— Да-а-а-а-а!!!
Высоко-высоко в небе над ним парила птица.
***
— Держи, красавица.
Лиза с трудом разлепила глаза. В палату вошла медсестра с большим пакетом.
— Что это?
— Твой передал.
— Мой… кто?
— Кто, кто… Конь в пальто! Муж твой, кто же еще.
Лиза некоторое время осмысливала эти слова. Муж. Вон оно что. У нее теперь не только сын есть, но и муж. Мозг вычерпал за минувшие сутки весь свой ресурс и категорически отказывался принимать участие в происходящем. Ну и черт с ним. Без мозга иногда даже прикольно.
— Спасибо, — Лиза заглянула в пакет. Там оказались детские вещи — от ползунков до подгузников. — А где… где мой ребенок?
— Да он надоест тебе еще, — беспечно махнула рукой медсестра. — В отделении неврожденных пока. Отдохни.
— Я отдохнула. Можно мне моего ребенка? У вас же можно… — Лиза кивнула на стоявшую тут же, в палате, детскую кроватку. — Можно с ребенком?
Медсестра покачала головой.
— Ну ты и… То ли двужильная, то ли бессмертная. Ладно, после завтрака принесу.
***
Лиза задумчиво смотрела на свой смартфон. Добро пожаловать в цивилизацию, Елизавета Георгиевна.
Способность думать возвращалась медленно и неохотно. Но Лиза все же сообразила, что надо сообщить маме, что она теперь бабушка.
Здравствуй, новый мир. В котором у самой Лизы есть сын. В котором ее мама — бабушка. А еще где-то там есть человек, которого, например, медсестра считает мужем Лизы. А его мать тоже стала бабушкой. А сам Лис теперь отец.
О боже, как жить в этом совершенно новом мире? Лиза вздохнула и включила телефон. Ничего, как-нибудь разберется.
Сразу после разговора с матерью, когда Лиза еще пыталась отдышаться от эмоций и немного от слез, в палату вошла врач. Та самая, вчерашняя. Расспросила про самочувствие, задала несколько изумивших Лизу вопросов — ну, для женщины, которая родила в первый раз, это были и впрямь удивительные вопросы. Лиза ждала, что ее начнут расспрашивать, а то и ругать за то, что у нее нет вообще ничего, из того, о чем Лизу спрашивали — ни обменной карты, ни анализов, ни обследований. Но темноволосая женщина с чуточку раскосыми глазами и черными волосами на прямой пробор не сказала об этом ни слова. И Лиза подумала, что в этих краях подобные случаи, возможно, не такая уж и большая редкость. Люди здесь привыкли полагаться больше на себя, на близких людей, на природу, чем на медицину. Получается, Лиза приняла эти правила? Сложно.
— Скажите, а когда меня выпишут?
Врач встала.
— Раньше женщин по неделе минимум после родов в больнице держали. А сейчас у нас тут… оптимизация, — она слегка скривила губы. — Но в вашем случае не вижу смысла вас держать. Если все будет в порядке, то завтра выпишу.
— Уже завтра?! — ахнула Лиза.
— Если хотите, могу подержать.
— Нет-нет! Я хочу домой.
Правда, что такое для Лизы сейчас дом — это вопрос открытый.
Когда Лизе, наконец, принесли ее сына, и она посмотрела в его крошечное личико… Ощущение всемогущества, всесильности вернулось незаметно, но абсолютно уверенно. Лиза смотрела на сына у своей груди, на круглый абрис щеки, на темные реснички и была уверена, что она в состоянии справиться со всем.
Уже вечером Лизе пришла в голову запоздалая, но глубоко потрясшая ее мысль. Она же может позвонить Лису! Правда, его номера у нее по-прежнему нет, но есть же его аккаунты в социальных сетях!
Боже-боже, как же это все… странно. Как эе она от всего этого отвыкла.
Лиза долго-долго смотрела на то самое фото, на котором была рука Лиса с обручальным кольцом. Даже начала читать комментарии под снимком, но потом поняла, что это испытание не для ее нервной системы И написала Лису в директ.
А он не ответил. Лиза и не знала, как это трактовать, но почему-то хотелось плакать. Это гормоны. Это точно гормоны!
Телефон пиликнул, когда Лиза уже задремала.
Лис: Лиса, мать твою! Номер свой давай, быстро!
И, как только она отправила номер, сразу же раздался телефонный звонок.
— Лиса, это, правда, ты?!
Лиза отняла смартфон от уха, чтобы перевести дыхания. Было очень необычно разговаривать с Лисом по телефону. Это их первый разговор не в живую, а так, с помощью средств связи. И это очень непривычно.
— Лиса, Лиса, ты где там?! Почему молчишь?!
Лиза выдохнула тихонько.
— Привет. Я тут. Это и правда я.
Она услышала шумный вздох. А потом Лис замолчал. Но ненадолго.
— Слушай, так непривычно с тобой по телефону говорить…
— Я об этом же думаю.
— Ты как?
— Я в порядке.
— Как вчера? Вчера ты тоже была в порядке.
Лиза хмыкнула. Если Лис начал ей припоминать вчерашний день — значит, он точно в порядке.
— Нет, правда? Ты… как? Что-то болит? Что говорит врач?
Болело вчера, но об этом Лису знать совершенно не обязательно.
— Врач сказал, что у меня все хорошо.
Из трубки послышался еще один шумный вздох.
— А как… он?
Как Лис аккуратно сказал — «он».
— Ты про нашего сына?
Ответил Лис после паузы.
— Да.
Лиза пока не готова была с кем-то обсуждать такие новые вещи в ее жизни, как начало лактации и кормление грудью. И про меконий тоже.
— У него тоже все в порядке. Уже несколько раз кушал.
— А что он ест? Может, что-то привезти? А… Стоп. Я туплю.
— Немного. Но, кстати, о «привезти». Лис, меня завтра выписывают.
— Уже?!
— Да. Ты… ты встретишь меня?
— Конечно. Во сколько надо приехать? Утром?
— Не думаю. Скорее, в обед. Я тебе завтра напишу.
— Хорошо. Буду ждать. Но имей в виду, что мне надо полтора часа на дорогу.
— Я помню.
Она замолчали. А потом Лиза выпалила:
— Хочешь, я пришлю тебе его фото?
Ответил Лис после паузы.
— Нет.
Больно стало вдруг так, что утратилась способность дышать. Что значит — нет?! Ты же так вчера… рвался, переживал, я же видела! Тебе было просто важно, чтобы все кончилось благополучно, а не как у твоего отца? А ребенок, наш с тобой ребенок тебе не нужен?! Словно сквозь вату Лиза услышала продолжение:
— Если тебя завтра выписывают — я до завтра потерплю. Так хочу посмотреть в первый раз. Не на фото. А когда он у меня на руках будет.
Непредсказуемый комок в горле вдруг набух и булькнул. А вслед за ним Лиза шмыгнула носом.
— Лиса? Лиса, что случилось?! Что там за звуки?! Это малой?
Это я тут пытаюсь не рыдать в голос! Но не очень получалось. Лиза еще раз шмыгнула. Потом внезапно икнула.
— Лиса?!
— Все в порядке.
— Знаю я твое «все в порядке»!
— Я просто… — Лиза шумно выдохнула. — Просто очень рада слышать твой голос.
На другом конце трубки тоже шумно выдохнули.
— Капец, Лиса, ты меня доконаешь. Все, давай, до завтра. У меня еще сегодня дел куча, перед завтра. А ты спать ложись. Спокойной ночи, Лиса.
— Спокойной ночи, мой Лис.
***
Лизу встречали две машины. Одна из них — та, на которой ее привезли сюда позавчера. Это машины Акинфея, и сейчас именно он с Нюрой стояли рядом с украшенным голубами шариками джипом. А второй джип, без шариков, стоял рядом. От него к Лизе бросился Лис, на ходу ругаясь на Анатолия и Нюру:
— Я вам говорил, что раньше надо было выезжать. А вы все копались! Дались вам эти шарики!
У Лизы задрожали губы. Сколько эти люди сделали для нее… Она спустилась с первой ступеньки. Передала Лису сына. А потом бросилась в широко расставленные руки Нюры. Она плакала и обнималась с Нюрой, затем с Акинфой. И не видела, как Лис долго всматривался в лицо сына, как шевелились его губы, что-то беззвучно произнося.
***
— Слушай, а почему мы так медленно едем?
Лис ненадолго снял руку с руля, потер шею.
— Да я это… Дело столько. Не успел автокресло купить для малого. На руках его везти вроде как нельзя и неправильно. Поэтому я и… Да и вообще… — он вздохнул, и Лиза вдруг увидела на его лице очень-очень странное выражение. Кажется, она таким Лиса никогда не видела. Словно он смущен. — Очень медленно едем, да?
