Читаем без скачивания Хищник: Вторжение - Тим Леббон

– Мы его сделали? – тяжело дыша, спросил Фолкнер.

– Нет, только разозлили еще больше, – ответила Лидер.

Мэйнс обернулся и увидел, как из теней возникли двое «Пустотных Жаворонков», преследуемые кроваво-красными вспышки лазерного прицела идущего за ними по пятам яутжа.

– Джонни… – прошептала Котронис. – Джонни, я скоро… – ее голос упал до едва различимого шепота и снова окреп. Сначала Мэйнс подумал, что проблема в ее костюме, но затем взглянул на капрала. Его глазам предстала бледная, изнуренная, умирающая девушка. Он видел смерть в ее глазах, а когда Сара вновь заговорила, то услышал ее отголоски и в голосе.

– Джонни, отдай мне дефендер и несколько плазменных гранат.

– Ты слишком слаба, чтобы нести их, – вмешалась Сноуден.

– Это неважно, – возразила Котронис.

Мэйнс покачал головой.

– Их трое, лейтенант! – закричала Котронис, но даже усилие, необходимое для того, чтобы просто повысить голос, заставило ее повиснуть между Мэйнсом и Сноуден, совершенно обессиленной. С ней все было кончено. Точнее, все закончилось еще тогда, когда она переступила порог машинного отделения «Вола». Просто отсроченная смерть, и каждый из «Жаворонков» знал это, но никто из них ни разу не произнес вслух роковые слова. Вплоть до этой секунды.

– Я умру совсем скоро… хочу умереть достойно…

– Лейтенант, – услышал Мэйнс голос Лидер и оглянулся. Она бежала к ним через темный коридор, пока Фолкнер, стоя на одном колене, прикрывал ее отступление огненной бурей из микрозарядов. Обзор Мэйнса заслонили тысячи маленьких взрывов, сквозь которые он разглядел двух яутжа, несущихся на морпехов. Пришельцы закрывали лица руками, но продолжали бежать. Это их и отличало от любого человека – они никогда не останавливались, всегда продолжали бежать и сражаться.

– Я не хочу сдохнуть… вися между вами… – снова заговорила Котронис. – Пожалуйста, Джонни!

– Сноуден, – обратился к напарнице Мэйнс. Та, поколебавшись секунду, передала Котронис дефендер. Освободившись из их рук, капрал, пошатываясь, встала, держа громадное оружие обеими руками.

Мэйнс отдал ей две плазменные гранаты и еще две – Сноуден.

– Идите, – сказала Котронис. – Все вы. Обещаю, что умру в гребаном огне славы, но не хочу, чтобы кто-то из вас смотрел на это.

Высветилось еще больше вспышек от взрывов, и рядом с ними оказалась Лидер. Пытаясь отдышаться, она с трудом двигала теми частями тела, где костюм затвердел, защищая раны. Опустившись на колено, Сноуден начала прикрывать отступление Фолкнера.

– Один готов, – сообщила Лидер. – Но еще двое…

– Берегитесь! – закричал Фолкнер. Он крутнулся и присел, Мэйнс повторил его движения, а Котронис пошла в самое сердце огня, пока дефендер в ее руках трещал и шипел, заряжаясь на полную мощность. Воздух позади отряда задымился, осветился взрывом, и откуда-то донесся рев яутжа. Рев боли и ярости.

– Увидимся в следующей жизни, Сара, – прошептал Мэйнс, прежде чем он и оставшиеся в живых «Пустотные Жаворонки» побежали дальше.

Тяжело дыша, не проронив ни слова, они не спускали глаз с индикаторов на случай, если яутжа возникнет из ниоткуда, и едва ли замедлили бег, когда первая из плазменных гранат колыхнула землю под ногами, подталкивая их дрожащие тела навстречу спасению.

Чуть позже более внушительный взрыв сбил с ног их – Котронис взорвала еще три гранаты и выпустила все заряды дефендера.

Встав на ноги, они, все так же молча, отправились на поиски нового убежища.

Лидер чуть не умерла.

От полученных жесточайших ран ее спасли лишь выплеск адреналина и своевременная помощь костюма. После смерти Котронис они все же нашли укрытие, и именно тогда у нее началось кровотечение.

Мэйнс присел около подруги, взяв ее за руку. Лейтенант не мог даже представить остаток своей жизни без нее, какой бы короткой эта жизнь ему ни виделась, но он все еще отвечал за отряд. Мэйнс должен вести их вперед. И он не будет оплакивать сильную женщину, которая еще даже не умерла.

Оказание медицинской помощи в таком недружелюбном окружении было чрезвычайно сложным делом. Нельзя было ни снять с Лидер костюм, ни добраться до осколочной раны в верхней правой части ее груди через его уплотнившиеся части. Хуже всего было то, что у девушки оказались раздроблены два ребра и пробито легкое. И это не считая обширной кровопотери. Костюм автоматически колол ей обезболивающее и поддерживал давление в пределах нормы, но отряду не оставалось ничего другого, кроме как беспомощно наблюдать, гадая, умрет ли она или нет.

