Мужчина крепко обнял любимую. Еще было так много проблем, которые предстояло решить. Главное, чтобы она позволила ему помочь ей в этом.
— Пошли, милая. — Тихо прошептал он ей на ухо. — Я отведу тебя в комнату и, наконец, нормально осмотрю. А то, никудышний из меня хозяин, держу тебя на полу в прихожей.
Лина кивнула, с радостью принимая помощь. Понимая, что головокружение только усиливается.
Она, даже, покачнулась немного, крепче ухватываясь за Диму. И увидела, как он хмурится, наблюдая за ее неуверенной походкой.
— Вот черт! — Негромко пробормотал мужчина. — Похоже, что у тебя сотрясение. ***
Дима отвел Лину в ближайшую спальню. Он не был уверен в том, что там, хотя бы, имеется постельное белье. Мужчина не помнил, в общем-то, когда и заходил в эту комнату в последний раз. Но, не рискнул вести девушку в таком состоянии на второй этаж по винтовой лестнице.
Да и неловко, как-то, было вести ее в свою комнату. Не сейчас, по крайней мере. Осторожно усадив любимую на диван, хоть она и пыталась отказаться от такой опеки, мужчина быстро подошел к окну, поднимая жалюзи. Комната наполнилась светом раннего летнего рассвета.
Дима разложил на журнальном столике препараты, за которыми ходил ранее, и начал внимательно, с большим тщанием, осматривать повреждения Лины. Это не было похоже на удар. Не рукой, во всяком случае.
— Лина. — Дима не знал, хотелось ли ей вспоминать об этом, но, стоило выяснить, насколько сильными могут быть повреждения. — Чем он ударил тебя? — Стараясь сохранить бесстрастность тона, спросил мужчина.
— Ничем. — Девушка прикрыла глаза, не желая встречаться взглядом. — Я ударилась об шкаф.
— Лина. — Дима тяжело вздохнул. — Сколько же можно его выгораживать?
— Он толкнул меня. Не хотел бить, а сдержаться не мог. Рассердился. — Лина прерывисто вздохнула. — И оттолкнул, а я не удержалась, и ударилась об угол шкафа. — Она говорила тихо, спокойно. Только вот, Дима ощущал, как мелкая дрожь трясет все ее тело. — Ты мне не верил, но, это, и правда, только второй раз, когда Валик ударил. — Она не открывала глаза, так и сидела с опущенными веками. — А первый… — Девушка замолкла на миг, судорожно сглатывая. — Не важно, в общем-то, — отчего-то, сжала Лина пальцы. — Но тогда, это было неизбежно, наверное. Возможно, даже, правильно…
Мужчина хмыкнул, пораженно качая головой. Он не мог представить себе ничего правильного в том, чтобы ударить женщину. И уж тем более, не было и толики смысла или рациональности в избиение Лины. Даже в самой тяжелой ситуации, которые, без сомнения, могли быть, учитывая ее состояние, всегда можно найти другой выход. Дмитрий знал это абсолютно точно.
— Валик не бил меня, Дима… раньше. У него были другие методы получать желаемое. — С каждым словом она, словно бы, все больше и больше сжималась в его руках. Это не нравилось Диме.
— Ты не обязана ничего объяснять, милая. Не надо. — Он, на минуту отвел руки от ее лица, и осторожно поцеловал в напряженные губы. Легонько, едва касаясь. Боясь причинить боль.
А она потянулась за его губами в ответ, ощущая необходимость в поддержке. Пытаясь понять и разобраться, что же она сделала. Прося об этой, едва ощутимой, ласке.
— Я хочу объяснить. — Лина вздохнула. — Просто…, это сложно. И так давно началось… А я…, я никогда никому не объясняла. Даже Валику не говорила многого… Это сложно… — Повторила она еще раз, словно не находя слов.
И он мог поверить в это.
— Это не главное сейчас, Лин. Не мучай себя. — Дима гладил ее по волосам, желая успокоить. Помочь. И, тихо радуясь в душе, что она делает этот шаг навстречу.
На какое-то время, в комнате воцарилось молчание.
Он осторожно и нежно начал ощупывать щеку. Не было похоже, чтобы кость имела повреждения. И это было неплохо. Синяк пройдет бесследно, и не будет причинять Лине боль. Мужчина полностью осмотрел лицо, ощупал голову девушки, осторожно отводя пряди волос. Нахмурился, обнаружив небольшую шишку над левым ухом. Чертыхнулся сквозь зубы. Но не сказал ничего.
— Мне надо посмотреть твое плечо. — Дмитрий отступил к столику.
Было видно, что Лина испытывает неловкость, неуверенность, зябко потирая себя по рукам.
Что ж, и сам он не был уверен в том, что это было такой уж хорошей идей, но, что оставалось делать?
— Черт, — не сдержался он, видя как она начинает покусывать, и без того пострадавшие, губы. — Лина. — Мужчина устало потер лоб рукой, пытаясь найти слова. — Согласен, это может показаться не самым хорошим выходом. Но, — он сжал пальцы, до хруста в суставах. — Так как в больницу ты ехать не хотела…
Лина кивнула, дергаясь от его последних слов. И это расстроило Дмитрия еще больше. Он не хотел добавлять ей мучений. Не хотел заставлять испытывать неловкость.
— Валик рассердился из-за справки. — Голос девушки неожиданно нарушил тишину, прерывая поток его сомнений. — Он не был доволен тем, что я нашла работу. Сама. Без него… — Лина хмыкнула, начиная осторожно расстегивать пуговицы блузы. — Если честно, он был в ярости, наверное. Я его таким никогда не видела.
"Господи, она еще пытается внести непринужденность в их беседу!", — Дима покачал головой, пораженный ее поведением. Хоть содержание разговора и будило в нем отрицательные, нехорошие чувства.
Дмитрий выругался в уме. Глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки.
Захотелось самому найти Валентина. Заставить понять, прочувствовать, через что прошла девушка.
Только, это не имело смысла. Не сейчас, по крайней мере. На данный момент, не было ничего важнее ее здоровья. И ему стоило сосредоточиться именно на этом.
Очень аккуратно, мужчина начал осматривать ее плечо, на котором уже проступили синяки. И вот тут, не было никакого сомнения в том, что кожу сжимали пальцами. Отметины очень четко говорили об этом, только поддерживая в нем желание найти виновного. Как бы мало смысла не было в этом.
Стоило бы отвести взгляд. Только вот, не было уверенности у Дмитрия, что у него хватит сил не посмотреть дальше. А это было не к месту. Абсолютно. И не стоило замечать, как участилось биение ее пульса на шее, рядом с его запястьем…
И ему, и ей было известно о том, что именно он испытывает. И сегодняшняя ситуация, не могла изменить главного. Того, как непреодолимо тянуло Диму к этой девушке. С самой первой встречи.
Да и эмоции Лины, по отношения к Дмитрию, не были для обоих секретом.
Только, не ограничивалось все желанием, не для него, во всяком случае. И не только им. Далеко не им одним. А потому, не стоило сейчас даже в мыслях вспоминать об этом. Каким бы трудным это не казалось.
