– Non, – сказала она, вытирая глаза. – Дело в том, что я не люблю… – Она содрогнулась. – Эти звери внушают мне ужас. Они такие отвратительные, oui?
– Да, я знаю. Но ее здесь уже нет. Мужчины унесли ее.
– Правда? – Она оглядела комнату, словно ожидала увидеть еще нескольких мышей, выпрыгивающих из стен. Это было бы смешно, если бы только графиня не была по-настоящему напугана. Лорен смеяться не хотелось. Она села на кровать и протянула руку.
– Ее нет, это правда. Мы поймали ее шалью.
– Моей шалью?
– Боюсь, что да; это первое, что я увидела, достаточно плотное, чтобы завернуть ее. Но я постираю вашу шаль, когда они ее принесут.
Графиня содрогнулась.
– Non, non, я никогда больше не дотронусь до нее, если к ней прикасалось это существо! Сожгите ее!
– Как пожелаете, – согласилась Лорен. – Почему бы вам не попробовать уснуть? Хотите, я принесу вам немного вина?
– Oui, или лучше бренди, – сказала графиня слабым голосом. – Для нервов.
Лорен подумала, что ей следовало бы узнать, где стоит вино, прежде чем предлагать его, затем вспомнила, что в столовой в буфете она видела бутылки. Она вернулась за домашними туфлями и халатом, затем спустилась в столовую, чтобы налить графине бренди и отнести. И в самом деле, выпив, ее сиятельство взяла себя в руки и согласилась снова лечь и попытаться заснуть.
Но она продолжала беспокоиться, что еще одна летучая мышь вылетит из темноты, и только когда Лорен предложила полежать с ней, как матери с испуганным ребенком, графиня, наконец, закрыла глаза и уснула беспокойным сном.
Лорен устроилась поудобнее на другой половине кровати и накрылась одеялами. Похоже, ей придется провести здесь всю ночь. Господи, как это странно, что искушенная аристократка, старше Лорен и опытнее ее во многих отношениях, устроила истерику из-за сушей ерунды. Се ля ви, как сказала бы графиня. И даже Лорен вздрогнула, когда окна задребезжали от порывов ветра. Она посмотрела на графиню, но та спала. Вероятность появления в доме еще одной летучей мыши была невелика. Лорен закрыла глаза и, в конце концов, уснула.
На следующее утро все проснулись поздно и далеко не в самом лучшем расположении духа. Но, по крайней мере, графиня, казалось, пришла в себя, хотя и недовольно фыркнула, взглянув в зеркало. Она отослала горничную за холодными компрессами, затем выпила чаю с тостом и снова легла в постель, приложив холодные компрессы к своим все еще опухшим векам.
– Я встану, когда будет нужно, – сказала она Лорен. – Когда буду выглядеть более презентабельно…
– Как пожелаете, – согласилась Лорен. Она оделась без помощи горничной и спустилась вниз. Она застала графа и его брата в столовой, где, к счастью, не наблюдалось никаких животных.
– Как там графиня? – вежливо осведомился хозяин дома.
– Лучше, – сообщила им Лорен. – Но она еще не готова спуститься вниз.
– Понимаю. – Граф сам принес Лорен чашку чаю. – Обязательно попробуйте эти лепешки, повар хорошо печет, у него легкая рука.
Картер с некоторым удивлением наблюдал за проявлением такой заботы.
Граф, подождав, пока сядет Лорен, устроился рядом с ней и посмотрел на брата, не проявляя ни малейшего смущения.
– Миссис Смит сегодня настоящая героиня. Это она поймала ночью эту тварь, набросив на нее шаль, когда та кружилась по комнате.
– В самом деле? – Картер невольно проникся уважением и посмотрел на нее. – Послушайте, это здорово.
– Хорошая идея, умнее моей, – сказал Саттон. – От моих стараний это проклятое существо совсем обезумело.
Лорен покраснела.
– Просто это была удачная мысль. У меня есть некоторый опыт обращения с ними. У нас дома они иногда залетали в мансарду, и приходилось их выгонять. – Тут она поняла, что ступила на опасную почву.
Мужчины явно были заинтересованы.
– И где же ваш дом, миссис Смит? – спросил Картер вежливым тоном, но глаза выдавали его любопытство.
– На севере Англии, – сказала она, опустив взгляд на тарелку, взяла еще теплую, только что испеченную лепешку и намазала ее джемом и маслом.
Она приступила к еде, ничего больше не сказав в надежде, что вопросов больше не будет. Когда она закончила завтракать, Картер уже встал из-за стола.
– По крайней мере, – тихо сказал ему граф, – случай с этой ужасной дикой тварью дает тебе прекрасный повод отвезти графиню в какую-нибудь гостиницу.
– Да, но… – в ужасе начал его брат.
– Не беспокойся, – сказал ему Саттон. – Я позабочусь, чтобы ты не нуждался в деньгах.
– А, тогда хорошо, – улыбнулся Картер. – В таком случае ты молодец, Саттон. Можешь всегда рассчитывать на мою помощь.
– Я так и сделаю, – сухо ответил граф. Лорен, не зная, следует ли ей что-то сказать или лучше не вмешиваться в их разговор, сидела, не поднимая глаз. Но когда Картер вышел, она осмелилась взглянуть на графа. Он уловил ее взгляд.
– Мы скоро вновь будем одни, – тихо сказал он. Она улыбнулась в ответ.
– Мы сегодня опять поедем в город? Он покачал головой.
– Вы останетесь, дома и дадите отдых своему измученному телу; думаю, вам не надо садиться в седло хотя бы один день. Мы, конечно, могли бы воспользоваться каретой, но с такими синяками даже в карете будет тяжело. Один день ничего не изменит в нашем расследовании тайны, окружающей корабль и его груз. И я не брошу вас здесь одну развлекать наших гостей.
Она грустно улыбнулась ему:
– Вы очень добры.
– Это было бы нечестно – не вознаградить вас за храбрость, проявленную вами прошлой ночью. – Он снова взял ее руку и поднес к губам, и этот простой жест переполнил радостью ее сердце. Она посмотрела ему в глаза, и в эту минуту ей показалось, что они никогда еще не были так близки…
Почему же он оттолкнул ее? Чего она не сделала, чем не угодила ему? Если он не скажет сам, то, как она это узнает?
В растерянности она прикусила нижнюю губу, размышляя, не поговорить ли с ним в открытую, и в то же время…
В комнату вошел лакей с горячим чаем. Граф отнял свою руку, и она снова опустила глаза, глядя в тарелку, пока лакей наливал чай в чашку графа, затем в ее чашку.
И момент был упущен.
Она медленно допила чай. Когда граф ушел на конюшню, Лорен встала и пошла наверх узнать, как чувствует себя графиня. Она застала ее дремлющей и не стала беспокоить.
В гостиной она увидела Картера, раскладывавшего пасьянс, а графа нигде не было видно; очевидно, он еще не вернулся. У нее не было никакого желания сидеть и болтать с его братом, поэтому, оглядев книжную полку, она взглянула в окно. День был прекрасный. Она решила снова подняться наверх, взять шляпу и перчатки и выйти прогуляться; она почти еще не видела окрестностей.
Наверху графиня все еще спала; должно быть, ночью после неприятного инцидента с летучей мышью она не выспалась. Лорен нашла все, что ей было нужно, и тихо притворила за собой дверь.
