его не пускали.
— Это приказ! — раздался знакомый голос и моё сердце отдалось трепетом на его слова.
Фабиан, поняла я, и побежала к воротам. Девушка, что приносила мне еду, стояла, распахнув руки в стороны перед принцем, преграждая ему путь.
— Обитель не подчиняется законам ни одного королевства. Это территория семи дев, вокруг которой вы построили свои города. Эта девушка — чудо, дарованное нам девой. Я не позволю её забрать никому, даже вам!
— Фабиан! — изо всех сил крикнула я, привлекая к себе внимание.
Мой принц, увидев меня, спрыгнул с коня и, подняв девушку за плечи, переставил её на другое место, словно статуэтку, преграждавшую ему путь. Из моих глаз хлынули слёзы от понимания того, что этот храм мог стать очередной темницей.
— Тише, всё теперь хорошо, — он подхватил меня на руки и усадил на коня. — Всё теперь будет хорошо.
Глава 25
Во дворец Фабиан занёс меня на руках, что вызвало неизгладимое впечатление у его обитателей, указывая на то, что мой статус за долгое время отсутствия и произошедшие события никак не изменился. Зато вызвало возмущение у меня, ведь я могла и сама дойти от лошади до дворца, а уж тем более подняться в свою комнату. К моему удивлению, он пошёл абсолютно в другом направлении.
— Я велел подготовить для тебя другие покои, которые будут больше подходить к твоему статусу. Ты должна была туда переехать после бала, но ряд событий этому помешал. Хотя, уже скоро, боюсь, самые хорошие покои этого замка не сравняться с теми, что теперь в твоих владениях.
— В моих владениях? Ты снова решил подарить мне какой-то замок? Зачем?
— Можно и так сказать, — загадочно улыбнулся мой принц, опустив меня наконец на землю, перед дверьми новой комнаты. — Мои находятся здесь, — он указал на соседнюю дверь, не прекращая улыбаться, отчего я почему-то покраснела.
Фабиан распахнул передо мной дверь, и я ненадолго замерла, не решаясь войти внутрь.
Самая настоящая комната принцессы, с пушистым ковром и большой кроватью. Красивый резной комод, на котором стояла ваза свежих цветов, был единственным местом для хранения вещей здесь, но потом я увидела две двери.
— Гардероб и ванная — увидев, куда устремился мой взгляд, ответил принц на незаданный вопрос. — Наши комнаты с тобой зеркальные. А напротив находится общая гостиная с двумя кабинетами. Также твой с одной стороны, а мой с другой.
Он осторожно обнял меня и поцеловал в висок.
— Я хочу, чтобы ты чувствовала себя здесь как дома. Но понимаю, что, когда ты увидишь свои земли и замок, это место может показаться тебе не таким уж и привлекательным. Всё-таки нашим мастерам не сравниться с ремесленниками древних. Если хочешь, мы можем выехать завтра утром. Лекари приготовят для тебя отвары, и ты быстро наберешься сил.
Его голос звучал очень заботливо, но я слышала в его голосе некую печаль, омрачавшую его мысли.
— Скажи, что произошло? Что за новые земли, которые почему-то мои и гораздо лучше здешних? Что тебя расстраивает? Почему нам вообще надо куда-то отсюда уезжать. Ты ведь сказал, что после нашей помолвки ты станешь полноправным королём. Это из-за этого ты хочешь меня теперь куда-то отправить? Потому что просто объявления свадьбы было достаточно, чтобы получить власть? — мне стало горько от мыслей, хлынувших в мою голову, а Фабиан, услышав мои вопросы, отчего-то лишь рассмеялся.
— Глупышка ты, Дара. Я волнуюсь, что, увидев ту красоту, хозяйкой которой ты являешься, ты просто не захочешь возвращаться сюда в этот скромный дворец.
Ничего себе — скромный дворец! Что же там за замок такой, что самое роскошное место из всех, что я когда— либо видела в своей жизни, называют просто скромным дворцом?
— То есть ты волнуешься, что я не вернусь к тебе? Или всё-таки дело в месте?
Он улыбнулся и вновь прижал меня к себе, а я лишь прикрыла глаза, наслаждаясь моментом и его теплом. Как же мне хотелось стоять так вечность, но, к сожалению, моего принца ждали дела, а моим главным делом было выздоровление.
По настоянию Фабиана лекари принялись за моё восстановление с неестественным усердием. Целебные отвары трижды в день, благовония и полезная еда сменяли друг друга, а в руки мне не давали ничего тяжелее ложки. На второй день этого целебного заточения я не выдержала и ночью, пока никто не видит, решила посмотреть на нашу с Фабианом, общую гостиную.
Ступая по холодному полу мрачного коридора, я на цыпочках пробралась к двери, что должна была меня туда привести, рискуя попасть принцу на глаза. Заглянув внутрь и никого не увидев, я зашла, но стоило двери захлопнуться, как перед моим взглядом предстал Фабиан, сидевший на п-образном диване с книгой в руках. Магия, никак иначе.
Только я хотела выйти обратно, как он, не отрывая взгляда от страниц, жестом указал мне на кресло возле камина.
— Проходи, раз уж всё-таки пришла, — заботливо и одновременно строго произнёс принц, — а то не хватало, чтобы ты ещё простыла перед завтрашним балом.
— Балом? — воскликнула я то ли от негодования то ли от удивления. Воспоминания о прошлом торжестве были ещё слишком свежи в памяти и не вызывали желания ждать следующего.
— Балом. — утвердительно повторил он, поднимая на меня взгляд и вновь указывая на кресло.
Удобно устроившись, я всё-таки озвучила свои мысли.
— Мне хватило впечатлений и от прошлого…
— Это ведь церемония в честь нашей помолвки, и она не была завершена в соответствии с традициями. Да и ты что, не хочешь, чтобы Демиану представили его возможную будущую невесту?
— Невесту? Он же еще совсем молод — возмутилась я, вспоминая, что парнишке должно быть где-то около пятнадцати лет.
— Это лишь устная договоренность, формальная. Даже если они друг другу понравятся, до определённого возраста они будут жить каждый в своём королевстве. Это лишь выгодная перспектива для возможного сотрудничества. Король Лавиандр согласится на помолвку Ильмиры исключительно в том случае, если они оба понравятся друг другу. Говорят, его младшая дочь — самое дорогое сокровище его королевства, поэтому и жених должен быть достойным.
— Сколько же всего я пропустила, — вздохнула, пытаясь переварить информацию.
— Да, очень много, — улыбнулся он и, отложив книгу, начал свой рассказ.
Полночи прослушав рассказы принца о произошедших в моё отсутствие событиях, наутро я еле подняла свою голову с подушки.
— Всё-таки вы нас не послушались — сетовал лекарь, увидев, в каком я состоянии. — Вам никак нельзя было напрягаться. В этом была суть всех отваров! До чего же вы
