Певец
Ооо! Поехало, пошло, хватит меня грузить, все эти народные песни. Я уже устал плакать, понимаете? Я о себе не плачу! Ты въезжаешь? О себе не плачу!
Ма (скороговоркой, привычно)
Пенсии, на них не прокормишься, за квартиру плати… За всё плати… Отец у нас пьёт… Всё пропивает что я принесу… И сыночкину пенсию… Христом Богом их тут в гостинице буду просить что отдам в следующий раз… Хитрый ты попался москвич… Я тут раньше работала горничной, уволили, приехали молодые… Так нас с ней пускают сюда за деньги. Да вот задолжали…
Певец
Дочка у тебя золото! А вот кто меня обокрал? Кто избил? Я вас всех посажу и выгоню отсюда!
Ма
Да уж… Святая у меня дочка. Доченька моя ты доченька.
Плачет.
Пожалейте, люди, люди…
Певец
Слушай, давай я её в Москву отвезу… Будет работать у моей подруги Светки… Светка хороший, порядочный человек, хозяйка одного гей-клуба. Ей как раз нужна прислуга, ищет чтобы неразговорчивая была. Её не обидят там, геи народ добрый. У Светки уже работают эмигрантки. Но они всех просто заговорили…
Ма
Да! Я вас понимаю как никто! У нас тоже здесь в отеле работают понаехали… Урюки. Вообще мафия. Копейке рады! Проходу нет! Как вы всё правильно говорите, мужчина! Женщина!
Певец
Ну вот. Пусть Аня приезжает, я телефон напишу. Две иностранки у неё уже устроились, из города Конотопа и из Тирасполя, ну вот они вроде тебя, просто загрузили клиентов своими текстами. Грузят, грузят. Типа! Я даже приготовил номер программы такой юмористический, под Верку Сердючку. Анечка, слушай, ты этого не услышишь никогда.
Частит.
Зятя у них азербайджанского да посадили, дочь скорей продала квартиру в Ташкенте уехала в Крым, там по профессии парикмахер не устроилась с двумя детьми, но есть родной брат, живёт в двушке, но у него жена такая слишком гордая, а у бабушки второй сын хрен его знает в Киргизии скурился анашой, а дед алкаш, так? Зато у нас у Тирасполе отец продал дом пятикомнатный и все деньги на таможне украинские пограничники отобрали, надеялся хоть избу купить в России. Хоть сарай. Всё! То у той мать больна помирает в Днепропетровске, а муж в Москве на двадцать лет моложе слесарь ЖЭКа пьёт, а у дочери в двенадцать лет родился ребёнок не может понять от кого, от дедушки вроде. Ничего? Ань, ничего? Похоже? На твою маму похоже?
А. сдержанно аплодирует.
Ма
Пошли, дочка! Тебе такие глупости не надо слушать.
Певец
Да, да, Ань, Аркашка тоже мой номер не одобрила, сказала «это всё чернуха, люди отдохнуть в театр ходят, такие вещи они и дома слышат». Да, как эти эмигрантки начнут рассказывать… Глаза заплаканные. Тянут, тянут с клиентов. Геи им помогают. Тоже до слёз с их стороны дело доходит. Любят дружить с женщинами. Особенно жалеют детей. У самих-то редкий случай когда дети… А у твоей матери такое счастье, дочь есть, но эта мать не человек! Да!
Ма машет презрительно рукой, вынимает из сумки шиньон в виде хвоста и прикалывает его себе на голову. Снимает халат — она в черной кружевной прозрачной блузке, в сетчатых колготках и коротеньких шортах. Уходит в ванную. Возвращается очень быстро, сменив тапочки на сапоги-ботфорты, сильно накрасившись.
Приезжай, Аня, я тебя устрою. Говорить тебя сначала научим. Коротенько так, да, нет.
А.
Ння, ння…
Певец
Да, нет, не знаю, зовут Аня.
А.
Ання.
Ма
Я человек! И давай меня не оскорбляй, ахроян!
Певец
Чего тебя оскорблять, не желаю я тебя оскорблять, мать такую. Аня! Начнёшь работать, будешь говорить «ну», «да» и «нет». На вопросы всегда кивай. Как тебя зовут — кивай. Сколько лет — тоже. Лепи дурочку. Больше для работы в гей-клубе и не требуется.
Ма (жалобно, скороговоркой, точно как Певец в своём предыдущем монологе)
Да не будет она работать… Не поедет… Она больная вся… Надоест вам… Астма у неё, приступы. Ночью особенно, когда отец курит. Слабая она. Брат у неё больной, не ходит.
Певец
Тогда что ты её суёшь в номера, бабка.
Ма
Бабка! Сам ты дедка!
Певец
Убейся ты веником! Что говоришь! Я молодой! А вот ты ребёнком по номерам торгуешь! Мать называется!
