Читаем без скачивания Черный лед - Майкл Коннелли

– Откуда тебе все это известно? – спросил он.

– Долгие годы я работал с осведомителями и информаторами. С теми, кто остался в живых, чтобы все это рассказать. Мы собрали полную биографию Папы. Я даже знаю, что у него в гостиной висит портрет Элвиса на бархате.

– А какой знак у его баррио?

– В каком смысле – знак?

– Ну герб, эмблема…

– А-а… Дьявол. Дьявол с нимбом.

Босх допил пиво и оглядел бар. Неподалеку он заметил помощника окружного прокурора. Тот, как знал Гарри, был членом рабочей группы, санкционировавшей серию расследований по случаям применения полицией оружия. Прокурор сидел за столиком в гордом одиночестве и посасывал мартини через соломинку. За другими столиками сгрудились несколько копов – их лица были смутно знакомы Босху. Все это были динозавры, старослужащие управления. Гарри хотелось уйти и подумать о только что услышанном. Дьявол с нимбом святого – такую татуировку он видел на руке Мура. Значит, Кэл родом из тех же мест, что и Зорилло! Удивительное совпадение, если, конечно, это совпадение.

Босх почувствовал выброс адреналина.

– Как мне связаться с Рамосом?

– Пожалуй, я устрою так, чтобы он сам нашел тебя. Где ты остановишься?

– Еще не знаю.

– Остановись в Калексико, в отеле «Де Анса». По нашу сторону границы безопаснее, да и вода там лучше.

– Хорошо, так и сделаю.

– Вот что еще… Оружие через границу провозить нельзя. В общем-то это совсем не трудно – покажешь на контрольном пункте полицейский значок, и к тебе в багажник никто не полезет. Но если в Мексике произойдет какой-то инцидент со стрельбой, то следствие прежде всего проверит, оставил ли ты личное оружие в полицейском участке в Калексико или нет. – Корво многозначительно кивнул Босху. – В полицейском управлении Калексико есть специальный сейф; в нем они хранят оружие копов, которые едут на ту сторону. Там ведут вполне легальный учет, так что тебе даже дадут квитанцию. Профессиональная этика, так сказать, поэтому мой тебе совет – сдай пушку в полицию, чтобы не тащить ее через КПП и не врать, будто ты оставил оружие дома. Оставь револьвер в Калексико и получи квитанцию – тогда у тебя не возникнет проблем. Усек? У тебя будет алиби для твоего ствола, если что-нибудь случится.

Босх кивнул. Он понял, на что намекал Корво.

Агент достал бумажник и протянул Гарри визитную карточку.

– Звони в любое время. Если не застанешь в конторе, значит, меня разыщут. Только назовись, а я предупрежу людей и оставлю записку, чтобы тебя непременно соединили со мной.

Босх заметил, что манера поведения Корво претерпела изменения. Теперь он говорил гораздо быстрее и ерзал на табурете. Босх решил, что агент пришел в возбуждение, узнав про «Энвиро брид». Очевидно, Корво не терпелось приступить к делу. В зеркале Гарри увидел, что шрам на щеке агента потемнел, словно это был индикатор, изменявший цвет в зависимости от настроения хозяина. Корво перехватил его взгляд.

– Удар ножом. – Он коснулся шрама пальцами. – В Сиуатенахо. Я расследовал одно дело и работал под чужим именем. Мой пистолет был пристегнут к ноге, и тот парень полоснул меня, прежде чем я успел наклониться. У них там нет хороших больниц, где аккуратно справились бы с таким ранением, вот и заштопали кое-как. Теперь не могу работать нелегально – слишком уж у меня запоминающаяся физиономия.

Босх почувствовал, что Корво нравится рассказывать эту историю; его не обманула даже напускная небрежность, скрывающая обыкновенную браваду. Вероятно, это был единственный случай в карьере маленького агента, когда он действительно заглянул в глаза смерти. Босх прекрасно понимал, какого вопроса ждет от него Корво. Он спросил:

– А тот парень? Что он заработал?

– Кремацию за государственный счет. Я уложил его, как только дотянулся до своего пистолета.

Корво ухитрился придать героический оттенок истории об убийстве человека, который полез с ножом на вооруженного пистолетом агента. Он явно считал это подвигом, достойным мужчины. Видимо, Ковро выкладывал эту историю каждый раз, когда замечал, что кто-то смотрит на его шрам. Босх уважительно покачал головой, слез с табурета и положил на стойку деньги.

– Не забудь про наш уговор. Без меня Зорилло не трогайте. И свяжись с Рамосом, предупреди его.

