Они мчались через Римские врата, мимо кладбища, снова через реку в головокружительной гонке. Троих пассажиров на заднем сиденье швыряло то влево, то вправо, когда Мусса делал резкие повороты, минуя мечети, церковь, летя на полной скорости по кольцевой транспортной развязке, мимо Олимпийского стадиона и, наконец, прямо на главное шоссе, над которым висели указатели на Хомс, Алеппо и Багдад. Розовый фургон все так же висел у них на хвосте. Хотя транспорта было мало, Муссе приходилось лавировать между медленными грузовиками, мотороллерами и редкими микроавтобусами, а «ниссан» неотступно преследовал их.
Когда шоссе стало прямым, Мусса вдавил педаль газа в пол и «шевроле» рванул вперед на предельной скорости. Фургон сначала отстал, но затем быстро нагнал их.
Константин сыпал проклятьями на греческом, арабском, и, наконец, на английском языке.
Потом Ян пробормотал:
— Чтоб их черт побрал! — Он открыл стоявшую на полу между ног дорожную сумку и вытащил из нее пистолет.
— Боже мой! — воскликнула Кэндис.
Ян опустил стекло и высунулся наружу.
— Вы совсем спятили? — закричал Гленн.
— Всего-то прострелю пару колес.
— Вы убьете кого-нибудь! — Гленн схватил Яна за руку и втащил его обратно внутрь машины.
Ян сопротивлялся. Пистолет случайно выстрелил, пуля пробила крышу «шевроле». Позади них звук выстрела испугал водителя фургона. Он потерял управление, попытался выровнять машину и слишком резко дернул руль. Фургон вильнул в сторону, его переднее колесо угодило в рытвину. Машина взлетела в воздух и, приземлившись, начала кувыркаться через крышу, пока Гленн, Ян, Кэндис и Константин с ужасом наблюдали за происходящим через заднее окно «шевроле».
«Ниссан» перевернулся кверху колесами и загорелся. Столп огня взметнулся в ночном небе, внутри, не имея возможности выбраться, кричали люди.
Древний документ дрожал в руках Джессики Рэндольф, пока она изучала средневековые письмена под ярким средиземноморским солнцем.
Она недоумевала, почему Фило так не терпелось завладеть им. Это письмо не имело ничего общего с другими приобретениями, в основном религиозными писаниями, которые она делала для него на протяжении нескольких лет.
— Это то, что тебе нужно, не так ли? — спросил владелец яхты, ее компаньон, Терри Лесли, предложив Джессике хрустальный фужер с шампанским. Неделей ранее Джессика и Терри встретились в кают-компании этой яхты, с огромным баром, роскошными диванами и открытыми дверями на большую кормовую палубу. Там, на столике для морских карт, Джессика разложила план музея в Мельбурне. Богатый ценитель искусства передал в дар музею одну из своих коллекций, и среди перечисленных в ней предметов было письмо одиннадцатого века, написанное Раймоном Тулузским. Фило Тибодо хотел получить это письмо.
Терри Лесли изучил план, на котором была нанесена система освещения музея, распределительные щитки, двери, вентиляционные шахты, электропроводка, расположение системы экстренного энергообеспечения, датчики движения и мониторы. К карте также прилагался список охранников и график обходов. Затем Терри просмотрел отчет, дополнявший план музея, обращая внимание на ключевые моменты: окна глухие из поликарбоната; по периметру охранники с собаками; датчики давления. Музей охранялся по высшему классу.
Неделю спустя Терри привез письмо.
— Великолепно, — сказала Джессика вору, который на доходы от профессионально исполненных ограблений купил не только эту яхту, но и виллу в Испании, кондоминиум в Голливуде и целый парк дорогих автомобилей.
Терри Лесли хвастался:
— Я провернул пятьдесят шесть дел и не запорол ни одного.
— «Меня никогда не поймают», — добавила она, смеясь, так как знала, что полиция ищет этого человека.
Джессика рассматривала письмо, мысленно переводя средневековый французский. В 1048 году Раймон Тулузский написал своему местному епископу о подозрениях касательно тайного языческого общества, посвятившего себя сохранению еретических писаний в ожидании дня, когда возродится Антихрист и будет править миром. Раймон упоминал о крепости на Пиренеях.
Так почему же Фило так не терпелось завладеть им?
И вдруг она подумала, что важно не само письмо, а то, что написано в нем.
Тайное общество!
Пока яхта покачивалась на водной глади спокойного моря, гостья пробовала крабовое мясо в топленом масле и прокручивала в голове десятки мыслей и гипотез.
Тайное общество чего? Святого Грааля? Крови Христа? Общество, о котором не слышала даже Джессика, чьей работой было знать обо всех подобных секретах! «Настолько тайное, — думала она, — что на его фоне тамплиеры выглядели эксгибиционистами».
Раймон Тулузский писал: «Их можно узнать по кольцу с огнем».
Кольцу с огнем?
Кольцо на правой руке Фило!
Был ли он членом этого тайного общества?
За стеклами темных очков, защищавших глаза от слепящего солнца, мысли бешено проносились в ее мозгу. Это была внезапная удача. И она поняла, насколько ценным было письмо — но не для Фило, а для нее.
Джессика хотела заполучить Тибодо, хотела, чтобы он стал ее партнером в богатстве и власти. Когда три года назад умерла Сандрин, Джессика увидела свой шанс. Фило был вдовцом, и его жена уже не могла ей помешать. Но он не смотрел на Джессику так, как это делали другие мужчины. Она не могла соблазнить его ни на мгновение. Поэтому, решила она, необходимо использовать другие средства. Ее первый план состоял в том, чтобы завлечь Фило Звездой Вавилона. При неудаче — а все зависело от успеха Кэндис Армстронг и Гленна Мастерса — запускался план на случай непредвиденных обстоятельств.
Письмо для этого подходило как нельзя лучше.
Джессика улыбнулась. Она давно усвоила — еще до приобретения силиконового бюста, пластики носа, смены имени; в дни первоначального накопления ее капитала, когда она всегда на один шаг опережала детективов из отдела по борьбе с мошенничеством, — что умный жулик всегда имеет план действий про запас. Если первая задумка не сработает и запасной план провалится, тогда она собиралась осуществить план В.
Она получит Фило, чего бы это ни стоило, даже если ей придется совершить убийство.
14
Фило знал: полиция Лос-Анджелеса ищет его, чтобы допросить о причастности к смерти Джона Мастерса. Он не особо переживал по этому поводу — они никогда не найдут его, а даже если найдут, будет слишком поздно.
Фило сидел в гостиной из стекла, окруженной со всех сторон небом. Пентхаус общей площадью почти шестьсот пятьдесят метров находился на тридцатом этаже небоскреба в городе Хьюстон, и в него нельзя было попасть снизу. Лифты — личный для Фило и другой для слуг — ходили с этого этажа и только наверх, Фило навещал и покидал свое жилище на вертолете. Если полиция следит за зданием в надежде поймать его, то ей придется ждать очень долго.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
