защищали лицо от ветра, но в начавшейся пурге ни зги не было видно. Сергей ориентировался исключительно по навигатору в планшете. Тёплая одежда неплохо сохраняла температуру, но так как люди практически не двигались, холод постепенно брал верх. Да ещё снег с дождем, летящий на приличной скорости, бил по капюшонам как крупа. Им пришлось даже лечь, плотно прижимаясь друг к другу дополнительно закрывая лица от непогоды. Да ещё выставить и держать перед собой пару рюкзаков для защиты от встречного потока воздуха. Так лететь стало более комфортно и теплее. При штормовом ветре развить приличную скорость Титов не мог, но судя по показаниям навигатора, ему удавалось держать крейсерскую скорость — около ста пятидесяти километров в час. Отряд успел даже перекусить в полёте, но Сергей от еды отказался. Зато когда Таня предложила ему горячий чай из термоса и бутерброд, он его с удовольствием слопал.
К координатам прежней высадки группы, они прибыли уже в полной темноте. И пока Аркадий связывался по рации с Иваном, все остальные шустро поставили палатки. Пурга постепенно затихала. Укрывшись от непогоды под оранжевыми пологами, группа начала готовиться к ночлегу. Неприятностей не ожидалось, но Самойленко всё равно назначил дежурные смены по полтора часа. Титова, как пилота, от «караула» освободили, и он практически мгновенно уснул, не обращая внимания на голоса Тани и Курникова. Проснулся он от крика Аркадия:
— Народ! Я палатки нашёл! В ста метрах от нас первая группа лагерь разбила. Но там нет никого.
Члены отряда, даже не позавтракав, ринулись на голос Фетисова.
— Та-ак… звери палатки не попортили, — принялся осматривать территорию Самойленко. — Оружия в палатках нет, как и рации. Рюкзаки вроде все на месте, но следы пурга замела. И куда они пошли?
— Мне кажется туда! — указала в сторону узкой просеки Гагарина.
— Танечка, ты у нас единственный интуит, — высказался Курников, — тебе виднее. Но может мы сперва позавтракаем?
— Хорошо! — согласился капитан. — Потом все идем по следу…
… Сергей, жуя индийскую жвачку, упаковку которой ему выдали вместе с комплектом вещей, шёл на лыжах замыкающим в колонне. Травяной вкус жевательной резинки приятно освежал рот и очищал зубы. Авангард возглавляла Татьяна. Титов ночью прекрасно выспался, привёл себя в порядок, позавтракал и был готов к новым свершениям. Единственное, что его мучило — это отсутствие связи с Магистром. По какой причине вирус не выходил на связь, Сергей не понимал. Он всего-то хотел попросить невидимого помощника о скромном бытовом чуде — источнике с горячей водой. Он знал, что на Камчатке такие источники не редкость. И ничего же страшного не случилось бы, появись такой источник поблизости от лагеря? Но шум в ушах не появлялся, да и голова не болела. Но как он смог убедиться, прежние таланты не пропали. Он помог Юле, проснувшейся с головной болью. Сумел быстро затянуть рану Аркадию, который, топориком рубя сучья для костра, умудрился повредить большой палец левой руки. Да и лётные таланты продолжали функционировать. Самойленко попросил его взлететь над лесной чащей и провести разведку с воздуха.
Утренняя погода радовала солнечным днём, голубым небом и не сильным морозом в минус пять градусов. Сергей поднялся на приличную высоту и убедился, что тайга и сопки простираются чуть ли не до горизонта. Конкретных ориентиров он не заметил, о чём и доложил капитану. Но вот горячего подземного источника так и не смог получить и это его напрягало. Сергей уже в который раз извинялся перед Магистром, что попросил у него возможность стать супер-магом, а тот ему в ответ «закатил истерику».
«Эй, вирус? Магистр? Ну чего ты? — уговаривал невидимку Титов. — Хватит дуться! Я понял, что мне рано или невозможно стать настоящим магом. Я сто раз уже извинился? Виру-ус! Магистр! Ну давай уж бухти мне в уши, какой я идиот!»
В заснеженном лесу из посторонних шумов и пения птиц, хорошо различался лишь треск снега под лыжами. Причём птицы издавали такие занимательные трели, а особенно старалась одна из них. Она почти по-человечески повторяла один и тот же напев, перемешивая щебет стуками и треском.
— Юля, — обратился Титов к шедшей перед ним спутнице. — Ты не знаешь, кто из птиц так трещит? Будто попугай говорит, а потом стуки разные и треск?
— А-а-а! — обернулась к нему улыбающаяся Полищук. — Это глухарь! Я его не раз в Сибири слышала! Токует! Видно самочку зовет.
— Да? Забавно! Я пения глухарей не слышал никогда. Сначала удивился, откуда здесь попугаи. Теперь понятно, спасибо!
«Ишь заливает! — усмехнулся своим мыслям Титов. — И главное, так похоже на волнистого попугая, пытающегося подражать человеческой речи! Что он там проговаривает? — прислушался к пению Сергей. — Вроде на стих похоже: Забухайте на рассвете, чтобы проснулись ваши дети! Ха-ха… Стоп! — остановил сам себя Титов. А ну-ка если вслух?»
И на максимальной скорости, он произнес:
— Забух-рас-ве-что-прсн-сь ва-де-и!
Слева от него вдруг раздались свист с грохотом и ввысь взметнулся исходящий паром фонтан.
— Чёрт! — вздрогнула от неожиданности Юля. — А я думала, что этот район сейсмостойкий?
«Сработало! — мысленно возликовал Титов. — Вирус меня слышит, но почему я его нет? Как мне получать от него магические заклинания? Хорошо ещё, он догадался использовать глухаря, но не всегда же около меня будут такие способные животные? Эй вирус, подскажи, в чем причина?»
А в это время пение глухаря вновь изменилось. Теперь он начал повторять более короткий рисунок, похожий на «жа-ча… жва-ча…»
«Жача? Что такое жа-ча — жва-ча? — впал в лёгкий ступор Титов, но он продлился недолго. — Жвачка?»
— Ур-рр, тук-тук-тук! — залился трелью глухарь.
«Ну ни фига себе? — выплюнул белую массу Сергей. — Выходит, во всём была виновата моя жвачка?»
— Трак-трик тук хращ-щ-щ! — подтвердила птица.
— Во, блин дела! — произнес он вслух, понимая, что у индийской жвачки имеется и отрицательное свойство. Шум в ушах она убирает, но и контакт с Магистром у «изменённого» теряется. И ещё неизвестно, что лучше⁈ Для себя он твёрдо решил — к жвачке более ни за что не притронется.
— Нашла! — раздался радостный крик Гагариной. — Тут лыжи группы и вход в пещеру.
Сергей ускорил шаг, убеждаясь, что глаза у Тани зоркие. Разглядеть присыпанные солидным слоем снега лыжи смог бы не каждый. Да и вход в пещеру, расположенный на сопке и
