Читаем без скачивания Судьбы вершитель, спусковой крючок - Владимир Колычев

Голос его эхом отозвался в ушах.

– Нет.

– А как насчет парилки?

– Легко!

В конце концов ей не впервой раздеваться перед мужчинами. Ну, и все остальное…

Ее ничуть не смущали похотливые глаза банкира, которыми он наблюдал, как она снимает с себя одежду.

Раздеваясь, Рита на какое-то время полностью потеряла контроль над собой. Очнувшись, обнаружила, что стоит перед Шенгреем совершенно голая и напяливает на себя «сбрую» с кобурой.

– А это зачем? – спросил он.

– От врагов отстреливаться… Или не надо? – саму себя спросила она.

– Не надо, – подсказал искуситель. – Еще меня подстрелишь.

– Но ты же не враг!

– Нет, я твой любимый босс.

Она могла бы оспорить это утверждение – когда-нибудь, но только не сейчас.

– Ну, если любимый, тогда вперед. И ничего не бойся…

Волна бесстрашия захлестнула Риту с головой. В себя девушка пришла уже в парилке. Она лежала на животе, вытянувшись во весь рост, а Шенгрей стоял над ней и шлепал ее по попке веничком. И так ей было приятно, что хотелось чего-то более внушительного и впечатляющего.

– У тебя родители есть? – спросил он.

«Как смеет он спрашивать о родителях?» – спросила здравая, но парализованная часть сознания. А на язык прискакало совсем другое.

– Что, хочешь стать моим папочкой, чтобы шлепать меня на законных основаниях? – хихикнула девушка.

– Я серьезно.

– Ну, если серьезно… У меня нет родителей. Они погибли. Осталась только тетка. Она забрала дом, а меня отдала в интернат… Я хотела ее убить. Но попала на обочину. Я была проституткой. Да, да, проституткой…

Рита истерично засмеялась. Она совсем потеряла над собой контроль. И совершенно не соображала, что можно говорить, а чего нельзя…

Калитка была заперта изнутри, но Егор знал ее секрет. Просунул руку в широкую щель, скрытую от посторонних глаз, нащупал железный крючок… Калитка открылась, и он широким уверенным шагом зашел во двор. Одна рука свободная, в другой хлыст, который он держал с опорой на плечо. Телохранитель Шенгрея смотрел на него большими глазами.

– Эй, деревня, ты куда?

– Слышь, село, ты здесь моей коровы не видал?

– Это кто село? – возмутился здоровяк.

А Егор продолжал приближаться к нему.

– Стоять!

Телохранитель полез под пиджак, вынул из кобуры пистолет. Правильное решение, но немного запоздалое. Егору даже не пришлось вытаскивать «ТТ» с глушителем, ждущий своего часа в холщовой пастушьей сумке. Он воспользовался хлыстом – мастерским ударом выдернул оружие из руки незадачливого бодигарда.

– Ну ты попал! – взбешенно взревел громила.

Но Егор ловким движением выудил из сумки грамотно вложенный в нее пистолет.

– Еще не попал…

Два выстрела – основной и контрольный.

– Теперь попал!

Шура говорила, что Шенгрей топит баньку. И действительно, из трубы к небу тянулась едва заметная струйка дыма. Осиной, гад, топит. И телку свою парит. Ничего, сейчас Егор поддаст ему жару.

Телохранители поддерживали между собой связь. Видно, второй охранник понял, что случилась беда. Но как глупо выскочил он навстречу Егору… И почему Шенгрей так халатно относится к собственной безопасности? Ведь предупреждали его, что нельзя быть таким беспечным. Брал бы пример с Гомельцева, вот у кого охрана так охрана. Была…

Егор выстрелил с ходу. Свинцовая «двойка» – в грудь и голову. Стопроцентный нокаут с летальным исходом… Если верить Шуре, то больше у Шенгрея телохранителей нет. Но Егор не расслаблялся. Быстро, но с опаской вошел в предбанник. Никого. Комната, где он когда-то расслаблялся за пивом-водкой в компании разбитной Шуры. И здесь пусто. В моечной тоже никого.

Зато в парилке двое. Девушка на полатях; Шенгрей с веником, но гладит ее рукой. Ей хорошо, ей весело. Хи-хи, ха-ха… нездоровый какой-то смех.

– И много людей ты убила? – спросил Шенгрей.

И только затем увидел, что их уединение нарушено.

– Закрой… – в гневе начал было он.

Но осекся, увидев направленный на него пистолет.

Егор был далек от эффектных выяснений отношений. Основной выстрел для начала и контрольный – жирная точка в конце никчемной жизни банкира. И небольшое послесловие:

– Это тебе за Весну.

Осталась только девушка. Но она лежала к Егору задом. Она не видела его. Только-только поворачивает к нему голову. Если он сейчас уйдет, она не успеет разглядеть его.

Но уйти он не успел. Потому что сам разглядел девушку… Лиза?! Какая же она красивая… И какая шлюха!

