Как я здесь оказался, не помнил совершенно. Прочная крепкая дверь имела небольшое окошко на уровне лица. В полутьме мне с трудом удалось узнать женское лицо, показавшееся в проеме.
— Хорошо выспался? — с насмешкой вопросила Жунь Фа Лонг.
— Неплохо, — потянулся я, разминая затекшие части тела. — Так ты не выдержала и решила провести первую брачную ночь до свадьбы?
— Хм-ф! — фыркнула она. — Даже в такой ситуации пытаешься скабрезничать. Я никогда не стану твоей женой, Сумасшедший Ублюдок Ли! Запомни это, раз и навсегда!
— Ладно-ладно. Не хочешь, заставлять не буду. Может ты отпустишь меня? — погремел я кандалами.
— Проще было бы избавиться от тебя, но я не Ублюдок Ли, — покачала она головой с надменным выражением лица. — Когда мои цели будут достигнуты, ты обретешь свободу. Дав клятву, что не будешь пытаться выдвигать какие-либо претензии и сразу же покинешь Лонглин. Конечно, слово Ублюдка Ли не стоит и медяка, но с паршивой овцы хоть шерсти клок.
— Спасибо большое! — проговорил я с сарказмом. — И каковы же цели ее высочества?
— Ублюдок Ли не появится в финале турнира, а значит победа достанется Гийому.
— Так и думал… — вздохнул я. — Но это ведь нечестно.
— Нечестно? Нечестно?! Сумасшедший Ублюдок Ли не имеет права рассуждать о чести! — взорвалась принцесса. — Ты должен был вылететь еще на начальном этапе! Не выйти из группы! С разгромом проиграть Акито или Шину! Ты продал душу Ороку или что?! Каким образом тебе удалось дойти до финала?!
— Ловкость рук и никакого мошенства!
— Не важно, — отбросила прядь своих темно-багровых волос принцесса. — Я не имею права так рисковать, допуская тебя до финала. Надеюсь, ты понимаешь.
— Да я уж понял, что ты не испытываешь ко мне симпатий… Значит, ты заодно с Шанди?
Жунь Фа покачала головой:
— Гийом был против моего плана. Он был уверен, что сможет победить тебя в честно бою.
— Так бедный парень сжег свое Дао всего лишь ради турнира?
— Не ради турнира, нет. Ради меня, — проговорила принцесса тихо и с печалью в голосе.
— Ради тебя? — переспросил я.
— Мы… — Жунь сделала судорожный вдох. — Мы любим друг друга! Уже давно! Но такому чудовищу не понять настоящих чувств! Твое черствое сердце радуется только жутким козням и кровавым злодеяниям!
— Эй-эй, полегче. Я добрый и пушистый на самом деле.
— И речь твоя также лжива и грязна, как твое Дао, — скривилась она. — Тебе ли знать, через что мы с Гийомом прошли, чтобы претворить наш план в жизнь? Мать Найен была разгневана, когда узнала о наших намерениях. Шанди из семьи сервов, у которых ничего нет за душой. Он прошел через суровую гвардейскую школу, сумел подняться до Рекрута за короткий срок. И затем получил возможность служить в личной охране гунской семьи.
Жунь говорила о возлюбленном с одухотворенным лицом, в голосе ее проскакивали искренние нотки обожания и заботы. Совсем пропала девка, короче.
— Мы с ним… Впрочем, тебе не обязательно знать о том, как мы открылись друг другу. Сама судьба свела нас вместе. Однако наш социальный статус слишком различался. Гун-эр наотрез отказывалась признавать наши отношения. Да и Гийом страдал, считая, что недостоин моей руки. И тогда мы придумали план с турниром, к которому стали готовиться. Много средств ушло на то, чтобы я и Гийом достигли нужного уровня Цунь-Ши-Дао. Мой любимый пошел до конца, спалив свой Дао.
Мама Найен отнеслась к идее с женихом-чемпионом поначалу скептически. Но когда пришло обращение от гуна Чайфу, воодушевилась и дала свое согласие. Победитель турнира Стального кулака мог рассматриваться, как мой будущий супруг.
— Так вот для чего ты приняла участие в соревнованиях?
— Это был идеальный план! — проговорила она мечтательно. — Мы с Гийомом должны были выйти в финал турнира вдвоем! И затем попросили бы гун-эр о благословении при свидетелях. Она не посмела бы нам отказать!
— Как романтично, — хмыкнул я.