Ма
А лучше ей по улице шататься под дождём? В инвалидном доме трапорешить на койке?
Певец
А просто учиться хотя бы азбуке?
Ма
А на что мне жить? Сам всё пропивает!
Скороговоркой.
Он гонит нас, избивает, если денег ему не даём. Изгаляется над Аней. Показывает ей глупости. Колотит, требует. Буквально на кусы разносит. Сын малый лежит без ног… Детский паралич.
Плачет.
А брюхо хлеба просит… Ой сынок-сынок… Да на что такая жизнь…
Певец
Ой, да чё ты меня грузишь как те иностранки…
Скороговоркой.
Ой да я сама тебе расскажу не хуже как относятся в милиции как издеваются… Как вымогают деньги, только заработаешь… С цепями на тебя идут…
Трогает шишку.
Ма
А тут в гостинице не обижают её. Убогая и всё. Мычит и хорошо. Мы её к совсем пьяным водим. Только проснулся, голос подаст он, мык-мык, покеле растелёпывается, покеле проморгается мужчина, я же тут дежурю, дверь сразу открываю, вспышку на мыльнице нажимаю. Они боятся, денег дают. Богатые. Что ей плохого? Что убудет?
Певец
А мою дверь что так долго не вскрывали? За это время другой… Вообще бы на ней живого места не оставил! Она же не сопротивляется!
Ма
Да задержали меня… Я же деньги им должна тут… Обслуживала пока… Нетерпеливые. Называется интим услуги… Я рвусь сюда, а они куда дорогая мама спешишь… А то в ментуру сдадим. И дежурный на телефоне парень. Денег, говорит, с тебя мне не перепадает, одни неприятности ночью переключать номера каждый раз… Аньку свою ко мне веди. Один раз только её попробовал, понравилось сволочи.
Певец
Фигасе… Я вообще жалобу в дирекцию напишу! Вашему руководятелу! Да что это такое! Тебя посадят, тётка! За сутенёрство! Знаешь, статья есть?
А. тащит Ма уходить.
Ма
А это же моя доченька! Как я могу! Мне же её жалко! Тогда я говорю ему, погоди, я тебе лучше всё сделаю, обслужу интимными услугами… А он никак не кончает и не кончает. Затрахал прямо. Уой.
А.
Ооо… Ння ннано…
Певец
Да, когда торопятся, ничего не выходит. И не входит.
Ма
А ты, дочура моя, молчи лучше. А то и пенсию платить тебе не будут. Если говорить начнёшь… Вообще погонят с койки… Живо соседки интернатовские начнут ябетовать главврачу. Ах ты моя Аннушка, горе моё горькое! Да я все глаза по тебе исплакала… Судьбинушка твоя несчастная…
Певец (тоже чуть не плача)
Аня! Слушай! Аня, мой адрес тут записан в книге… В гостинице! По телефону ты не сможешь… Пусть мне кто-нибудь напишет! А, да как ты сумеешь кому сказать… Приезжай! Купи билет и приезжай! У меня нет денег за тобой вернуться! Вообще тут без копейки обокраденный… У Ариетты не займёшь, я ему и так должна… Сколько ни работаешь, всё оказываешься ему должна! Сам он меня и обокрал, видно, вчера. Ты девка умная! Ну приезжай! А вот мамаша у тебя! Прямо точно как моя мамочка. Вы не любите своих детей! Как это так, оставить человека без языка. Она же вам, мама, заработок будет присылать!
Ма
Прям! А ты к нам не суйся… Добром тебе говорят… Живи своей жизнью, женщина, не знаю, мужчина. Пока живётся. Пока ты мужчина моложавый, не знаю, женщина. И не дай тебе бог в старости ходить по гостиницам как мы… Ладно, что не заработали. Побрели инда. Корова солому ест и то играет. А тебе… Сифилиса не дай тебе бог!
Певец
Тьфу-тьфу-тьфу.
Крестится.
Не дай боже! Я артистка, ты что!
Ма
Мы все, женщина, не знаю, мужчина, артистки, не хуже никого. Я тоже могу работать танец живота. У нас тут жила месяц одна такая вроде тебя артистка, но вся с узел, не знаю кто. Устраивала репу тут. Знаешь? Я вхожу так, ключи свои, на мне халат так, в руках пылесос, туалетный утёнок активный для унитаза… Горничные дали с возвратом. Мне все дают, меня все любит! Говорю: женщина! На вас в администрации бают, у вас тут музыка. Она бает: у меня репа! Я баю, или милицию вызываю, или что? Никакой репы в отеле быть не может. Она: лаялку свою прихлопни ты, и дальше я даже не могу соврать, что она сказала. На меня так бает, ты, бает, своей кастрюлей сообрази, что я артистка, у меня репа, то есть репетиция. Ну, я баю: не верю, что ты артистка. Не верю. Вы заполняли листок что вы хер… херо… граф.
