мне!
— Всем нам приходится себя продавать, дорогая моя. Всем!
— Я себя ни разу не продавала.
— Ни разу?..
— Представьте себе.
— А что здесь не так давно Богдан Барсов делал? Девушки говорили, что он к тебе заходил.
Кто-то его узнал из наших…
— Это не имеет отношения к работе. И я его не приглашала.
— А я не про то, моя дорогая. Когда имеешь дело с такими людьми, неважно в каком вопросе, то всегда приходится платить, — скалится босс и падает в свое кресло. — Свободна. С завтрашнего дня продолжай делать то, что тебе легко. Я понял, что карьерная лестница тебя не интересует.
На что я еще несколько секунд испепеляю взглядом босса и, стиснув зубы, удаляюсь. Козел.
***
Приезжаю домой совершенно разбитая, но не ленюсь начать проветривать комнату и менять постель.
Здесь все пропахло «нами». С улицы это ох как чувствуется, кружит голову. Тошно от мысли, что мне очень бы сейчас хотелось его сюда снова. Это как наркотик. Но все мы знает, что чем чаще его использовать, тем сильнее тяга. Я должна отказаться от него. Даже мысленно.
Только я падаю и устраиваюсь на середине постели, начинает вибрировать телефон, который на краю тумбочки и до которого нужно еще дотянуться. Лень просто сил нет, но я ползу.
Не глядя принимаю звонок.
— Алло…
— Надеюсь, ты не заболела? Голос усталый…
— Ты чего мне звонишь? — стону. — Я же сказала, что не хочу больше…
— А я хочу, чтобы ты еще раз мне сказала об этом, когда мы сегодня будет ужинать в семь.
— Что?.. — приподнимаюсь.
— Сегодня утром у нас не было возможности ничего обсудить нормально. Ты торопилась. А я в спешке ничего решать не люблю. Так что я заеду за тобой в семь.
Глава 43.
— Что?.. Нет, — сажусь и слегка встряхиваю головой. — Я не могу.
— Почему?
— Я отдыхаю, — сильно тру лицо ладонью. — Так что…
— Так сильно устала? — одной своей интонацией намекает на причину моей усталости. И он, черт возьми, прав. — Отпросилась с работы?
— Можно, и так сказать. Собираюсь спать до завтрашнего утра.
— Ты вполне можешь успеть выспаться до семи. Мы все-таки не всю ночь не спали. Я могу даже тебя разбудить...
— Богдан… — тяну я, вставая с кровати. Пришлось заставить себя это сделать, а иначе, засыпая, я могу что-нибудь не то промычать в трубку. — Ты не любишь в спешке решать, но я для себя все решила.
— Яна, — впервые произносит мое имя вот так, — ты ничего не решила. Признайся самой себе в этом. Только не обманывай.
Закрываю глаза...
Мое решение и впрямь было принято второпях. Все мои решения такие. Еще прошлой ночью я решила оставить его у себя, а утром твердо вбила себе в голову, что нам нужно прекратить встречи. А еще немного времени до этого я хотела завести с ним продолжительную интрижку назло Ангелине. Столько всего, столько мыслей, планов… Я запуталась. Нужно на минуточку остановиться и подумать, чего действительно хочу я сама, независимо ни от кого. Особенно от собственной совести.
К сожалению, я знаю, чего хочу. Подняться в шесть, собраться и поехать с ним ужинать. Мне ведь любопытно, о чем именно он хочет поговорить.
— Если ты рассчитываешь, что после ужина у нас снова будет секс, то…
— У нас не было секса в Питере. Я как-то пережил. И в этот раз переживу.
— … — слабо улыбаюсь. — Ладно… Я согласна еще на одну встречу. Только ужин. И ненадолго.
— Хорошо, — мягким, но победным голосом доносится до меня. — Отдыхай.
***
Уже в половину шестого я на ногах, кручусь-верчусь по комнате, подбираю себе одежду для ужина.
Не хочу выглядеть так, будто конкурс красоты посетить собираюсь, ну и простенько одеваться не хочется. Хотя Богдан уже успел увидеть меня во всей красе повседневной жизни, а потому мне кажется, что я в любом виде его не разочарую.
От мысли, что ему хочется продолжения, неважно какого именно, меня все же тянет улыбаться. Да, я одна из каких-то там понравившихся ему женщин, но для той, которую не любили и держали рядом с собой из-за того, что у нее в подругах «мечта», — это хоть какое-то достижение.
С тех пор моя самооценка ненамного поднялась вверх, рана зажила, а рубец остался. Но Богдан точно не тот, кто сможет изменить мою жизнь, исцелить и тот, в ком я буду уверена. Нет, он точно не тот… Как бы меня не тянуло к нему.
Надеваю обычное черное платье, волосы собираю вверх, немного макияжа. Я примерно так же выглядела в нашу вторую встречу, когда увидела их вместе на приеме.
Богдан звонит без десяти, и я прошу его ждать внизу. Не хочу, чтобы он поднимался.
Он остановился прямо перед подъездом, я прыгаю к нему на переднее сиденье.
— Здравствуй, — получается как-то официально.
— Ну здравствуй. Пристегнись.
Меня всю трясет как при сильной температуре. И это плохой знак. Такое со мной уже бывало однажды. Где-то, наверное, через месяц после предательства Сергея. Я просто начала кричать, свернувшись клубочком на полу. Необъяснимая боль настолько давила, что вырвалась на волю. Мне было очень страшно. Я не представляла, как это остановить. Не знала таблеток от этого. Душа болела. И сейчас болит. Только почему? Богдан мне ничего не обещал, не бросал. Наверное, это от несправедливости, что Ангелина снова получает место с мужчиной, который мне важен.
— Да, — делаю, как он просит. — Куда поедем?
— Не хочешь сама выбрать место? — выруливает со двора.
— Нет.
— Ладно, — опаляя своим продолжительным взглядом мою щеку, отвечает Богдан. — Не выспалась?
— Не выспалась, — отвечаю, смотря в окно. Небо затягивает. Дождь, похоже, будет. — И не в настроении, соответственно, — пальцами одергиваю платье ниже.
— Постараемся это исправить, — звучит как обещание.
Богдан сделал хороший выбор. У него есть вкус для тайных встреч. Даже попросил для нас укромное местечко с шикарным видом на вечерний город на втором этаже заведения. Меню тоже впечатляет, на котором я сейчас специально заостряю внимание. Мне нужно немного успокоиться, прежде чем он сделает мне какой-нибудь отвратительное предложение. Подозреваю, что именно