— Я и не ожидала, что ты меня поймешь, Ублюдок Ли. Или… мне стоит называть тебя Пиратский Разлучник? Слухи о случившемся уже докатились до Яхуэй. Удивительно, как своим появлением ты сумел разрушить крепкий брак гуна Чайфу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Юйвин хотела меня отравить!
— Прекрасно понимаю ее чувства! Тебя не должно было быть в моем отлаженном плане! — надрывно проговорила принцесса. В ее глазах заблестели слезы. — Ты должен был давно вылететь с турнира. Но ты помешал мне самой пройти дальше и вышел в финал. Гийом уверял, что справится, но я не могла пойти на такой риск. Сумасшедший Ублюдок Ли не имеет права выиграть турнир Стального кулака! Подло ли это? Я знаю, что подло. Но поступить иначе: предать свою любовь и отдаться ненавистному чужаку я просто не могла!
— Сколько экспрессии! Тебе совсем не жалко бедного кочегара?
— Жалеть Пиратского Разлучника, Предателя Пекла и Тухлого Мясника? — скривилась она, вытирая слезы.
— Я совсем не такой, каким меня рисует людская молва! Говорю же: ты мне совершенно не нужна!
— Как будто мне самой об этом неизвестно, — выдала Жунь Фа. — Для тебя я не человек со своими чувствами, а просто глупая кукла, ступенька на пути к важному титулу и богатству. Бездушный манекен, очередной приз турнира. Наверняка ты желал больше получить паровые доспехи Стальной кулак, а не наследницу Лонг в жены!
— Это конечно так, но…
— Я и не сомневалась. Поэтому какое-то время ты посидишь здесь. Как только турнир закончится — ты получишь свободу. Я не Ублюдок Ли: не собираюсь марать свои руки в крови гун-наня. Хотя наверняка многие сказали бы мне за это большое спасибо. Прощай, Ли Кон из рода Чай. Ты не сможешь помешать моему счастью. Надеюсь, больше мы с тобой никогда не увидимся!
Жунь Фа развернулась и направилась прочь.
— Да постой! — бросился я к двери, однако цепь не позволила мне дотянуться до окошка. — Мы договоримся с гун-эр! Не нужна мне твоя ни рука, ни нога! Дай только турнир пройти до конца!
Звуки шагов Жунь Фа, эхом отдающиеся по коридорам, быстро затихали вдали.
— Заткнись, Ублюдок Ли! — жестко ответил мне один из стражей. — Не то язык укоротим!
Хурглова избалованная принцесска, чья голова полностью забита романтической придурью! Каковы были шансы на то, что они оба дойдут до финала? Сущий мизер! Да от Жунь Фа либо Акито, либо Шин и мокрого места не оставили бы!
— За что мне все это?! — я несколько раз ударился головой о каменную стену своего узилища.
Боль слегка отрезвила. Я внимательно исследовал свою камеру, но не обнаружил ничего интересного. Ни окошек, ни каких-то иных щелей, через который мог пробиваться солнечный свет. Лишь отблеск фонарей из малых духов проникал через дверной проем. Похоже, меня посадили в темницу глубоко под землей. Ни оружия, ни протеза, ни амулета при себе не оставили.
Я сделал несколько попыток избавиться от кандалов с помощью духовного огня, но смог лишь немного нагреть металл. Температуры явно не хватало. Холод пробирал до костей. Я вспомнил о том, что вообще-то владею Греющей аурой, и быстро распространил ее вокруг себя. Попробовал использовать связь с кочерангом, однако расстояние было слишком большим. Я почти не ощущал свое личное оружие.
— В темнице сырой
Томится без страха кочегар молодой…
Отрыжка хургла!
Глава 20
[Сати Бхоль]
Вечер приближался, а следов господина им так найти и не удалось. Весь день они пробегали, не давая себе ни минуты покоя. Даже Хинью выбился из сил. Чинсук настоял на том, чтобы они заскочили в таверну и перекусили.
Сати сидела с удрученным видом и потягивала сладковатый разбавленный сок. Хургл недовольно метался по столам и стульям, пытаясь выйти на след своего хозяина. Была у них надежда на нюх Чебуля, но похитители сумели как-то скрыть запах.
Девушка крутила в руках кочеранг своего сюзерена. Ей хотелось врезать кому-нибудь по голове. Вдруг ей на мгновение показалось, что кочеранг дернулся. Сати подала немного духовной энергии внутрь. Кочеранг стал слегка давить в сторону.
