собственность…
Вокруг стояла черная, непроглядная темень, но старик был хорошо виден в светлой длинной одежде, с седыми волосами, как будто от него самого исходило свечение.
— Подумал ли ты о том, — продолжил старик, — что теперь в той бедной семье, где живут лишь беспомощные мать и дочь, не будет даже котелка, в котором можно вскипятить воду? Живя в этом мире, каждый должен найти свой честный способ добывания пищи, чтобы не стать вором. Если ты действительно раскаялся, — обратился старик к мальчику, — то для начала сейчас же верни котелок.
— Спасибо за науку, спасибо, что простили и просветили меня. — Поклонился Ли, сложив руки перед грудью.
И удивительный старик понял, что ребенок действительно искренне сожалеет о дурном поступке. А тем временем незаметно наступил рассвет, начали перекликаться петухи, и мальчик испугался, что его обнаружат и схватят, когда он будет возвращать чужую вещь.
— Пожалуйста, помогите мне, придумайте что-нибудь, чтобы я остался незамеченным! — Ли упал на колени у ног старика и стал кланяться в знак почтения, как это было принято, ударяясь при этом лбом о твердую землю.
— Да все очень просто: иди прямо и ничего не бойся. Положи котелок туда, где ты его взял, и возвращайся ко мне. А я постараюсь помочь тебе. — С этими словам он поднял высоко над головой, как флаг, свою даосскую ме-телочку, и вокруг вдруг наступила темень, да такая, что Ли не видел собственных ступней. Смолкли в недоумении петухи, и мальчик храбро двинулся вперед, ощущая необыкновенную радость оттого, что он возвращает украденную вещь. "Этот человек наверняка необыкновенный, раз смог мгновенно сделать небо темным", — подумал мальчик.
Благополучно водрузив котелок на прежнее место, Ли вернулся и вновь поклонился даосу с пучком седых волос на макушке:
— Учитель, скажите, пожалуйста, как мне лучше всего поступить теперь, чем заниматься впредь?
— Вот тебе тыква-горлянка, в ней имеется лекарство от всех болезней, — сказал даос и протянул тыковку, от которой в темноте исходило яркое сияние. — Это и будет твоим главным делом в этом мире — помогать людям.
Мальчик радостно прижал к груди тыкву с привязанной к ней веревочкой. А пока он закидывал ее за спину, даос исчез, и небо вновь стало светлым. На горизонте показался край солнца.
С тех пор Ли Тхе-гуай повсюду ходил с тыквой-горлянкой, помогая заболевшим людям. Всем нуждавшимся он отливал зелья в протянутую пиалу, однако волшебного снадобья в сосуде не становилось меньше. Надо ли говорить, каким уважением и любовью пользовался теперь Ли Со временем он вырос, превратившись в красивого, статного молодого мужчину. Любой отец с радостью отдал бы ему в жены свою дочь. Однако Ли решил заняться изучением Дао-пути и ради этого поселился в пещере, удалившись от мирской суеты. Видимо, неизгладимое впечатление произвел на него встреченный когда-то седой даос, направивший его на праведный путь.
Пещера была неглубокой, и Ли, сидя в ней, видел синее небо, высокие горы и стволы бамбуковой рощи, что начиналась у самого входа. Конечно же, Ли не ел ничего мясного, питался лишь дикими плодами, ягодами, съедобными кореньями. Тело его стало крепким и сухощавым, душа — спокойной, а мысли — чистыми. Целыми днями он сидел на бамбуковой циновке, читая древние книги или занимаясь самосозерцанием.
Учителем его был некий Вань Цю, и под его руководством Ли добился больших успехов. Способный и усердный юноша задавал учителю множество вопросов и внимательно выслушивал ответы, впитывая мудрость прошлых поколений, совершенствуясь с каждым днем. Миновало несколько лет, и теперь уже сам Ли стал учителем для молодого монаха-послушника, потому что сам он к тому времени уже постиг многое, научился самому трудному — покидать душой тело и путешествовать в других мирах.
Однажды старый учитель Вань Цю пригласил Ли отправиться в космос втроем, вместе с древним философом Лао-цзы. Ли подбросил в воздух грубый, сучковатый посох, весь в буграх и наростах, рукоять которого отдаленно напоминала голову дракона. Посох в воздухе действительно превратился в дракона, и Ли, оседлав его, отправился в путь, наказав послушнику сторожить его тело в течение семи дней.
Тут и произошла та история, о которой уже упоминалось выше. В силу обстоятельств послушник не справился с задачей, и Ли Тхе-гуай обрел новый, отталкивающий облик старого бродяги-нищего. Он стал худющим, почти чернокожим, со скрюченной правой ногой. И именно таким он известен в Китае: всклокоченные волосы придерживает металлический обруч; примечательны борода, густая и кудрявая, что редко встречается у китайцев, и большие круглые глаза. Таким его изображают и в фарфоре, и в камне, и в дереве, и в металле, и на картинах.
У меня не только несколько комплектов восьми бессмертных, выполненных в разное время и различными художниками из многих городов Китая. Есть и отдельные фигурки из фарфора, относительно старые. Видимо, хранилась когда-то у кого-то в семье вся группа, да со временем иные разбились или потерялись, так что "выжили" не все.
Так, у меня долго стоял на полке лишь один Ли Тхе-гуай небольшого размера, с очень выразительным лицом. Самые тонкие и хрупкие детали статуэтки были отломаны, но это не сразу бросалось в глаза, а потому не портило фигурку. И только через несколько лет я "откопала" где-то еще одну, на этот раз — Люй Дун-биня, явно из этой же серии, на такой же подставочке. Позже — еще две фигурки выплыли на рынке старых вещей. Но полностью собрать всю компанию из этого набора мне пока не удалось.
Несмотря на то, что во всех книгах упоминается об отталкивающей внешности Ли-Железная клюка, мне кажется, художники, испытывая к нему симпатию, изображают его все же внушающим уважение, а не страх.
А теперь еще несколько историй из жизни Ли Тхе-гуая.
Как Ли продавал масло
Много лет назад стоял город, в центре которого располагалось озеро Восьми бессмертных — естественный водоем. Город, окруженный горами, был таким огромным, что напоминал небольшую страну. Впрочем, горами он был окружен лишь с трех сторон, ибо построен был на берегу бухты.
К сожалению, его жители, несмотря на процветание всей страны и самого города, вовсе не
