вдруг я почувствовала, как мое тело приподняли и встряхнули.
- Быстро открыла глаза! – послышался приказ, а меня снова встряхнули так, что бессильная голова перекатилась с одного плеча на второе. – Открыла! Я сказал!
Меня бросили на кровать, а мне показалось, что я упала в пропасть. По моему лицу ползла рука, то сжимая его, то нежно гладя.
- Я тебя никуда не отпускал! – послышался страшный голос, а меня снова подняли на руки и встряхнули. Я чувствовала, как по спине ползут рассыпавшиеся волосы, как меня трясут, словно тряпичную куклу.
- Куда пошла? – послышался яростный голос Венциана. – Ты куда это собралась?! А?!
Его рука жадно сжала мое лицо, а я чувствовала его дыхание на своих губах.
- Думаешь, там хорошо? О, нет, - слышался задыхающийся разъяренный голос, пока меня трясли за плечи. – Думаешь там лучше? Птички, деревья и облачка? Думаешь, что там лучше, чем здесь? Да?
Я не могла распахнуть глаза, чувствуя, как меня держит липкая темнота, сквозь которую доносится его разъяренный голос.
Потом повисла тишина. Тьма, казалось, поглотила меня целиком, обступила со всех сторон, как вдруг голос раздался снова.
- Что? Хочешь сказать, что ты уже не здесь? - странным, севшим голосом спросил Венциан. - А! Ты где-то там, да? Там хорошо, там нет меня! Я знаю… знаю…
С каждым словом его вспышка ярости сменялась какой-то обреченной, расстерянной мягкостью.
- Я знаю, - глухим и мягким голосом повторил Венциан, а руки, которые мучили меня, трясли и сжимали, вдруг внезапно разжалась. – Я знаю, что там лучше… Там твоя мама, там твой бессовестный папа! Они там тебя ждут, тянут к тебе свои руки. Но нет, не сегодня… Да, моя девочка?
В этот момент, я почувствовала, как меня, словно тряпичную куклу посадили себе на колени и прижали к себе, сжимая двумя руками.
- Давай договоримся, что не сегодня, - послышался тихий и непривычно мягкий шепот. Его дыхание было каким-то странно горячим, обжигающим. Рука рассеянно гладила меня по голове. – Просто не сегодня… В другой раз… Так и скажи им… Ты ведь скажешь? Да? … Скажешь? Я приказываю тебе!
Я чувствовала, как его грудь вздрогнула. Мою руку подняли, обжигая дыханием, и прижали к губам.
- Дай мне еще время… Совсем немного времени… - слышала я шепот. – Ты ведь дала так мало времени, чтобы…
Он не договорил, а моих губ коснулись жаркие губы. Они словно пытались вернуть меня обратно. Поцелуй был сначала нежный, а потом стал яростным.
И тут я с трудом открыла глаза, видя перед собой ярко синие глаза, напоминающие небо.
Небо… Да! Мне снилось небо! Почти забытый сон оживал, обретал краски, а я вспомнила, что мне снилось! Мне снился … дракон!
- Дракон, - прошептала я, глядя на его губы. – Я хочу дракона…
- Дракона? – внезапно спросил Венциан, слегка отстраняя меня. – Ты хочешь дракона?
- Да, - немного ожила я, выпутываясь из темноты. – Дракона…
- Дракона? - спросил Венциан, почему-то осматривая комнату и делая глубокий вдох. – Хорошо, вечером будет дракон… Вечером, поняла?
- Вечером? – эхом спросила я, глядя ему в глаза.
- Да, да, вечером… - послышался голос, а меня бережно опустили на кровать. – Вечером будет дракон.
- Я хочу, чтобы он пришел сюда, - прошептала я, легонько сжимая его руку. – Дракон…
- Сюда? – заметил Венциан, осматривая команату. – Он здесь не развернется…
- Что там? – послышался встревоженный голос нянюшки за дверью.
- Мы хотим дракона! – крикнул Венциан, а в двери показались головы слуг.
- Не может быть! Она хочет дракона! – послышались голоса слуг. – Где его взять? Дракона!
- Убирайте отсюда всю мебель, кроме кровати, - приказал Венциан. – Все убирайте! Что такое?
Я привстала на локтях, вспомнив внезапно свой сон.
- Я хочу, чтобы ты его тоже увидел. Чтобы мы вместе гладили его, - прошептала я, вспоминая сон.
Во сне я показывала своего дракона Венциану. А он не верил своим глазам. Почему-то во сне мы стояли вдвоем и гладили моего дракона. Чувство счастья, навеянное сном, заставило тьму отступить.
- Ты хочешь, чтобы мы с тобой гладили дракона? – спросил Венциан, почему-то нахмурившись. – Вдвоем? Ты, я и дракон?
- Да, - выдохнула я, опускаясь на подушки.
- А если просто дракон? – внезапно спросил Венциан, замерев.
- Нет, - помотала я головой. – Мне снилось, что мы с тобой гладили дракона… И это был чудесный сон…
- А дракон как выглядел? – спросил Венциан, после минуты молчания. Он почему-то замер, словно от моего ответа что-то зависело.
Я вздохнула, глядя в окно. Изо всех сил я пыталась воскресить в голове этот прекрасный сон. Но он таял, расплывался и превращался лишь в отголоски чувств.
- Ну что? – послышался надо мной голос доктора. Он сидел на кровати, разложив свой чемоданчик. За ним столпился весь дом.
- Она чего-то захотела? – спросил доктор с надеждой.
- Да, - произнес Венциан, о чем-то крепко задумавшись. Он то и дело то сужал глаза, то расширял их, а потом осматривал комнату.
- О, это замечательно! – обрадовался доктор, улыбнувшись мне. – Мадам, вы большая молодец!
- Она хочет…дракона, - послышался голос Венциана. Доктор, который улыбался, кивая, тут же замер.
- Простите? – спросил он, поправив круглые очки в золотой оправе. – Кого?
- Дракона, - произнес Венциан, глядя на доктора. Тот вздохнул, посмотрел на меня, а потом на Венциана.
- А! – многозначительно протянул доктор, а его холодные руки проверяли мой пульс. – Дракона! Ну… Дракона, так дракона! Сейчас главное, чтобы она не забыла о своем желании. Эта болезнь тем и коварна. Пациенты могут попросту забыть о своем желании в любой момент! Не советую оставлять ее одну. Напоминайте ей постоянно о ее желании!
Доктор встал, глядя на всех присутствующих, щелкнул чемоданчиком и направился к Венциану. Я поймала только лишь обрывок фразы: «Я вам сочувствую».
- Карету! – послышался решительный голос Венциана.
Он бросил взгляд на меня, а я смотрела на его глубокий шрам на щеке и на красивый профиль. Если раньше мне казалось, что шрам безобразен и уродлив, если раньше этот шрам вызывал у меня отвращение и брезгливость, то сейчас я смотрела на него, как на неотъемлемую часть его личности.
