Вемблет задыхался. Здесь явно не хватало воздуха. А окружавшие его люди, похоже, не испытывали никаких трудностей. Несколько детей с любопытством наблюдали за ним.
Он прихватил с собой переводчик, который ему дала Роксани. Теперь понять здешний язык будет легче… но все равно на это уйдут долгие часы. Незнакомцев здесь явно хорошо встречали, и тот колдун в шаре тоже был чужаком. Вемблет понял, что теперь ему придется скрываться и существовать без всякой помощи.
Дома представляли собой высокие сугробы, с маленьким отверстием вместо двери. Его очень быстро поймают в любом из них - при наличии единственного выхода! Так что он решил спрятаться в снегу, хотя бы ненадолго. Но согреться не удалось. Одежды было недостаточно. И еще - он оставлял отпечатки но на насте!
Гребень голой скалы давал ему шанс избавиться от следов. Вемблет пробрался по нему до того места, где мог бы перепрыгнуть через снег прямо на покосившийся ствол дерева. При прыжке его подвели колени, и он, приземлившись на наклонное бревно, заскользил, но удержался и вскарабкался на шестьдесят футов вверх по голому стволу. На его вершине виднелся густой пучок зелени. Вемблет зарылся в нее, как в нору.
Здесь он мог какое-то время пересидеть.
Четверо защитников с Оползающих гор расхаживали на холоде совершенно голые (если не брать в расчет их собственную белую густую шерсть). Они протискивали медицинский агрегат, похищенный с «Седой няни», внутрь спасательного шара.
Когда Луиса приподняли, он застонал. Защитники оказались исключительно сильными и удивительно осторожными, но все равно ему было больно. Его поместили в камеру интенсивного лечения, и та сомкнулась вокруг него. Все ощущения исчезли, отрезанные щекоткой в нижней части спины.
Хотя эта камера была теперь отключена от «Седой няни», защитники каким-то образом заставили ее заработать.
Умник повернулся, услышав голос Роксани:
– Вы нарушили несколько дюжин законов, имеющих отношение к АРМ и касающихся непосредственно правительств.
Защитник ответил ей на неизвестном языке.
Тем не менее, переводчик Роксани справился с его речью. Хорошо - значит и переводчик Луиса поймет этот язык. Сам он, полупарализованный, все равно ничего не мог предпринять. Поэтому погрузился в сон.
Сквозь густую зелень Вемблет наблюдал, как защитник покинул спасательный шар. За ним следовала Роксани в сопровождении дюжины детей. Защитник (по какому-то стечению обстоятельств это была «она») некоторое время разглядывала отпечатки ног Вемблета, затем прыгнула на гребень скалы, исследовала его, опустив нос к земле, и направилась прямиком в его сторону. Она легко поднялась на ствол дерева, добралась до зеленой макушки и вытащила Вемблета на разреженный воздух.
Спускаясь, она позволила ему повиснуть на ее руке. Он содрогался от холода и страха.
Дюжина детей забралась в спасательный шар, и еще больше их толпилось снаружи, вокруг. Хануман дурачился с ними. Все они отодвинулись подальше, когда Луис заворочался и проснулся.
Он улыбнулся, разглядывая стену из белого меха и двух дюжин глаз.
– Привет всем, - сказал он.
Несколько голосов ответили. Но его переводчик промолчал.
В верхней половине тела (левая рука, ребра) боль почти исчезла. Интересно, задавался он вопросом, долго ли он пробудет таким, как сейчас. Если Роксани и этот умник-защитник научат друг друга своему языку, то защитник перестанет говорить на местном диалекте, а значит, в перспективе Луис не сможет пообщаться даже с этими детьми.
Но Роксани и умник уже возвращались, и Готье держала за руку Вемблета.
Они не смогли пройти через толпу к спасательному шару. Но проталкиваться не стали. Защитник начал что-то объяснять, указывая на Вемблета и на людей. Дети, находившиеся внутри, не могли слышать его объяснений, поэтому спешно выбрались наружу. Вскоре, примерно через минуту, умник отправил Вемблета и Роксани внутрь, приказал четырем остававшимся там детям выйти и закрыл шар.
Роксани с ненавистью смотрела вслед защитнику, который уходил, прыгая по перекладинам решетчатой структуры грузового отсека.
– Разговор не получился, - с горечью сказала Роксани.
– Переводчик не справился?
– Переводчик работает замечательно, но ему просто-напросто нечего переводить.
– Ты сохранила все секреты АРМ? - спросил Луис.
– Она тоже молчала как рыба! Да, это «она» - вот все, что я узнала. И еще, что ее имя Прозерпина.
Вемблет, стуча зубы, с трудом заговорил. Его переводчик сообщил:
– Мы отправляемся на очередную прогулку.
– А ты готов к этому? - спросил его Луис.
Тот резко вздрогнул.
– В последний раз я просто обмочился. Спасибо, что вы этого не заметили.
Луис принюхался. Воздух внутри шара оставался неизменно чистым и свежим.
– Защитники построили отличные машины, - сказал он. - Нам здесь будет неплохо. - Он заметил, что умник вошел в кабину корабля.
Гравитация исчезла.
– Нам здесь будет неплохо, - повторил он.
«Рыба-луна» снялась со скалы и взмыла вертикально. Голубое небо потемнело до черноты.
– Я понял, как функционирует этот корабль. Гравитационное управление… - сказал Луис.
– Магнитное, - решительно поправила Роксани. - Должно быть, использует решетку. Льюис, в основании Мира-кольца имеется сверхпроводниковая решетка. Используя магнитный движитель, корабль словно бы отталкивается магнитным полем от Мира-кольца. Как будто ты путешествуешь, оставив двигатель дома. Я чувствую, как у меня волосы встают дыбом. А ты?
– Да, но я имел в виду гравитационное поле в кабине. Оно очень мощное, но работает неровно. Почему эти вишништи не стабилизируют его? Мне кажется, они чрезмерно самонадеянны и не проводят предварительных испытаний того, что создают. Они делают все сразу же.
– И ты во всем этом разобрался, малыш?
Луис вспыхнул.
– Хорошо, пусть это будет магнитное поле. Если все время следовать структуре сверхпроводящей сети, можно получить почти бесконечную дальность путешествия и огромное ускорение. И это же самое поле можно использовать в качестве оружия. Сбивать ракеты и корабли. Оно же используется как послание.
– Послание?
– «Не могу напасть на тебя». «Только обороняюсь». Как крепость. Вот так.
– Гм-м-м. Или просто: «Держитесь подальше».
– Мы вновь падаем! - воскликнул Вемблет. - Роксани, куда мы направляемся?
Она лишь покачала головой.
Они пересекли диковинным образом изрезанную береговую линию, многочисленные причудливые узоры заливов и побережья, и оказались над океаном. Над океаном и над рассыпанными в нем мелкими островами. Но думать о них как об островах можно было, только ничего не разглядеть в их движении на такой огромной скорости: на самом деле это были полноразмерные карты целой планеты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
