Беспорядочные крики толпы
Смотрите, золота струяПеретечет через края!Сосуды плавятся, и вследРулоны золотых монет.Дукатов новеньких игра,Как из монетного двора.Пустите! Денег сколько! Страсть!Неужто дать им так пропасть?Вот деньги, на полу лежат,Возьми, и будешь ты богат,А лучше сзади подойдемИ завладеем сундуком.
Герольд
Вот дурачье! Какой сундук?Ведь это — маскарадный трюк.Тут в шутку все, а вы всерьез.Так вам и дали денег воз!Для вас не то что медный грош,Вид фишки чересчур хорош!Вам разве видимость понять?Вам все бы пальцами хватать.Среди примет, поверий, грезДавно ль у вас на правду спрос?Одетый Плутусом, скорейБрюзгливых скопище рассей.
Плутус
Опять твой жезл мне будет впрок,Дай мне его на малый срок.Я кончик в пламя окунул.Кричите, маски, караул!Вот наконечника металлУже накаливаться стал.Я здесь стою средь вас в кругу,Не подходите, обожгу!
Крики и давка
Живьем сгорим и пропадем!Спасайся все! Бегом, бегом!Куда, куда! Назад, назад!Уж искры мне в лицо летят.Рубашку посох мне прожег.Назад! Отхлынь, людской поток!О, если б крылья я имел,Скорей подальше б улетел!
Плутус
Все в сторону оттесненыИ, вижу, не обожжены.Толпы наплывОстановив,Я место, чтоб сдержать орду,Незримым кругом обведу.
Герольд
Спасибо. Мы б могли пропасть.Ты разум выказал и власть.
Плутус
Хвалиться рано. Погоди.Волнений много впереди.
Скряга
На всех отсюда брошу взгляд.Живой стеною стали лица,Где что урвать, чем поживиться, —Суются дамы в первый ряд.Ведь я еще не сдан в архив,И в женщинах еще разборчив,И, рожу надлежаще скорчив,Бываю весел и игрив.Однако как шумит народ!Среди такого многолюдстваБолтать друг с другом — безрассудство.Пущу телодвиженья в ход.И если не помогут жесты,Я слиткам золота, как тесту,Любую видимость придам,Всегда понятную глазам.
Герольд
Так этот испитой костякЕще к тому же и остряк?Он, как для лепки матерьял,Меж пальцев золото размял,Катает, комкает, крошит,Придал комкам бесстыдный видИ тычет всем наперебой.Крик, суматоха, женский вой!Пред женщинами, не стыдясь,Он всячески разводит грязь.Нам надо выгнать из дворцаБезнравственного наглеца.И я не помирюсь со злом,Пока не пну его жезлом.
Плутус
Опасности не видит он.Когда безвыходность заставит,Он глупости свои оставит.Нужда сильнее, чем закон.
Сумятица и пенье
В долине с гор бежит рекойБез удержу поток людской.Великий Пан их божество.Ватага чествует его.Кто Паном на балу одет,Известен только им секрет.
Плутус
Мне ведомо, кто вы и он.Я в эту тайну посвящен.Я все узнал из первых рукИ вас пущу охотно в круг.Удачи смелому почину!Кто чуду вверился — тот прав,Хоть кинулся бы, как в пучину,Возможностей не рассчитав.
Дикое пенье
Обманчив неженок убор,А мы толпой скатились с гор,Закалены и горячи,Выносливые силачи.
Фавны
Эй, фавны, в пляс,Весельчаки!В кудрях у васЛиства, венки.И, прячась в них, торчит легкоЧуть заостренное ушко.Скуластый и курносый видУспехам фавна не вредит.Протянет лапу он и, глядь,Идет с красивейшей плясать.
Сатир
А сзади делает прыжокСатир со всех козлиных ног.Он, словно серна, сухопар,Проворен, жилист и поджар.Он дышит воздухом высот,Глядит, как человек живет,И презирает быт долин,Детей, и женщин, и мужчин.Они во тьму погружены,А он посмотрит с крутизныИ видит — мир пред ним открытИ весь ему принадлежит.
Гномы
Мы, карлики, бежим, толпясь,Не парами, а все зараз.Забот у гномов — вороха.На нас кафтанчики из мха,При каждом — лампа горнякаВеличиной со светляка.Средь кутерьмы и толчеиХлопочем мы, как муравьи.Кто к домовым нас причислял,А кто зовет: «хирурги скал».Затем, что мы в любви к трудуГорам пускаем кровь — руду.И, правда, сколько горных жилЗа век свой каждый отворил!Приветом добрым: «В добрый час!» —Под землю провожают нас,И в этом правда есть своя:Хорошим людям мы — друзья.Но нашим золотом из горВоспользуется сводник, вор,Железо наше попадетВ распоряженье воевод,Не мы виной, само собой,Что гонят войско на убой.Не чуткий к заповедям тремУже бессовестен во всем.Тут наша общая беда,И вы терпите, господа.
Великаны
В долинах Гарца поделомМы дикими людьми слывемЗа силу, наготу и рост,За то, что каждый, нравом прост,В ручищу взял сосновый стволИ бедра листьями оплел.Телохранители, какихНет и у римских пап самих.
Нимфы (хором, окружив великого Пана)
Вот бог полян,Лесных берлог,Вселенной бог,Великий Пан.Мы окружим его кольцом,Развеселим и развлечем.Он — добрый бог, хотя и строг,И любит смех и топот ног.Он смотрит ночи напролетНа голубой небесный свод,А днем, когда наперерывЖурчат ручьи и он сонлив,Все в робости замрет кругом,Едва забудется он сном.[141]Боится дунуть ветерок,И не шелохнется листок.В лесной тиши — полдневный зной,Травою пахнет и сосной.Ступают нимфы, как в чаду,И засыпают на ходу.Но каждый ужасом объят,Чуть голоса его раскатВ лесу прокатится как гром.Все — наутек, и все вверх дном!Панический безумный страхНаходит на людей в боях,Храбрейших повергая в прах.Почет тому, кто наш оплотИ столько страху задает.
Депутация гномов (великому Пану)
К жилкам золота в граните,К залежам железных рудВместо путеводной нитиГному дан волшебный прут.
Гном ушел под землю, в гроты,В вечный мрак, под корни пня,Чтобы ты свои щедротыРаздавал при блеске дня.
Мы поблизости открылиНовый чудный ключ средь скал,Изливающий в обильеТо, о чем ты не мечтал.
Прояви о нем заботу,Овладей им и присвой.К пользе мира все, чего тыНи коснулся бы рукой.
Плутус (к герольду)
Давай-ка запасемся хладнокровьем.Событий мы с тобой не остановим,Такой неотвратимый час пришел.Произойдет ужаснейшая драма.Все будут отрицать ее упрямо,А ты ее запишешь в протокол.
Герольд (дотронувшись до жезла, который Плутус не выпускает из рук)
