— Почему это? — удивилась Пак Сумин. — Сам же рассказал.
— Нужно быть осторожными, если сболтнешь где-нибудь, будут проблемы, — ответил я, подходя к Пак Сумин ближе.
Чеболька по-хозяйски приобняла меня за талию, прижимая к себе. Интересно, так чувствовали себя молодые парнишки в клубе или там было все иначе? Ощущал я себя крайне неловко.
— Тогда зачем рассказал? — с улыбкой спросила девушка.
— Считай это актом максимального доверия.
— И у тебя больше нет других секретов? Только фальшивое имя? — уточнила девушка, поглаживая меня по спине и чуть ниже.
— Знаешь, как то это неправильно… — протянул я, глядя на руку чебольки. — А секретов у меня еще целый вагон.
— Что неправильно? — удивилась Пак Сумин. — И какие секреты?
— Я все тебе расскажу, постепенно, когда решу с чего начать, — ответил я, продолжая следить за рукой девушки. — У меня такое чувство, что меня домогаются.
— А если и домогаются? — ехидно спросила годзилла.
— Пойдем в спальню? — поднял я бровь.
Закипел чайник, щелкнула кнопка выключения.
— Нет, единственное, что я сейчас хочу, это кофе и мой круассан, — ответила чеболька. — Кстати, почему ты взял шоколадный, а не миндальный, как обычно?
— Решил, что тебя потянет на сладенькое, — ответил я, отходя от девушки к кухне и заваривая себе лапшу. Сейчас нужно закинуть еще пяток сосисочек и через минут пять можно завтракать.
Пак Сумин, удовлетворенная моим ответом, терзала выпечку, запивая все это дело теплым кофе. Глядя, с какой скоростью улетает напиток, я лишь убедился, что нужно искать кофейню с парковкой или драйвом, чтобы ездить по утрам на машине. На улице стало слишком холодно.
— Какие планы на сегодня? — спросила годзилла, когда я уселся за стол и стал втягивать в себя горячую лапшу.
— Думал о верхней одежде и визите к Лоренцо, — ответил я. — А у тебя?
— Я думала запереться в спальне, — честно сообщила Пак Сумин.
От таких заявлений я чуть не подавился. Прогрессивно и напористо. Сейчас девушка была похожа на огромную кошку, которая активно метит территорию и обозначает собственные притязания. Ведь сегодня ночью мы дошли до точки, когда эти притязания стали распространяться на меня целиком, а не только на мои мозги и способности.
Пак Сумин доела свой круассан и сейчас спокойно потягивала кофе, наблюдая за моим завтраком, я же обдумывал, что именно мне стоит ей рассказать.
Вот как мне ей рассказать о причинах, по которым она окончательно разругалась с Юн Хян Ми? Это был скользкий вопрос, ведь выходка, которую устроила госпожа директор в гостиной со стаканом воды — следствие моего на нее давления. Хотя, если порассуждать, сложившиеся обстоятельства просто обнажили суть давней подруги Пак Сумин. Ранее идеальная и непогрешимая, Юн Хян Ми вляпалась в мутную историю, подставила подругу, причем не по мелочам, а оставив в смертельной опасности. А потом — просто не выдержала позора и сорвалась.
Попытка помириться со мной Мун Джина — лишь говорит о том, насколько Юн Хян Ми нестабильна и капризна. Кстати, этот вопрос нам тоже нужно будет с годзиллой обсудить. Теперь, когда я наконец-то смогу говорить с ней прямо, мы сможем выжать из этой ситуации максимум и взять здоровяка в плотный оборот. Что именно мы сможем получить от предателя, и как он будет искупать свою вину — время покажет. Но играть эту партию в четыре руки будет намного удобнее. Это как мошенничество с подставными персонажами — давить на мозги отдельно взятому человеку, состоя в предварительном сговоре, намного проще, чем пытаться водить его за нос в одиночку. А вот что касается моего холодного криптокошелька…
Наверное, придется сказать всё, кроме того, сколько у меня лежит на счету на самом деле. Сумма слишком большая, да изъята она была у ее деда в том числе. Скажу, что всё, что у меня было, я ввалил в ее бетонный завод.
Как мне не было стыдно и гадко, я все же решил придержать один козырь в рукаве. Оставить страховку на случай, если все происходящее — лишь игра капризной девчонки и мне придется бежать. Голос проклятой паранойи не позволял мне до конца довериться даже этой женщине, с которой мы вместе живем, с которой мы прошли вместе через столько дерьма, и при этом она всегда оставалась на моей стороне. Как и я — на ее.
Но Кан Гванджин стоял за моим плечом и шептал, что я должен быть начеку. Никогда не знаешь, что может случиться.
Наши с Пак Сумин отношения не были здоровыми. Начавшись со странного сожительства и робкой эмоциональной поддержки, в итоге мы пришли к тому, что завязли друг в друге настолько, что теперь ближе человека и придумать сложно. Полгода под одной крышей, масса пережитых проблем и несчастий, совместный быт и работа плечом к плечу. Я для Пак Сумин был одновременно коллегой, подчиненным, соседом, моральной опорой, а теперь стал и любовником. Неловкий разговор, который я планировал провести на тему наших дальнейших сексуальных отношений и их природы, Пак Сумин зарубила на корню своими поглаживаниями и заявлением о том, что она намерена переместиться до конца дня в спальню. Я был совершенно не против, точнее, это виделось мне лучшим исходом, намного лучшим, чем бубнение под нос и решение, что сегодняшняя ночь была ошибкой. Только меня не отпускало ощущение, что все решили буквально за меня.
Кем для меня была Пак Сумин?
Это хороший вопрос, на который у меня не было однозначного ответа. Наверное, она была первой женщиной, с которой бы я хотел остаться навсегда. Даже не смотря на ее проблемы с доверием, склочный характер, леность и безответственность. Она была очень умна, предана и решительна. А еще живя с ней, я стал забывать, насколько красива была Пак Сумин, и хотя в первую нашу встречу я про себя оценил ее на восемь из десяти, отметив мелкие несовершенства, которые есть у любого живого человека, то теперь я бы дал ей все одиннадцать баллов. Пак Сумин