– Конечно, сделка есть сделка, – откликнулся Корво. – Но я не гарантирую, что мы предпримем решительное наступление в ближайшее время, пока ты будешь в Мексике. Вообще-то мы не намерены спешить. К тому же мы потеряли Зорилло. Не сомневаюсь, это временно, но все же…

– Что значит – потеряли?

– Вот уже дней десять наши наблюдатели не видели его. Впрочем, мы почти уверены, что он все еще на ранчо. Просто Зорилло временно залег на дно, пытается преодолеть свои привычки.

– Привычки?

– Папа любит показываться на людях, к тому же ему нравится дразнить нас. Обычно он объезжает свое ранчо на джипе, охотится на койотов, причем палит в цель из «узи», и любуется быками. У него, кстати, есть один замечательный зверь, настоящий чемпион, однажды убивший матадора. Быка зовут Эль-Темблар. Зорилло часто ездит посмотреть на него. Думаю, он считает, что эта гордая и свирепая зверюга чем-то похожа на него самого.

Как бы там ни было, но Зорилло в последнее время не видно на ранчо Пласа де лос Торос, куда он прежде отправлялся каждое воскресенье. Не объезжал он и окрестные баррио, что раньше проделывал довольно регулярно – наверное, чтобы напомнить себе, кто он такой и откуда вышел. В поселках Зорилло самая известная фигура. Там-то его и прозвали Римским Папой Мехикали.

Босх попытался представить себе жизнь Зорилло. Самый знаменитый человек в городе, не признающий знаменитостей.

Гарри закурил сигарету. Ему очень хотелось поскорее выбраться отсюда.

– Когда его точно видели в последний раз?

– Если Зорилло все еще на месте, то он не показывался на территории ранчо с пятнадцатого декабря, воскресенья, когда присутствовал на бое быков. Там его видели в последний раз. По сообщениям информаторов, приближавшихся к усадьбе, он был у себя и восемнадцатого. Потом сообщения прекратились. Либо Зорилло скрылся, либо отлеживается у себя в берлоге, как я и говорил.

– Может, потому, что он приказал убрать копа?

Корво мрачно кивнул.

Босх ушел один. Агент остался, сказав, что ему нужно позвонить. Гарри вышел на порог, вдохнул прохладный ночной воздух и в последний раз затянулся сигаретой. Вдруг ему почудилось какое-то смутное движение в темноте парка на противоположной стороне улицы, и один из бездомных – явный псих – выскочил в белый конус света от уличного фонаря. Этот чернокожий высоко задирал худые колени и совершал руками порывистые, резкие движения. На глазах Босха он резко повернулся и промаршировал обратно во тьму – тромбонист невидимого оркестра, играющего где-то в другом мире.

Глава 18

Многоквартирный трехэтажный дом, где жил Кэл Мур, стоял наискосок к бульвару Франклин. В этой части города он был одним из многочисленных домов послевоенной постройки, украшенных безвкусной лепниной. Сам район носил название «Тепперо» и некогда славился своими фонтанами, однако ныне их заполнили землей и превратили в цветочные клумбы.

Дом Мура находился примерно в одном квартале от особняка, где разместилась штаб-квартира Церкви сайентологии, о чем извещал мудреный неоновый символ, заливавший тротуар неестественным белым светом. Было около десяти вечера, и Гарри не боялся, что кому-нибудь из последователей Рона Хаббарда придет в голову подвергнуть его личность анализу. Стоя на тротуаре, он курил и долго рассматривал дом Мура, прежде чем решился сделать то, зачем сюда приехал.

Обычно считалось, что такие дома особенно надежны, но Гарри быстро убедился, что это не так. Замок на воротах палисадника Босх открыл простым столовым ножом, лежавшим в перчаточнице вместе с отмычками. С замком на двери подъезда возиться вообще не пришлось: он так сильно нуждался в смазке, что подпружиненный язычок не вошел в гнездо и дверь осталась не заперта. Босх вошел в подъезд, просмотрел список жильцов на стене и увидел, что Мур занимал квартиру номер семь на третьем этаже.

Седьмой номер оказался в самом конце коридора, делившего этаж пополам. Остановившись у дверей, Босх увидел, что квартира опечатана приклеенной к косяку полоской бумаги с полицейской печатью. Отлепив ее лезвием перочинного ножа, висевшего у него на цепочке для ключей, Босх опустился на колени, чтобы взглянуть на замок. В коридор выходили двери еще двух квартир, но как Гарри ни прислушивался, он не уловил ни звука работающего телевизора, ни голосов. Лампы под потолком давали достаточно света, поэтому потайной фонарь ему не понадобился. На двери Мура оказался стандартный английский замок со штырьковым механизмом засекречивания. С помощью изогнутого отжима и крючка Босх расправился с ним за две минуты.