Рейна улеглась на тюфяк и закинула руки за голову. Скоро явится какой-нибудь мерзкий бесх или хриав, чтобы отвести ее обратно в гарнизон. A пока девушка лежала, блаженно зажмурившись. Она улыбалась, представляя, как принесет Киару рыжую голову эфрима. Это будет ее подарок брату. Больше всего Рейне хотелось прирезать самозванку, которую Киар вынужден охранять, но брат запретил приближаться к Вивьен. Что ж, голова Ржавого короля — тоже неплохое подношение. Киар, несомненно, оценит.
И ради этого Ρейна готова на многое…
Она прикоснулась пальцами к губам. Они все ещё хранили вкус… Почему-то Рейне казалось, что на языке осталось солнце и капелька колкой мяты.
Второе правило хорошего воина гласило: знай слабости своего врага лучше, чем свои. Она узнает.
И однажды все-таки перережет горло рыжему гаду.
Глава 15. Подземелье
Ливентия еще раз окинула придирчивым взглядом свое отражение. Еще раз покусала губы, хотя они и без того уже казались наливными вишнями. Тронь — и сок потечет! И наконец удовлетворенно улыбнулась. Прекрасна! Со всех сторон восхитительна, на что ни посмотри!
Глаза сияют, а лицо светится, словно девушка месяц провела в лучших купальнях Гранданы, где ее день за днем умащивали маслами и посыпали золотистой пудрой.
Ливентия огладила шелковое платье. Конечно, красный — это не совсем тот цвет, который носят юные и незамужние девушки. Но красный — это цвет пустыни, рядом с которой выросла южанка. Цвет зноя и жара. Цвет страсти, в конце концов!
А она, Ливентия, уже не просто юная аристократка. Она та, кого Дверь одарила, словно императрицу! Избранная!
В душе Ливентия всегда знала о собственной исключительности. Она всегда была особенной, уникальной, неповторимой! И поход в Мертвомир это лишь подтвердил.
Красавица томно прикрыла глаза, из-под длинных ресниц ещё раз осматривая свой силуэт в зеркальной глубине. Красное шелковое платье полыхало на ее теле языками огня, приоткрывая грудь в низком декольте и обрисовывая линию соблазнительных бедер. Десятки драгоценных бабочек и стрекоз порхали по ткани и волосам, шею обвивали нити с розовыми кораллами и турмалинами, волосы придерживала золотая сеточка. В Грандане считалось, что украшений много не бывает. И Ливентии до зубовного скрежета надоела строгость формы Двериндариума, которую ее заставляли носить, а черно-белый зимний пейзаж доводил до умопомрачения. Ливентия хотела ярких красок, зноя, веселья и… любви. О да! Особенно любви! Яркой, как ее огненное платье, обжигающей!
Любви лишь одного человека. И теперь она знала, где его искать.
— Я идеальна, — прошептала девушка, отворачиваясь наконец от зеркального совершенства.
Ливентия накинула на плечи серый плащ, скрывая пламень своего наряда. И как раз вовремя — в дверь постучал один из молодых врачевателей. Кажется, его звали Довен. Он каждый день заходил к девушке, чтобы узнать о ее самочувствии и принести какой-нибудь подарок. Крохотный цветок, выращенный в горшке на окне. Конфеты с эйфорией. Кораблик, сложенный из хрупких дощечек.
Кажется, парень пытался ухаживать за прекрасной пациенткой. У Ливентии он вызывал зевоту.
Но сегодня она посмотрела на него новым взглядом. Довен был сильным и высоким.
— Госпожа Осхар? — неуверенно произнес парень, когда девушка обошла его, рассматривая. — Я хотел узнать… Хотел спросить… как вы себя чувствуете?
— Прекрасно, — Ливентия расстегнула запирающий браслет и встала перед краснеющим врачевателем. — Ты умеешь сражаться, Довен?
— Что? Нет… я ведь целитель…
— Но меч-то держать можешь? — нахмурилась девушка, и врачеватель кивнул. Она посмотрела ему в глаза. — Вот и отлично. Приказываю тебе защищать меня до последней капли крови. Моя жизнь отныне важнее твоей собственной. Она важнее всего на этом свете. Понял?
Довен снова кивнул. Его взгляд стал слегка рассеянным, затуманенным.
— Возьми лампу и меч, следуй за мной. Будешь моим сопровождающим. Ну же, не стой столбом!
Врачеватель послушно выполнил приказ, и Ливентия улыбнулась, едва сдерживая радость. Ее невероятный Дар — вот истинный подарок для особенной девушки! A ведь она боялась ступать за Дверь. Но судьба и здесь оказалась щедра, одарив Гласом! Теперь все будет так, как захочет Ливентия! Всегда!
Когда они вошли в зал Малого Совета, Довен неуверенно дернулся. Но приказ южанки не позволил ему возразить или сбежать. Ливентия осмотрела стены. Гобеленов здесь было несколько, на всех красовались императоры прошлого. Тайная дверь нашлась под самым дальним. За створкой открылся узкий проход и ступени.
— Иди вперед, — велела Ливентия. — И держи лампу повыше! Еще не хватало мне споткнуться!
Молодой врачеватель, словно заведенная кукла, двинулся вниз. Ступени казались бесконечными. Ливентия поморщилась, ощутив холод подземелья. Ее ноги в атласных туфельках начали замерзать, и девушка с досадой подумала, что стоило надеть сапоги. Но они совершенно не сочетались с ее прекрасным платьем! Ладно, главное найти Его. А он уже согреет!
Ливентия на миг зажмурилась, представляя эту встречу. И то, как красные лепестки ее платья будут опадать на пол, сорванные сильной рукой. Скорее бы…
Не зря она проследила за Вивьен, ох, не зря! Случайно увидела крадущуюся по коридору девушку и решила узнать, куда та направляется. Когда Вивьен пришла в Архив, Ливентия испытала разочарование и уже хотела уйти, но тут началось самое интересное. Красавица закусила губу, вспоминая подслушанный разговор. Она уловила не все, слова были слишком тихими, а Ливентия боялась подойти ближе. Но поняла главное: где искать того, кто снился ей каждую ночь.
Он был жив. И она шла к нему, облаченная в красное платье. Шла, предвкушая новую встречу. И она будет прекрасной!
Ступени неожиданно закончились, открылся узкий извилистый коридор. Красавица похвалила себя за предусмотрительность и что догадалась взять с собой сопровождающего. Бродить по темному подземелью в одиночку — вот ведь ужасная перспектива! Поправив локоны, Ливентия снова предалась мечтам.
Они прошли ещё два спуска, так никого и не встретив, хотя несколько раз казалось, что в подземелье слышны голоса людей. И вдруг коридор уперся в темную дверь. Ливентия с силой втянула воздух. Ее сердце неистово забилось.
Они пришли.
Красавица скинула плащ на пол и приказала Довену остаться в коридоре. Толкнув дверь, она ступила в просторную подземную пещеру. Здесь было почти пусто, лишь в