Лидер пролежала без сознания несколько дней и, наверное, это было к лучшему. Очнись она, встань или начни двигаться, и это было бы чревато новым открытием раны. А так костюм заморозил ее кровь, собрал и, как только кровотечение возобновилось, сделал Лидер переливание. Скорее всего, именно это в конечном счете спасло ей жизнь.

Оценив свое положение, Мэйнс, Фолкнер и Сноуден попробовали вместе составить план действий. Казалось, что это место, и без того загадочное, находится под воздействием чего-то еще более неизвестного. Даже для такого небольшого населения активность пришельцев была чересчур мала. И хотя громкие взрывы, которые отряд слышал в первые дни, прекратились, зверски убитые яутжа, найденные на корабле, указывали на то, что противник переживает не лучшие времена.

Найти корабль и спастись – вот что нужно сделать. И как можно скорее.

Наконец Лидер поправилась настолько, чтобы двигаться вновь. Несмотря на слабость, ей даже удалось вернуться к своему обычному хорошему настроению. Костюм прекратил колоть ей лекарства на двадцать второй день. На двадцать четвертый Лидер встала и пошла, а уже двадцать пятый провела, как и всегда, подшучивая над остальными «Жаворонками».

День двадцать шестой

– Мы не знаем, что нас ждет наверху, – сказала Сноуден.

– Если снова найдем трупы яутжа, то двинемся дальше, – начал Мэйнс. – Но если корабль состыкован с базой и мы можем добраться до него, ничто не должно останавливать нас.

– И держимся все вместе, – напомнил Фолкнер.

– Еще бы, – вмешалась Лидер. – Куда вам справиться без меня!

Они избрали своей целью одно из стыковочных сооружений и отправили туда разведочный дрон. Через несколько часов выбрались из укрытия и полезли обратно, на внешнюю поверхность UMF 12. Сперва показавшаяся безопасной и пустынной, она оставалась такой и по мере их продвижения вперед.

Как только отряд выбрался наверх, вся тяжесть космоса вновь опустилась на плечи Мэйнса. Но на этот раз его пугающая бескрайность принесла еще и ощущение свободы, чувства, что все возможно, все реально. Он вспомнил мысль, которой однажды с ним поделился его брат: «Если Вселенная бесконечна, или существуют бесконечные вселенные, то где-нибудь обязательно есть дерево, на котором растут люди».

Мэйнс глубоко вздохнул.

– Ага, – сказала Лидер, – скоро опять окажемся там.

Стыковочное сооружение, которое они выбрали, было прямо перед ними. Тридцать минут ушло на то, чтобы со всей осторожностью добраться до него, и еще полчаса – чтобы дождаться двух дронов, разведывающих путь впереди. Никаких признаков жизни или движения. Так же, как и никаких признаков смерти. Ни единого тела внутри сооружения.

«Жаворонки» вошли внутрь и начали взбираться наверх. Несколько парящих платформ ждали в пролетах, но у них не было времени на то, чтобы разобраться в управлении. К тому же Мэйнс переживал, что их действия привлекут лишнее внимание. Выбрав тихий и безопасный путь, они решили подняться по сотням ступенек, рассчитанных на яутжа и слишком высоких для людей, из-за чего совсем скоро все в отряде начали задыхаться.

Измотанный дорогой к кораблю, Мэйнс послал на разведку последний дрон. Аппарат был на последнем издыхании, – заряда почти не осталось, и костюм предупредил, что мощности для его подзарядки не хватает, – но это уже не имело никакого значения. Недолго им оставалось быть в этом месте, которое Мэйнс начал принимать за корабль-призрак. Где-то здесь все еще остались яутжа, прямым доказательством чего была смерть Котронис, но в основном UMF 12 была тихой, пустынной и мертвой.

Они взошли на корабль, и Лидер тотчас принялась за работу. Не прошло и десяти минут, как она сообщила, что не сможет вести судно.

– Чушь какая-то, – выдохнул Фолкнер. В его голосе слышались нотки страха.

– Не могу разобраться, – сказала Лидер. – Видишь хоть что-нибудь, напоминающее технику на «Воле»?

Все четверо прошлись по сферической комнате.

– Я даже не уверена, где мы с вами находимся – на летной палубе или в машинном отделении, – настаивала Лидер.

– Сноуден? – спросил Мэйнс, зная ответ еще до того, как увидел ту, пожимающую плечами.

– А как насчет систем наших костюмов? – спросил Фолкнер.

– Они хороши в работе с тем, что им известно, – возразила Лидер. – Могу поспорить, что этот корабль напрямую связан со своим владельцем. Не удивлюсь, если связь генетическая, а в этом случае даже если я пойму хоть что-то из всей этой ерунды, то не смогу управлять им просто потому что я – человек.