– Ой, не могу! – хихикнула она. – Пастух!

И, глянув на мертвого Шенгрея, истерически расхохоталась.

– Я ж говорила ему, идиоту!..

Глядя в ее дурные глаза, Егор понял, что девушка не в себе. «И много людей ты убила?» Шенгрей задавал ей этот вопрос в твердой уверенности, что услышит правдивый ответ. Он задавал ей страшные вопросы, и она на них отвечала… Точно так же было и с ним. Только пытала его под «сывороткой правды» Весна… Наверняка и Лизу чем-то накачали… Но как она здесь оказалась?

– А ты не пастух! – все тем же безумным взглядом она смотрела на Егора. – Ты – леший! Все-таки ты пришел!.. А я говорила им…

– Что ты им говорила?

– А ты не потрешь мне спинку? – капризно спросила она.

– Где Артем?

– Дома. Далеко.

– А ты что здесь делаешь?

Он почти уверен был в том, что Лиза скажет ему правду.

– Шенгрей – наживка. На тебя. А я рыбак… Я должна была тебя убить…

– Вы знали, что я приду?

– Ага… Или ты потри мне спинку, или застрели…

Лиза была настолько хороша, что рука не поднималась ее убить. Но Егор должен был сделать это. Иначе она всадит ему пулю в спину. Оперативная кобура с пистолетом висела в парной, на гвоздике. Металл, наверное, сильно нагрелся, но это вряд ли помешает ей нажать на спуск…

Егор занервничал. Оказывается, Артем просчитал его действия. Он устроил ему ловушку. И, возможно, она вот-вот захлопнется. Надо спешить…

Он поднял руку, чтобы застрелить Лизу. Но так и не смог нажать на спусковой крючок… В конце концов он смахнул с гвоздя «сбрую» с трофейным оружием и со своим пистолетом наготове вышел из бани. Во дворе остановился, осмотрелся. Никого. Мертвые тихо лежат. Только слышно, как пересвистываются меж собой пичуги. А может, новопреставленные души переговариваются, ругают своего убийцу…

Егор пересек огород, вышел к реке, быстрым широким шагом двинулся вниз по течению. Ветер в ушах свистит, рыба где-то всплеснула. А так спокойно вокруг… Егор оглянулся раз, другой. Никто его не преследует. За деревней в камышах тихой заводи стоит его лодка. На ней он и уйдет. Навсегда из этих краев… Шорох за спиной. Ветер усилился, но почему телом он этого не чувствует?

Егор оглянулся и увидел Лизу. Она бежала к нему в одной тунике из простыни, которую приходилось удерживать двумя руками, чтобы ее не сдуло с тела. Оружия у нее не было. Но если сам Артем натаскивал ее на убийства, то она сама по себе – смертельное оружие.

– А это ты зря!

Егор снова наставил на нее пистолет. Но палец застыл на спусковом крючке… И все же он, возможно, выстрелил бы, если бы Лиза ему позволила. Но она стремительно приблизилась к нему, с блаженной улыбкой отвела в сторону руку, сжимающую пистолет. Умоляюще посмотрела на него:

– Возьми меня с собой!

Она была так трогательна в своей беспомощности, что Егор не смог ей отказать.

– Пошли!

В конце концов он мог извлечь из нее пользу. Ведь эта девушка могла вывести его на Артема.

Егор велел ей следовать впереди себя. Она была босиком, шла быстро, но каждый шаг давался ей с трудом. А когда до лодки оставалось каких-то сто-двести метров, она вдруг наступила на осколок бутылки. Боли она, похоже, не почувствовала. Как шла, так и продолжала двигаться дальше. Но Егор увидел кровь на ее ступне.

Никто не накачивал его дурманом, как это было с Весной. Видно, ум за разум зашел по собственной прихоти. Егор не должен был этого делать, но… Он подхватил девушку на руки, занес на лодку, посадил на корму лицом к себе. Сам взялся за весла.

– Ты обещал потереть мне спинку!

Она глупо улыбалась, но в глазах пустота. Казалось, разум ее спит глубоким сном.

Лодка вышла на середину реки, когда она сказала, что ей холодно. На ее счастье, у Егора на борту были его вещи – две полные сумки, которые он прихватил с собой. И спальный мешок здесь был, и палатка, и два пуховых одеяла.

Палатку на борту он разбивать не стал, но в одеяло Лизу закутал. А легла она сама. Свернулась калачиком на корме и заснула. Егор смотрел на ее милое ангельское личико и думал о том, какой обманчивой бывает внешность. Никогда бы не подумал он, что это нежное создание может быть жестоким и беспощадным киллером. А ведь он видел убитых ею людей. Гомельцев, Розанов, телохранитель… В какой-то момент он вдруг ощутил себя человеком, которому необходимо избавиться от беспомощного щенка, утопить его в реке, чтобы потом с ним не мучиться. Он мог бы оглушить Лизу и сбросить ее в воду. Но ему не хватало духу решиться на это. И это при том, что сам он был таким же беспощадным киллером, как и она…