это не простой весенний дом, у них отличная защита. Ее помогали ставить корпорации.
Для Фэйлин это было достаточным аргументом, она прекрасно всё поняла. А вот Ашен Сон нахмурился:
— И что они смогут противопоставить таким вот дронам?
— Военную защиту, разумеется.
Брови Ашена Сона взлетели, и у него на языке наверняка вертелся с десяток вопросов, но он благоразумно оставил их при себе. Что было хорошим решением, потому что Лан не был готов рассказывать долгую историю. Когда-нибудь позже, но не сейчас.
О том, как Янь Дау, хозяйка «Обители туманов» пользовалась расположением нескольких глав корпораций, в том числе и отца Лана. Мало кто знал, что она приходилась дочерью главе Триады Нефритового синдиката, а ее весенний дом использовали для важных встреч в строгой секретности.
Именно так Лан попал туда в первый раз. Отец водил его в другой весенний дом в районе Ванчая, подчинявшийся «Шэньхуну», красивый и изысканный. В «Обитель туманов» они пришли на переговоры с другим торговым домом. Но именно там Лан увидел Вэй Хайтан и другие подобные места попросту не понадобились.
Поэтому здание действительно обладало защитой, сравнимой с главными корпоративными зданиями. Даже Лан не знал всего, но ему докладывали, что там и правда пошли в ход военные разработки, добытые то ли Триадами, то ли теми же корпоратами.
Одно из самых безопасных мест, о которых мог подумать Лан сходу. Им нужно отдохнуть, прежде чем двигаться дальше в места, в которых они уверены меньше. «Обитель туманов» не выдаст их никому.
Как минимум, потому что Янь Дау должна Лану.
Дорогу Лан почти не запомнил, предоставив Фэйлин вести их. Ашен постоянно что-то проверял по имплантам, ныряя в Сеть, Эндрю плелся позади вместе с Яо. На разговоры не было ни сил, ни времени, а брать машину казалось опасным, они же подключались к инфолинкам, считывали личности.
Над Сянганом медленно разгорался рассвет. Солнце поднималось, разгоняя туман, но увязая в смоге. Небо казалось дымкой, но бледнело, как и яркая реклама на фоне светлеющего дня.
Район Монгкока шумел ночью, но с рассветом людей в нем почти не оставалось. Последние посетители ночного рынка разбредались по домам, заведения сворачивали деятельность, некоторые всего на пару часов.
Они добрались до пешеходных улиц, и какой-то пьяный европеец едва не налетел на их маленькую команду. Тут же вперед вышла Фэйлин и отвела его в сторону, за что Лан был ей благодарен. Несмотря на стимулятор, он ощущал себя уставшим и не был готов лавировать с пьяным мужчиной.
Маленькая улица сплошь оказалась заставлена аквариумами. Они громоздились справа и слева, едва отделяемые друг от друга вывесками разных лавочек. Мутный свет дня отражался в стекле, но рыбки казались безучастными, лупоглазо поглядывая на прохожих. Позже им предстояло стать предметом торга, пока же аквариумы вели к следующей улице.
«Обитель туманов» высилась непритязательным зданием, на рекламном экране которой красивая девушка в коротком платье подмигивала и призывно махала рукой. В Сянгане до сих пор официально запрещалась реклама подобных услуг, но сами заведения запрещены не были. Хотя секс поэтично называли продажей весны, обращаясь к старинным метафорам.
Впрочем, в «Обители туманов» крайне редко действительно оказывали сексуальные услуги. Чаще просто компанию красивых девушек на переговорах и встречах, беседы с ними и прочее изысканное времяпровождение. Ничего пошлого или вульгарного.
Это уже шло по особой договоренности с хозяйкой Янь Дау. И за отдельную, весьма солидную сумму.
Свернув в проулок между домами. Лан обогнул грязные ящики, которые стояли здесь столько, сколько он помнил это место. Они должны отпугивать незнакомцев, которые зачем-то решили обойти здание.
Неприглядный пятачок со всех сторон окружали бетонные стены, но хилое деревце упорно стремилось к небу. Стена «Обители туманов» казалось пустой, не скрытой рекламами, голограммами, изуродованной кондиционерами. Металлическая задняя дверь тоже казалась непритязательной.
Натянув перчатки, Лан уверенно набрал нужную комбинацию на стареньком цифровом интерфейсе. Он не помнил, установлено ли здесь распознавание отпечатков, но следить не хотел. Ашен Сон, конечно же, отключил все камеры вокруг, можно даже не спрашивать.
Через черный вход заходили те, кто не хотел быть узнанным или оставлять следы. По лестницам можно подняться сразу в верхние комнаты для переговоров, обеспечив себя максимальной конфиденциальностью. Там же располагался кабинет Янь Дау.
Приходить сюда всё равно оставалось опасным выбором, Лан прекрасно это понимал. Но им требовался отдых — и немного информации. Нырять в трущобы и отыскивать владельцев Красной комнаты хотелось, имея на руках максимальное количество фактов.
К тому же Лан понимал, что мысли путаются, требуется нормальный отдых. Янь Дау должна ему. Причем ему лично, а не «Шэньхуну».
Ожидая, Лан вытащил из кармана сигареты и наконец-то закурил. Не то чтобы сейчас это приносило такое уж удовольствие, но хорошенько заземляло, напоминало о том, что он еще жив. Правда жив.
Фэйлин, Яо и Эндрю остались в стороне, а вот Ашен Сон подошел и нетерпеливо попросил жестом сигарету.
— Ты же бросил.
— Я сегодня тебя убил. Как думаешь, это весомый повод закурить?
Пачку Лан не дал и раздраженный взгляд Ашена проигнорировал. Пока тот не успел возмутиться, Лан бросил:
— Я не помню, как умер.
Он не собирался в этом признаваться или рассказывать. Но слова будто щекотали горло, бились в грудной клетке, и Лан почувствовал облегчение, когда выпустил их.
Забыв о курении, Ашен Сон нахмурился:
— В смысле, сам момент?
— Всё. Почувствовал боль, а потом отключился, уснул. И позже проснулся. Никаких особых ощущений.
— Может, и к лучшему, — проворчал Ашен. — Не думаю, что такое стоит помнить.
— Но я теперь могу понять Эндрю. Свет и жизнь просто погасли. Продолжились, но уже без меня.
Сигарета закончилась быстро, Лан выкинул ее в маленький утилизатор, стоявший тут же, понаблюдал, как измельчаются в пыль остатки бумаги и табака. Поежился от холода, и в этот момент замок черного хода наконец-то щелкнул, открываясь.
Из тесного безликого помещения вела одна дверь внутрь, сейчас запертая, и лестница наверх, явно приглашавшая подняться. Как и надеялся Лан, Янь Дау узнала его личный код и приглашала для встречи.
Они прошли несколько лестничных пролетов, таких резких, что
