Сперва я подумал, что, раз меня так встречают, не стоило сюда и приезжать; а потом я забыл об этом и думал уже только о том, как отсюда смотаться.
В освещенных дверях бильярдной стояли в небрежных позах двое. Кстати, это был узенький переулок — если бы не бильярдная, совсем темный. Приглядевшись, я разобрал, что один из двоих в дверях бильярдной — сам Счастливчик Сэм, а второй — Фред Беллью. Они просто стояли и молча смотрели на меня. Только когда я приветствовал их: «Привет, мелкота! Узнаете?» — я заметил, что по обе стороны освещенного входа, в тени, стены подпирают остальные парни. Вся кодла. Ничего себе! Слишком это вышло… словно ждали. Мне это не понравилось.
— Привет, — сказал Фред спокойно. Он никогда не любил выпендрежа. Разумеется, другого я и не ждал. Но тут в первый раз почувствовал привкус дешевки. И все-таки вылез из тачки и позволил им полюбоваться на мои блестящие перышки.
Сэм хмыкнул и пробормотал: «Индюк!..» Довольно громко. Еще кто-то хихикнул, а из темноты заулюлюкали. Я подошел к Сэму и ухмыльнулся. Правду сказать, ухмыляться мне вовсе не хотелось.
— Я так давно тебя не видел, — сказал я, — что уже и забыл, какая ты задница. Как дела?
— Я-то в порядке, — ответил он и добавил самым оскорбительным тоном: — Я зарабатываю свои деньги.
Прокатившийся в толпе ребят ропот ясно дал понять, что самым разумным было бы усесться в мое сверкающее авто и убраться отсюда. Но я остался.
— Умника строишь? — пробормотал я. Теперь я понял, что ребята были навеселе. Я, похоже, влип. Сэмми сунул руки в карманы и посмотрел на меня сверху вниз. Он был единственным коротышкой, которому удавался такой взгляд. После неприятной паузы он произнес:
— Лучше бы тебе отправляться обратно к своим хрустальным шарам и кофейной гуще. Мы, знаешь ли, уважаем ребят, которые потеют, чтобы заработать. Мы уважаем даже и тех, кто зарабатывает, не совсем законно, если они умнее, ловчее и сильнее других. Но ловко подвешенный язык и немного везения — это совсем другое дело. А теперь пшел вон.
Я беспомощно огляделся. Что просил, то и получил… А чего я, собственно, ожидал? Я что, рассчитывал, что ребята будут становиться в очередь, чтобы пожать мне руку, если я так обставлю свое появление?
Они вроде бы и не двигались почти, но в следующий момент как-то сразу обступили меня со всех сторон. Похоже было на то, что если я не придумаю что-нибудь, и немедленно, мне намнут бока. А если уж ребята брались за это дело, можете мне поверить, делали его как следует. Я вдохнул поглубже.
— Слушай, Сэм, я у тебя ничего не прошу. В том числе и советов.
— Советов?! — он вспыхнул, — Эти твои сеансы! Не волнуйся, мы тут коечто слышали о тебе. Облапошиваешь несчастных вдовушек. Полсотни за раз — «Беседы с Незабвенными Усопшими»! Психичный консультант! Классная удочка! Что, нечем крыть?
Ну, теперь-то я снова чувствовал твердую почву под ногами.
— Так я, по-твоему, шарлатан? Так, да? Да стоит мне захотеть, и я напущу на тебя такие кошмары, что у тебя, готов спорить, волосы навсегда дыбом встанут… если, конечно, тебе хватит духу отправиться куда я скажу!
— Значит, готов спорить? Ну-ну. Забавно! Ребята, вы слышите? — Он засмеялся и заявил, скривив рот:
— Ты сам этого хотел. Ну что ж, мистер богач, вызов ваш — а я принимаю. Фред будет записывать ставки. Как насчет десяти твоих вонючих долларов за каждый мой? Фред, прими десятку!
— Ставлю двадцать к одному! — Я почти сорвался в истерику. — Но клянусь, я приведу тебя к самому гнусному, грубому, склочному, неотесанному и мерзкому призраку из всех, о каких тебе когда-нибудь придется услышать!
Толпа так и взвыла. Сэм хохотал с ними вместе, но не выказывал желания пойти на попятный. В этой компании спор — это спор, и когда ударили по рукам, отступать некуда. Он принял мой вызов, сам назвал условия и теперь не мог увиливать. Так что я просто кивнул и сунул Фреду пару сотенных. Фред и Сэм уселись в машину, а когда мы отъезжали, Сэм высунулся наружу и помахал ребятам.
— Эй, парни, до встречи в аду! — закричал он. — Я собираюсь встретиться со страшным привидением, и либо оно меня напугает до смерти, либо я его!
Я погудел, чтобы расчистить дорогу в улюлюкающей толпе, и уехал. Развернулся на бульваре и поехал из города.
— Куда едем? — спросил немного погодя Фред.
— Да тут, недалеко, — ответил я, хотя еще не решил. Надо было найти поблизости место с самым что ни на есть гадостным привидением — таким, чтобы Сэм наложил в штаны. Я бы тогда помирился с ребятами.
Я открыл бардачок, и Айки высунулся наружу. Айки — это бедолагачертенок, которому защемило хвост металлическими листами, когда машину собирали, так что он был вынужден сидеть в бардачке, пока моя колымага не развалится.
— Эй, Айк! — прошептал я. Малыш уставился на меня бойкими глазками, в которых отсвечивала красным освещавшая салон лампочка. — Айк, свистни профессору, ладно? Я сам не хочу кричать, чтобы эти две рожи сзади не услышали. Тебя-то им не услышать.
— Ладно, босс, — пискнул Айк и, вложив пальцы в рот, свистнул — так, что кровь в жилах остановилась. Это был условный сигнал для профессора. Старикашка появился впереди машины, некоторое время летел перед ветровым стеклом, а потом проскользнул в салон через щелочку в окне. Я приоткрыл его совсем чуть-чуть.
— Господи, — пропыхтел он, — нельзя ли в другой раз не вызывать меня во мчащийся на всех парах автомобиль? Я едва вас догнал!
— Не надо, проф, — прошептал я. — Если вы захотите, то перехватите стратолайнер. Слушайте, у меня тут есть один тип, который мечтает повстречать действительно страшного призрака. Есть у вас такой на примете?
— А как же. Помните я вам рассказывал о доме старика Вольфмейера?
— Еще бы. Да уж, хуже не придумаешь. Это то что вам надо. Только не просите меня пойти с вами. Никто из наших не поддерживает с Вольфмейером никаких отношений. И Бога ради, будьте осторожнее!
— Ничего, я с ним справлюсь. Это где?
Он подробно объяснил дорогу, пожелал мне доброй ночи и был таков. Я немного удивился: мы с профессором бывали в самых разных местах и до сих пор он не отказывался от приключений. Впрочем, пусть его. Я пожал плечами и поехал по указанному адресу. Господи, лучше б я и не узнавал его никогда.
Ехать надо было за город, на одну старую ферму. Там и повесился когдато Вольфмейер. Тот еще тип из пенсильванских голландцев — как был при жизни сволочью, так ею и остался. Причем и теперь вел себя не по-людски. Он прекрасно знал, что останется на своей ферме весь остаток вечности, если не исправит все свои гадости. Только это его нимало не заботило. Наоборот, характер у него испортился окончательно и он стал самым поганым призраком в штате, а может, и во всей стране. С тех пор как старикашкин труп рассыпался в петле в прах, в доме умерли семь человек — трое жильцов, попытавшихся поселиться на ферме, двое бродяг и два специалиста по привидениям. И все они повесились. Это был стиль Вольфмейера. Ему, похоже, очень нравилось быть страшным призраком. Во всяком случае, он делал все, что было в его силах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
