Неописуемый ужас обуял его. Сердце забилось сильнее, и он тяжело задышал. Он бросился к стене, пытаясь найти дверь, через которую его доставили в камеру, но, к своему удивлению, он не смог найти ее. Перед ним была сплошная каменная стена.
Не было никакой возможности спастись бегством, он был обречен на терпеливое выжидание. Полтаво не сомневался в том, что ничего хорошего нельзя ожидать от Фаррингтона: он не впервые обманывал его и злоупотреблял его доверием.
Как-то он похвалился доктору Фоллу, что ему приходилось бывать в очень тяжелых положениях, смотреть смерти в глаза и все же уходить живым и невредимым, Теперь он понимал, что никогда еще не находился в таком безнадежном положении, никогда его участь не висела на волоске, как сейчас. Он был отрезан от всего мира, находился в подвале Таинственного Дома, лишенный возможности бежать, охраняемый незримыми стражами.
Единственное, на что он мог надеяться, что Смит нападет на его след и выяснит, каким образом его похитили из коттеджа. А выяснив это, он несомненно последует сюда и попытается овладеть им.
По-видимому, обитатели Таинственного Дома опасались того же, время от времени до слуха Полтаво доносился своеобразный шорох. Казалось, какие-то незримые силы меняют расположение комнат Таинственного Дома, приводят в действие механизмы, изменяющие конструкцию дома.
Долго Полтаво не пришлось ждать. Опустилась кабинка лифта, и в камеру вошел доктор Фолл.
— Смит находится в Таинственном Доме, — сказал он. — Он собирается обыскать дом. Через несколько мгновений он будет здесь внизу. При этих обстоятельствах я принужден выдать вам один из секретов нашего дома.
И, сжав руку Полтаво, он повел его в угол комнаты Полтаво, скованный наручниками, не смог оказать ему никакого сопротивления.
Должно быть, Фолл нащупал рукой потайную пружину в стене или же наступил на нее ногой, потому что часть каменной стены отошла в сторону, и перед Полтаво раскрылась черная ниша.
Через несколько мгновений в подвальную комнату вошел Смит в сопровождении трех полицейских, но ничто не указывало на то, что Полтаво несколько мгновений тому назад находился в этой комнате.
Полтаво принужден был ожидать во мраке своей участи. Он находился в маленькой нише, с трудом дышал и при всем желании не мог обнаружить какой-нибудь выход, кроме того, через который его сюда доставили.
Двадцать минут, которые он провел в этом тайнике, показались ему вечностью. Наконец дверь снова растворилась, и его окликнул Фаррингтон.
Он спустился вниз в сопровождении своего верного помощника Фолла и одноглазого итальянца.
Полтаво вспомнил, что он видел этого человека на силовой станции, которую он как-то осматривал.
Комната несколько изменилась за время его отсутствия, и насторожившийся Полтаво сразу подметил происшедшую перемену. Стол был отодвинут в сторону и открыл доступ к приделанному к полу массивному стулу.
При первом своем посещении этой комнаты Полтаво обратил внимание на своеобразное кресло и на то, что оно было плотно прикреплено к полу.
Фолл и итальянец подхватили пленника и, грубо волоча за собой, подтащили к стулу.
— Что вы собираетесь делать? — вскричал Полтаво и мертвенно побледнел.
— Это вы сейчас узнаете.
Они сняли с него наручники и крепко привязали ремнями к стулу.
Полтаво видел перед собой мрачно улыбавшегося Фаррингтона. Лицо его казалось окаменевшей маской. Ни один мускул не двинулся на нем, глаза мрачно смотрели на предателя. Доктор Фолл опустился рядом с ним на колени, и Полтаво уловил треск разрываемой ткани. Это Фолл разорвал его штанину.
— Что все это значит? Что за шутки?! — вскричал Полтаво, пытаясь подавить обуявший его страх.
Но его никто не удостоил ответа.
Со все возрастающим ужасом следил Полтаво за действиями своих мучителей. К чему были все эти приготовления? Не обращая внимания на его вопросы, оба сообщника продолжали прикреплять к его рукам какие-то странные аппараты. Полтаво почувствовал прикосновение холодного металла, но ему все еще было неясно, что хотели с ним сделать. Он и не подозревал, какое жестокое решение приняли его бывшие сообщники.
— Мистер Фаррингтон, — взмолился Полтаво, — я признаю, что игра моя проиграна.
— Это верно, — подтвердил Фаррингтон.
То были первые произнесенные им слова.
— Дайте мне немного денег, чтобы я смог покинуть страну, и клянусь, что я никогда больше не встану на вашем пути.
— Мой друг, я слишком долго доверял вам. Вы впутывались в мои дела при каждом удобном случае. Вы обманывали меня постоянно. И теперь я твердо решил обезвредить вас и лишить вас возможности в дальнейшем мешать мне.
— Что означают эти приготовления? — спросил Полтаво, и безграничный страх засветился в его глазах.
Лишь теперь он заметил, что от металлических пластинок, прикрепленных к его рукам и ногам, шли толстые провода в зеленой обмотке. Они уходили в контакт прикрепленный к стене. Полтаво испустил отчаянный вопль — он понял, что ему предстояло.
— Боже! Неужели вы меня убьете?
Фаррингтон медленно кивнул головой.
— Мы безболезненно лишим вас жизни, Полтаво. Для того, чтобы мы могли продолжать жить, вы должны умереть, но мы избавим вас от излишних мучений.
— Неужели вы убьете меня электрическим током? — простонал, корчась, Полтаво. Его голос утратил свою звонкость, он едва хрипел. — Скажите, что это шутка, Что это неправда… скажите, что вы не убьете меня, Фаррингтон. Это ужасно! Это невозможно! Дайте мне возможность жить… дайте мне револьвер или нож — дайте мне возможность сразиться с вами, защищать свою жизнь. Сделайте со мной все, что вам угодно. Передайте меня полиции. Но только не это! Бога ради, не убивайте меня!
Доктор нагнулся к полу, поднял кожаный шлем и бережно надел его на Полтаво, который обезумел от страха.
— Не делайте этого, Фаррингтон! — молил он. — Не делайте этого! Клянусь вам, я не предам вас!
Фаррингтон кивнул Фоллу, доктор подошел к стене и положил руку на выключатель.
— Я не предам вас… — звучал голос Полтаво из-под шлема. — Дайте мне возможность… я клянусь… клян…
И Полтаво внезапно замолк. Фолл повернул черный выключатель, и мгновенная смерть прервала мучения несчастного Полтаво, который окончил свой жизненный путь. Они освободили его тело, которое безжизненно поникло на стуле.
Так погиб Полтаво — авантюрист и негодяй умер в полном расцвете своих сил!
Фаррингтон мрачно поглядел на труп. Он хотел что-то сказать, но в это мгновение резкий голос за его спиной повелительно скомандовал:
