Солей Враск стоял на мостике подле командного трона, но не намеревался его занимать. Он планировал передать управление Анне Крейн, пока они не подойдут к планете на расстояние прямого сенсорного контакта. – Максимальное ускорение. Высший уровень готовности по всему флоту. Помните, новый враг может появиться в любой момент.
– Отец! – неожиданно вскрикнул Авл Кельс. Библиарий ощутил сильную эмоцию, которая выбивалась из общего психического эгрегора флота. Эмоция была настолько грубой и масштабной, будто экипаж в несколько десятков тысяч смертных внезапно столкнулся с чем-то… Дитя Бездны не мог разобраться, источник находился не на «Абрамелине».
Через несколько секунд офицеры сектора связи приняли входящий сигнал, и все встало на свои места.
– Повелитель, – примарх повернулся на голос Анны Крейн, предчувствуя неладное. – Вызов с «Уэйта». У них отказал основной двигатель, починка собственными силами невозможна.
Лицо примарха ничем не выдало его чувств, только кристалл во лбу гиганта внезапно потемнел. Кельс и Элифас переглянулись. Они понимали, какое решение примет их отец. Потому что по-другому нельзя, флот ксеносов вот-вот выйдет на дистанцию огня.
– Всем кораблям продолжать разгон, – Голос Солея Враска не дрогнул. И даже самые приближенные его воины могли только догадываться, что сейчас происходит в душе примарха. – Передайте капитану Кали, что его имя и еще шестьдесят четыре тысячи триста тридцать два имени будут выгравированы на золотых колоннах Зала Славы «Абрамелина».
Враск некоторое время смотрел на Крейн. Она была стойкой женщиной и сумела выдержать этот взгляд, полный эмоций, недоступных простым смертным.
– Переключите меня на их канал, – добавил примарх.
Связисты слышали приказ и тут же выполнили его. Анна кивнула, когда ей доложили, что канал открыт.
– Капитан Остро Кали, экипаж легкого крейсера «Уэйт», – Солей Враск глубоко вздохнул и уставился в обзорный иллюминатор сквозь полупрозрачную синеву гололита. – Я знаю каждого из вас, хотя едва ли мы встречались. Я знаю каждого из вас, потому что не нужно лично встречаться с воинами, которые служат во флоте Звёзднорождённых, чтобы быть уверенным – они лучшие из лучших. Я горд тем, что имел честь вести ваш экипаж за собой. Кого-то больше десятилетия, как вас, помощник капитана Гаусс. Кого-то лишь девять месяцев, как вас, рядовой-техник Хоффер. Но не имеет значения, сколько времени вы служили Его воле. Ибо каждый, кто хоть миг своей жизни самоотверженно подарил Империуму, истинно бессмертен. Простите, что говорю вам это не в глаза. Но знайте, что все вы – герои своего народа. И для вас – смерти нет.
Примарх хотел кивнуть Анне Крейн, чтобы она отключила связь, но внезапно динамики мостика зашипели от статики, пришедшей вместе с ответом с «Уэйта».
– Спасибо, отец, – голос капитана Кали звучал глухо, он был старым космическим волком, ветераном сотен сражений. Но из-за искажений эфира невозможно было определить, какие эмоции он хотел вложить в свои слова.
Кали был смертным, весь экипаж «Уэйта», все шестьдесят четыре тысячи триста тридцать два человека были смертными, исключая разве что полсотни техножрецов и армию сервиторов, численности которых никто не мог знать. На корабле не базировались Астартес, но у Звёзднорождённых так было принято. ВСЕ люди считали примарха своим отцом.
И отец оставил их умирать. Потому что даже на частичную эвакуацию крейсера такого размера ушло бы не меньше двух часов. За это время приближающийся ксеносский флот неминуемо уничтожил бы большую часть кораблей легиона, несмотря на флотоводческое мастерство Враска и его капитанов. Примарх не мог этого допустить.
Связь с крейсером оборвалась, и через некоторое время Авл Кельс почувствовал, что эмоции экипажа «Уэйта» изменились. Корабль больше не окутывала серая пелена шока с блеклыми прожилками отчаяния и зарождающимся в глубине черным пламенем ужаса. Крейсер медленно налился золотистым свечением, которое начало слепить библиария, так что ему пришлось одернуть свой ментальный взор.
– Невероятно, – прошептал Дитя Бездны, глядя в пустоту широко раскрытыми глазами. Его психический капюшон был откинут, но психоактивные кристаллы на внутренней поверхности налились синим светом и начали беззвучно потрескивать коронными разрядами.
Воин не знал, в чем крылась причина. Слова ли примарха возымели такой эффект, или Остро Кали что-то добавил от себя, вдохновив экипаж. Но Авл точно понял одно: они больше не боятся смерти. Их служба окончена.
Флот Звёзднорождённых уходил все дальше вглубь системы, так и не подпустив преследователей на расстояние выстрела. Примарх запретил сканировать сектор за кормой, где они оставили дрейфующий «Уэйт». Ни один авгур, ни один сканер, ни одно пикт-устройство не было направлено в ту сторону, пока флот не удалился так далеко, что вспышку взрыва варп-ядра уже невозможно было рассмотреть даже модифицированными глазами транс-человека.
Глава 5
Падение колосса
Вместе они выстоят
Разрушитель Миров
Едва Балор Келл вошел на мостик, переборки «Гнева Нуаду» натужно взвыли, распределяя по всему корпусу разрушительный импульс от прямого попадания в правый борт. После этого мостик мелко завибрировал, отзываясь на череду взрывов, прокатившихся по орудийным палубам.
– Аскелад, бегом на палубу восемь, – скомандовал примарх, широкими шагами направляясь к командному трону. Бранн уже вывел на основной гололит все необходимые данные.
– Собери всю свою роту, – Балор цедил слова, с трудом сдерживая гнев, подпитываемый скорбью. – Нет. Собери все Звериные роты. Всех, кто остался.
Бледные глаза экзактатора блеснули. Он кивнул в спину отцу и покинул мостик, на ходу связываясь со своими сержантами по воксу.
Воин поклялся себе, что больше никогда не подведет боевых братьев. После возвращения с корабля чужих он регулярно донимал апотекарион, справляясь о состоянии тяжелораненых.
Минувший штурм что-то изменил в Аскеладе. Он пока сам не понимал, что именно.
– Я расформировал базовое построение, – Бранн поспешил дать комментарии по тактической обстановке. – «Тир-на-Ног» в этой фазе боя…
– Ты все сделал правильно, – отозвался примарх. Теперь он говорил тихо. Гнев свернулся у его ног послушным псом.
– Ваша атака заставила их отвести несколько крупных кораблей внутрь строя, – продолжал капитан. – Но это не было похоже на спонтанную реакцию.
– Нет,
