Читаем без скачивания Флэндри с Терры - Пол Андерсон

— Я сам такой. — Флэндри поджег сигарету и взял в руку чашку, когда все было подано на стол. — Из… Пегунунганга Градъюганга, что на той стороне Тинджилского океана. Зовут меня Домиником. Вот, пришел сюда искать удачи.

— Сюда полмира едет, я думаю. — Он громко отхлебнул чай на пулаойский манер. Голос его окреп, в нем даже зазвучали гневные нотки. — И эта половина — глупцы.

— Вот как? Но отчего же? Говорят, здесь и простой человек может разбогатеть.

— Один на миллион, возможно. Не спорю. И то, пока не нарвется на плута или жулика. А остальные? Забивают легкие пылью из карьеров, а их жены и дети ведут жизнь земноводных на рисовых плантациях. И что под конец? Полное обнищание и рабство? О туан, солнце ненавидит Гунунг Ютар!

— Что же привело тебя сюда в таком случае? Мальчик сокрушенно вздохнул:

— Я думал, что дерево Ранау не такое высокое.

— Что?..

— Я имел в виду… У нас есть поговорка: дерево, которое растет очень высоко, непременно под конец упадет. Так вот, Сурулангунский Хребет и есть ствол такого дерева. Только он весь в земле. Дерево, которое достигло трехсот метров высоты, упало тысячу лет назад. Леса все еще в шрамах от его падения, хребет теплый из-за того, что ствол гниет под ним. Старики рассказывают эту историю как притчу и советуют не искать в ней скрытого смысла. Но я часто думал, насколько же прекрасно должно было быть такое дерево, когда оно еще росло!

— Так ты что, сбежал из дома?

Дъюанда уставился на свои колени, на которых лежали его сжатые кулаки.

— Да. У меня была небольшая доля в деле отца по торговле с иноземными купцами. Поэтому я и смог попасть сюда. Туан, поверь, никогда я не относился пренебрежительно к своим родителям. Мне только было непонятно, как можно не замечать очевидных вещей. Мы могли бы, например, строить лучшие дома, используя современные достижения. Могли бы развернуть производство, которое принесло бы миллионные доходы Ранау, а значит, смогли бы покупать у купцов не только игрушки и всякую ерунду, но лучшие механизмы, приспособления и инструменты, Все это я говорил своему отцу сотни раз, но он и слушать не хотел. И вот без его благословения я сорвался сюда, не выдержал.

Дъюанда поднял глаза вверх, пытаясь подыскать лучшие, более весомые слова, и чтобы доказать в который раз самому себе, что он не так уж не прав.

— Нет, туан. Я не был совсем уж законченным глупцом. Перед отъездом я написал письмо сюда на карьеры с предложением взять меня на работу учеником инженера. Один из местных заправил прислал мне ответ, приглашая сюда и пообещав должность. Скромную, конечно, это я понимал. Но я надеялся, что заработаю…

— Выпей, — сказал Флэндри, подливая араки в чашку гостя. — Ну и что было дальше?

Дъюанда задумался. Несколько минут он молча прихлебывал высокооктановый чай, а затем признался, что в компании, где он стал работать, его просто подставили. Нет, не обманули с должностью, действительно оформили официально. Но ему приходилось выкупать у компании старое оборудование, например респираторы, по дико завышенным ценам. Вскоре он залез в долги. Тогда появился один человек, с которым он решил расслабиться и отдохнуть от тревог, то есть начал пить. Тот предложил ему работу в сомнительной конторе, державшейся исключительно на обмане честных покупателей. Дъюанда потерял все, что имел. Стал занимать у ростовщиков, потом не смог отдать вовремя, залез в еще большие долги и под конец снова был вынужден обратиться к ростовщикам — на этот раз только для того, чтобы купить себе таблетку.

— Что же ты домой не писал? — спросил Флэндри. На лице мальчишки появилось выражение непреклонной гордости.

— Я нарушил волю отца, туан. Узнав все о нашем Дереве, я объявил, что смогу теперь позаботиться о себе сам. Обратись я к нему за помощью, чтобы добраться до дома, — его достоинство пострадало бы не меньше моего. Нет, только не это. Я нашел другого молодого человека, — боги были милосерднее к нему, — который спал и видел занять мою должность и мог заплатить мне за это. Я продал все, чем владел. Но и этого было мало. Тогда я отправился в распределитель и предложил сделку: мне дают пятьдесят золотых в обмен на якобы выданную мне регулярную пилюлю. В действительности таблетка будет числиться как выданная мне, а перейдет в карман продавца. Он предложил мне пять. (Флэндри вспомнил, что у перекупщиков на черном рынке такой товар шел по сто золотых! Простак не умел торговаться!) Поэтому я не смог купить билет домой. Но зато я расплатился со всеми долгами — пришел и швырнул им в лицо их проклятые деньги! Я очистил свое имя. Потом несколько дней я искал работу, но мне предлагали только рабство. В нашем роду никогда не было рабов! Тогда я и решил совершить то, чему ты, туан, был свидетель. Умереть честно. Но, видимо, боги не хотят меня к себе.

