– Моей матери? – опешил я. Эта тема в нашем доме была негласным табу, потому что всегда приводила к конфликтам.
– Да, твоей матери, – она сузила глаза и сжала губы с такой силой, что они совсем побелели, – Генри и она, видите ли, поспорили, что ты мне изменишь с первой попавшейся красоткой, не моргнув и глазом.
– Вот как?.. – никогда не думал, что моя мать способна на такое.
– Да. Но Генри сказал, что он поставил на то, что ты этого не сделаешь.
«И на том спасибо» – подумал я.
– Но эта грымза…
– Эй! Ты говоришь о моей матери!
– Я знаю, – прошипела Мэри. Она готова была на меня наброситься.
Представляю, каких усилий ей стоило сдерживаться. Поэтому я решил замять тему с оскорблениями моей матери. В конце концов, она это заслужила, – она поставила на то, что ты залезешь под первую же юбку.
Она утверждала, что ты уже давно от меня гуляешь, но хорошо скрываешься… тогда Генри предложил устроить спектакль, в котором ты бы смог доказать свою верность… не думала, что он подошлет кого-то прямо в мой дом… он чудак, ты знаешь… черт побери, мне сорок лет, а я все еще верю в сказки… и я, действительно, думала, что ты устоишь перед соблазном…
– Так это было все подстроено?.. – только теперь до меня дошло все, что говорила мне жена. Только теперь я осознал, что эта девочка была со мной как проститутка, а не как женщина, которой обуяла страсть.
В голове продолжали крутиться цифры номерного знака. Я знал, что найду ее. Но теперь не был уверен для чего: чтобы повторить, или чтобы отомстить. Я чувствовал себя идиотом. Обманутым. Беспомощным. Идиотом. Мне совсем не было совестно перед Мэри. Ведь это она устроила мне такую проверку, которую заведомо не смог бы пройти ни один здоровый мужчина, которого не коснулась рука импотенции, и у которого не было секса целых чертовых пять месяцев!
– А ты думал в реальной жизни молоденькие девчонки запрыгивают и начинают ублажать незнакомых мужиков, как в порно? Ты, кажется, пересмотрел фильмов подобного жанра, – злобно процедила Мэри.
– А что мне еще оставалось делать, когда моя жена придумывает любые отмазки, чтобы не заниматься со мной сексом?! – тут меня прорвало. И она еще смеет меня тыкать носом в то, что я смотрю порнуху после того, как я стоически терпел ее отговорки столько времени?!
– О, да! – гавкнула она, – кесарево – очень хорошая отмазка!
Я пошел в спальню и принялся доставать из шкафа сухие вещи.
Мэри следовала за мной, нервно бормоча проклятья.
– И ты еще смеешь предъявлять мне претензии в такой ситуации? И в который раз ты проделываешь это, а? Если уж ты, и глазом не моргнув, изменил мне в нашем собственном доме, когда я укладывала, между прочим, твою дочь, которую, если ты успел заметить, я родила!
Ты даже не попытаешься извиниться!
– Извиниться? – фыркнул я, натягивая футболку, – ты хочешь, чтобы я извинился?
Но правда была в том, что я не чувствовал себя виноватым. Мне не за что было извиняться. Что бы там ни думала она себе сейчас, что бы ни говорила моя мать, до сегодняшнего вечера я ни разу не изменял Мэри. И, если бы она не затеяла этот дурацкий спектакль, я бы спокойно допил свое пиво, поцеловал на ночь малышку Сюзи, обнял жену, пожелав ей спокойной ночи, а наутро отправился на съемки, где имитации любовных сцен мне бы вполне хватило, чтобы спустить вечерком в унитаз и не думать о походе на сторону.
Я мог обвинять мать, которой было важнее ее собственное видение и мироощущение, чем счастье сына, мог злиться на дядю Генри, который по своей глупости подбросил подставную актрису прямо в мой дом, мог ненавидеть эту незнакомую девчонку, которая так правдоподобно изображала безудержную страсть, сама же в уме, наверно, подсчитывая барыши за хорошо сыгранную роль. Но главным было то, что во всем в итоге была виновата Мэри. Это она дала зеленый свет на свершение этого плана. Она усомнилась в моей верности и любви к ней. Она подтолкнула меня к тому, чтобы я оправдал ее сомнения.
Ведь я любил эту женщину. Любил всем сердцем, закрывая глаза на вертящихся вокруг меня молоденьких красоток с шикарными телами.
Я наплевал на все предрассудки, отказался от всех этих молодух и от собственной матери, каждый день доказывая свою любовь ей, моей единственной, моей Мэри. И, если бы она не обставила все таким образом, то я никогда бы и не совершил ничего подобного. Ведь, в самом деле, это только в порно молоденькие красотки приходят в дом и набрасываются на совершенно незнакомых мужиков.
В голове промелькнула мысль о том, что эта девочка и понятия не имела, куда ее отправили. Стоило вспомнить выражение ее лица, когда она узнала, что женщина с ребенком наверху вовсе не моя мать, как она подумала изначально. Она совсем не была похожа на продажную девку… надеюсь, ей было, хотя бы, восемнадцать…
– И куда ты идешь? Я с тобой говорю, – Мэри шла за мной по пятам, пока я спускался по лестнице, крутилась вокруг, пока я надевал ботинки, продолжала требовать ответа, пока я открывал входную дверь. И осталась стоять в проеме, когда я вышел в ночь под проливной дождь, продолжающий хлестать, как из ведра.
Вот так за пару минут можно разрушить жизнь троих человек. Мою.
Мужчины, который был готов на все ради семьи. Мэри, которая, наверное, заслужила подобный исход, раз решилась поиграть в такие игры. Ведь, если ты делаешь ставку, нужно быть готовым к тому, что выпадет зеро, а не твоя двадцатка. И малышки Сюзи, которая завтра проснется уже без отца.
А ведь я мог просто допить эту чертову бутылку пива, все еще стоящую на кофейном столике, поцеловать жену и дочь и спокойно лечь спать. А теперь я шел в промозглой ночи, промокший и продрогший насквозь. А в голове у меня крутился номер машины этой подставной незнакомки.
