Если вы отказываетесь от этого права, все что вы говорите может и будет использовано против вас в суде…
— Разве вы не видели тех детей? — кричал Мэтт.
— Вы должны были видеть одного или двоих из них! Разве это ничего не значит для вас?
— Наклонитесь и положите руки на переднюю часть автомобиля.
— Они собирается уничтожить весь город! Вы помогаете им!
— Вы понимаете свои права?
— Вы понимаете что происходит в Фелс Черч?
На этот раз возникла пауза.
И тогда, один из них совершенно ровным голосом сказал:
— Мы из Риджмонта.
Глава 19
В последние мгновенья, которые тянулись мучительно долго, Бонни решила ничего не предпринимать, она ясно осознавала, что никакие ее действия не изменят сложившуюся ситуацию.
И это был вопрос гордости.
Хотя другие, возможно, посмеялись бы над этим, но для нее это было единственно верное решение.
Несмотря на новые способности Елены, Бонни была одной из самых опытных в противостоянии полной тьме.
До сих пор, ей всегда удавалось остаться в живых.
Но очень скоро ее не станет.
Все что у нее осталось — это возможность встретить смерть с гордо поднятой головой.
Она слушала глиссандо собственных криков, и затем крики стихли.
Что ж, это было все, что она могла сделать на данный момент.
Прекратить кричать.
Выбор сделан.
Бонни предпочла бы умереть несломленной, непокорной и спокойной.
В тот момент, когда она перестала визжать, Шиничи сделал знак и огр, державший ее, перестал тащить её к окну.
Она поняла, что
он — типичный хулиган.
А таким, как он нравится причинять страдания и делать людей несчастными.
Огр поднял ее так, чтобы ее лицо оказалось на уровне лица Шиничи.
«Взволнована из–за поездки в один конец?»
«Трепещу», ответила она бесстрастно.
Эй, подумала она, а ведь я не так уж и плоха для столь смелого поступка.
Но все внутри нее перемешалось, в попытках изобразить каменное лицо.
Шиничи открыл окно.
«Все еще волнуешься?»
Теперь когда кое–что уже сделано, открыто окно не пугало.
По крайней мере, она не разобьет стекло своим телом, не полетит сквозь осколки и не поранится.
Значит не будет боли, пока она не врежется в землю, но никто об этом не узнает, даже она.
Просто покончи с этим, подумала Бонни.
Теплый бриз из окна сообщил ей, что это место, место продажи рабов, где покупателям было разрешено отсеивать рабов до тех пор, пока они не выберут того единственного, который будет отвечать их требованиям по высшему уровню.
Я буду цела, пусть и недолго, подумала она.
Когда рядом хлопнула дверь, Бонни почти выскочила из рук огра, а когда дверь в комнату с шумом распахнулась, она чуть не выпрыгнула из своей собственной кожи.
Вот видишь? Некое дикое чувство росло в ней.
Я спасена! Понадобилось немного храбрости и теперь…
Но это была сестра Шиничи, Мисао.
Mисао, выглядела изрядно потрепанной, ее кожа была пепельно–серой, и она стояла, опираясь на дверь, в качестве поддержки.
Единственным, что не потеряло цвет, были ее блестящие темные волосы, с алыми кончиками, как у Шиничи.
— Подожди! — сказала она Шиничи.
— Подожди! — сказала она Шиничи. — Ты даже не спросил о…
— По–твоему, я тупица, что она может знать? Но я понимаю, о чем ты.
Шиничи усаживал Мисао на кушетку, потирая ее плечи для утешения.
— Я спрошу.
Итак, в комнате по ту сторону зеркала была она, подумала Бонни.
Она выглядела действительно плохо.
Словно она умирала.
«Что произошло с звездным шаром моей сестры?» спросил Шиничи. И Бонни увидела, как будто круг замкнулся и, понимая это, она может умереть с достоинством.
«Это была моя вина», сказала она, с легкой улыбкой.
«Или половина вины.
Сейдж открыл его первым, чтобы открыть ворота на Земле.
«и потом…» Она рассказывала им историю, Как будто это было единственным, что она не слышала прежде, ставя акцент на том, что это была она, кто дал Дэймону ключ к разгадке, чтобы найти звездный шар Мисао и именно Дэймон тогда использовал это, чтобы войти в высшый уровень Темного Измерения.
«Земля круглая, пояснила она.
«Все, что вы делаете — возвращается к вам».
Тогда, несмотря на ситуацию, она начала хихикать.
В два шага Шиничи пересек комнату и нанес ей удар.
Она не знала, сколько раз он это проделал.
Первого было достаточно, чтобы заставить ее задохнуться и прекратить ее хихиканье.
Потом она почувствовала, что её щеки распухают, как если бы она была тяжело больна свинкой, а из носа потекла кровь.
Она продолжала стараться вытереть ее плечом, но кровь не останавливалась.
Наконец Мисао произнесла:
— Ух.
Освободи ей руки и дай ей полотенце или что–нибудь такое.
Огр тот час исполнил, как если бы приказ отдал Шиничи.
Шиничи в это время сидел рядом с Мисао и тихо разговаривал с ней, как будто с ребенком или любимым домашним животным.
Но глаза Мисао, с их неясным мерцанием были ясными и зрелыми когда она смотрела на Бонни.
«Где сейчас мой звездный шар?» ужасным серым голосом спросила она.
Бонни, которая вытирала свой нос, чувствуя себя счастливой от того, что ее руки не связаны за спиной, удивлялась, почему она даже не попыталась соврать.
Что–то вроде, освободите меня и я отведу вас к нему.
Затем она вспомнила Шиничи и его чертову телепатию китсунэ.
«откуда мне знать?» логически отметила она.
«Я просто пыталась вытащить Деймона из ворот, когда мы оба провалились сюда.
Он не упал с нами.
Насколько я знаю, он валялся в пыли и вся жидкость вытекла».
Шиничи встал, чтобы снова ударить ее, но она сказала правду.
Мисао уже заговорила.
«Мы знаем, что этого не произошло, потому–что я…» она сделала паузу, чтобы отдышаться «все еще жива».
Она повернула пепельное, осунувшееся лицо к Шиничи и сказала:
«Ты прав.
Она теперь бесполезна и не знает больше ничего.
Выбрасывай ее»
Огр подобрал Бонни, полотенце и все остальное.
Шиничи подошел с другой стороны.
«Ты видишь, что вы сделали с моей сестрой? Ты видишь?»
Все, время кончилось.
Только секунда, чтобы узнать, собирается ли она быть храброй или нет.
Но что же сказать, чтобы показаться храброй? Она открыла рот, не уверенная в том, что же она сделает: снова закричит или что–то скажет.
«Она будет выглядеть еще хуже, когда мои друзья возьмутся за нее» сказала она и, по глазам Мисао, увидела, что попала в цель.
