племянника, но те лишь отмахнулись: “Браск потом нам поможет, если что”. А хозяйственный Фид умудрился ещё и заполнить опустевшую кладовую и отправил письмо своим родителям, попросив присылать пару раз в год пожилой одинокой лери овощи и мясо из их хозяйства, ничуть не сомневаясь, что те с радостью исполнят эту просьбу сына.
Устававший от непривычных занятий Арвендус снова спал крепко, лишь пару раз просыпался ранним