— Понятно. — И, желая получить паузу для размышлений, Флэндри поднял чашу: — Чтоб им всем, ростовщикам, пусто было! За крах ростовщиков!

— И Биоконтроля, — ляпнул тот.

— Что такое?! — Флэндри отставил чашу и пристально посмотрел на парня.

Тот побелел как мел; страх застыл в широко распахнутых глазах.

— Ничего, туан! Я ничего не сказал!

«Ого, а вот это уже интересно, — с восторгом подумал Флэндри. А я-то ломал голову, что мне с ним делать, не мог же я таскать его за собой, когда у меня самого на хвосте Вароу и Суму. Но теперь все меняется. Может, это даже удача. Первый человек, от которого я услышал что-то против Биоконтроля. Он, конечно, не сам это придумал, ясное дело, его надоумили там, в Ранау. Кто-нибудь из стариков. Кто-то у него в доме думает так же, как я! Может, там говорят и о революции?!»

Но в этот момент принесли суп, и Дъюанда, забыв все страхи, налег на еду со всей страстью. Флэндри подлил себе ликера и поглощал пищу менее поспешно. Пока они дожидались основного блюда, Флэндри бросил небрежно:

— Никогда не слышал о Ранау. Расскажи мне о нем.

Риджстаффель, если есть его по всем правилам, займет не менее двух часов. А был еще шербет, еще чай и арака. Парочка танцовщиц прогуливались по залу в поисках богатых клиентов. Еще кувшин араки оказался просто необходим. Звон бокалов повсюду перемежался нескончаемьми тостами.

Белое солнце проползло точку зенита и валилось к земле, Подножия гор уже лежали в тени. Как только солнце село за кратер вулкана, в сгустившихся сумерках вспыхнули первые звезды. Потянуло прохладой, пригнало первые облака.

Флэндри встал, потянулся, разминая одеревеневшие члены, и сладко зевнул.

— Пойдем-ка теперь ко мне, — предложил он Дъюанде, который, оторвав от стола голову, безуспешно пытался сосредоточить взгляд на Флэндри.

— Вот, накинь это, — рассмеялся тот, бросив мальчику плащ. — А то все решат, что ты тут держишь оборону круглые сутки. Утром еще поговорим.

Он был рад, что избавился от необходимости отвлекаться на Дъюанду, плохо соображавшего в этот поздний час, и может теперь трезво оценить сложившуюся ситуацию с Луанг и Кемулом. (Боже, какие же у него лапищи!) Бродивший в крови спирт не мог подточить безукоризненную логику вывода: если даже с Луанг все кончено, и не важно, по каким причинам, то у него есть теперь Дъюанда, который приведет его в Ранау, а это может оказаться весьма полезным.

Под стеной внизу, где склоны затопила темнота, зажглись первые фонари, но вездесущий туман делал свое дело, размывая в неясные пятна эти крошечные земные звезды. Шатающегося и распевающего песни Дъюанду на пути к гостинице «Девять змей» то и дело приходилось поддерживать, наставляя на путь истинный в прямом и переносном смысле. Поладив с крутой лестницей и преодолев нелегкий путь по коридору к своему номеру, Флэндри остановился, отыскивая ключ в кармане. Вот замок, ничего, что допотопный, у него есть ключ! Сейчас, Дъюанда, сейчас, мы найдем ключ… Хотя постой. Дверь не заперта! Значит, его компаньоны уже там и ждут не дождутся его!

На какую-то долю секунды Флэндри заколебался. И толкнул дверь.

Двое в зеленых юбках попытались схватить его за руки. Он успел заметить, как много их там было — больше дюжины. Связанные вместе за ноги, в углу сидели Луанг и Кемул. Он успел также поймать и ее взгляд, обращенный к нему, за мгновение до того как услышал ее крик «Беги!», и увидел, как осело тело девушки на колени Кемула от удара дубинкой по голове. Кемул бешено взревел. Но кто это там стоит, облокотившись о стену, улыбаясь и куря импортную папироску?.. Ниас Вароу.

Флэндри едва взглянул на приближавшихся к нему со всех сторон людей. Реакция опережала мысль. Волчком развернувшись на пятке, он выбросил вперед руку со сложенными плоским копьем пальцами ладони и порвал насквозь чью-то глотку. (Верный способ сломать себе руку, если удар не окажется строго перпендикулярен к плоскости тела!)

Кто-то повис сзади, пытаясь добраться до его горла под низко опущенным подбородком. Он упал на пол, перекинув врага через себя, и перевернулся на спину.