— Господи! Ты возбудил достаточно сплетен, чтобы мы с Эдной пресытились ими за эти несколько недель. Меня никогда не приглашали в такое множество мест одновременно и никогда так вкусно не кормили. Ни одно событие в радиусе ста миль не обходилось без нас, — ее глаза загорелись. — Зато как же я устала от этой светской жизни!
— Забудь об этом, и пусть он мне поможет выбраться из этого ящика на колесах.
По команде Нанни Эдны Брэм вытащил и поставил на землю ее кресло. Тетя Эгги воспользовалась случаем и поинтересовалась:
— А как ваши дела? По-честному?
Маргарита наклонилась к ее уху и прошептала:
— Великолепно!
Затем она пошла к другим экипажам, чтобы найти своего сына.
— Ma petite[9]! — воскликнул Жоли, выходя из следующей кареты, за ним последовал взволнованный дядя Уилсон.
— Ради этого мы все и живем! Как одна большая счастливая семья!
Она быстро взглянула на своего мужа, но он весело улыбался.
— Вам придется вести себя как следует, Жоли, а портретам моей жены суждено отныне окончательно одеться. Иначе вы будете спать в амбаре.
— В амбаре? — он подумал и пожал плечами. — Возможно, мы все вместе подыщем мне новую модель, что вы об этом думаете?
— Я думаю, это отличная идея.
Он начал усаживать Нанни Эдну в ее кресло.
— А что до вас, юная леди, то я не потерплю никакого дикого обращения.
Нанни Эдна засмеялась и покраснела, как девочка, схватив его за руку.
— Ты мне всегда нравился. Я никогда не видела тебя, но все, что я о тебе слышала, мне было по душе.
— Спасибо, Нанни Эдна.
Брэм оглянулся в поисках сына.
— Мама!
Голос послышался из кареты Жоли и дяди Уилсона.
Маргарита побледнела, чувствуя, что то, что произойдет сейчас, никогда нельзя будет исправить.
Господи, пусть Брэм будет с ним как можно более естественным.
Пусть Джеффри признает его.
Вытянув руку, она проникла внутрь кареты и увидела там ребенка, которого она любила больше жизни. Эти прекрасные черты и густые черные кудри. В его темных глазах была вечность.
Джеффри рассмеялся и, опершись руками о сиденье, подвинулся к матери.
— Мой маленький мужчина, — заворковала она, чувствуя лишь необыкновенную радость от того, что он наконец снова с ней.
— Мама, — запротестовал он, отворачиваясь.
Затем она взяла его на руки и прижала к себе, он очень вырос и возмужал, и потяжелел.
— Я хотела бы тебя кое с кем познакомить, — сказал Маргарита, когда немного успокоилась.
— Папа?
Она удивленно посмотрела на Джеффри.
— Он здесь? — Джеффри смотрел через ее плечо. — Нанни Эдна мне все рассказала о нем, я знаю, что он был на войне, а ты думала, что он погиб, но он вернулся и выкрал тебя прямо из церкви, но теперь вы вместе и ждете меня.
Как ее сыну удавалось произносить все это на одном дыхании? На этот раз, впрочем, его болтливость сослужила ему хорошую службу. Маргарита пыталась смириться с мыслью, что ее дорогая няня успела достаточно хорошо Подготовить Джеффри к встрече с отцом.
— Да, милый. Он здесь. И он так волнуется!
С этими словами она повернулась к своему мужу.
Брэм стоял рядом с Нанни Эдной с перекошенным от волнения лицом. Он внимательно разглядывал мальчика, явно узнавая в нем себя. Если у него и был шок, то он его тщательно скрыл.
Если ему что-то не нравилось, он не подавал виду.
Она была счастлива.
— Это твой отец, Джеффри, его зовут…
— Авраам Лексингтон Сент-Чарльз, — продолжил Джеффри.
Нанни Эдна хорошо его вышколила.
— Но я его буду звать папой.
— Я думаю, это ему очень понравится, — ответила Маргарита, едва произнося слова, от волнения у нее перехватило дыхание.
— Да, — голос Брэма был слегка охрипшим.
— Ты очень высокий, — заключил Джеффри. — Ты любишь лошадей?
Перемена темы не удивила Брэма.
— Люблю. Я думаю, что мы будем их здесь разводить.
— Это будет здорово! — воскликнул Джеффри. — Хотя я не могу кататься верхом, но я люблю на них смотреть.
— Не можешь кататься? — отозвался Брэм. — Что за чепуха!
Джеффри нахмурился.
— Мои ноги… Я не могу сидеть в седле.
Брэм подошел к нему и взял его из рук Маргариты. Он так просто это сделал, словно провел с мальчиком все эти годы.
— Это потому, что ты не пробовал сидеть в настоящем седле. Пошли в стойло, и я покажу тебе, что я имею в виду. Я думаю, что за день-два ты научишься. Тогда мы и начнем уроки верховой езды.
Джеффри был страшно доволен.
— Правда? — Он повернулся к Маргарите за подтверждением. Ему так много вещей запрещали в жизни из-за его слабого здоровья, что он боялся лишиться этого. — Правда, мама, я смогу?
— Если твой отец так говорит, — сказала она, чувствуя страшную слабость. От радости.
Их взгляды встретились. Она была благодарна своему мужу за все, она ощущала огромную любовь, которая с каждым мгновением становилась все сильнее. И когда Маргарита увидела ответные чувства, светящиеся в его глазах, она уверилась, что их сын будет счастлив.
Ведь они стали семьей и обрели свой дом.
Внимание!
Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.
После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.
Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.
Примечания
1
Боже мой! (фр.).
2
Черт возьми (фр.).
3
Ну да (фр.).
4
Милая (фр.).
5
Малышка (фр.).
6
Дорогая (итал.).
7
Моя дорогая (итал.).
8
Любовь (итал.).
9
Малышка Моя (фр.).
