Кастор.
— О да, я ее готова даже на повторе слушать несколько раз, — радостно согласилась Ивена.
Кастор сделал погромче. Когда начались слова, Ивена стала подпевать и пританцовывать, не стесняясь. Он впервые видел ее такой раскрепощенной и наполненной детским восторгом. Кастор следил за дорогой, но тоже присоединился, запевая, и периодически кидал взгляды на Ивену, убеждаясь, что ей нравится.
Они наслаждались любимой музыкой. За окнами мелькали огни ночного города, освещая безлюдные улицы. Изредка проносились встречные машины. Было невероятно хорошо в этом моменте. Ивена вновь окунулась в прилив неожиданного счастья. Она рядом с тем, кто ей нужен. Они одни. Поездка под классные песни — почти свидание. Что может быть лучше?
Объехав несколько улиц, Кастор все же свернул в сторону их домов. Двор Ивены был заставлен машинами, и заезжать было неудобно, поэтому он предложил припарковаться у своего на привычном месте, а после проводить ее пешком до подъезда. Ивена согласилась, но, выйдя из машины, кое-что вспомнила.
— Слушай, я все думаю о вашей дружбе с Таленом. Алирин мне говорила, что вы раньше не так близко общались, а лишь недавно сблизились. И ты мне сказал, что есть причина, почему вы хорошие друзья. Это как-то связано с тем, кто ты? Тален вообще знает об этом?
Закрыв машину, Кастор подошел к Ивене и как-то печально усмехнулся.
— По тебе сразу понятно, что допросы ведешь. Все слова запоминаешь.
— Кастор, не уходи от ответа, — серьезным тоном попросила Ивена, чуть хмурясь.
Глубоко вздохнув, он сказал:
— Я как раз хотел бы с тобой кое о чем поговорить. Это касается Талена и Алирин. Разговор важный и личный, так что я не хочу это делать, стоя на улице. Если ты не устала и не хочешь спать, то можем сейчас пойти ко мне и обсудить, а потом я тебя провожу. Или встретимся завтра.
— Шутишь? Да я же теперь не усну до завтра после такого заявления, — возмутилась Ивена. — Пойдем к тебе.
Развернувшись в сторону подъезда Кастора, она уверенным шагом направилась туда. Он не возражал, сам явно не хотел спать. Поднявшись, он впустил Ивену в квартиру, зашел и запер дверь. Разувшись, они скинули верхнюю одежду и последовали в гостиную.
Сердце Ивены тревожно забилось. Внутреннее чутье подсказывало, что она узнает что-то не очень хорошее, и это беспокоило. Подогнув подол платья, Ивена уселась на диван, в ожидании глядя на Кастора. Он сел рядом и принялся рассказывать:
— Как я тебе уже сказал, мы сотрудничали по работе. Тален показался очень легким и приятным в общении. Мы обменялись контактами, периодически какую-нибудь ерунду друг другу скидывали, что-то обсуждали, но не сильно близко общались. Я не думал, что это надолго, но связь поддерживал. Разумеется, я не говорил, что маг, прекрасно зная, как к этому относятся. Об этом знали только близкие люди, а в реестре я еще не числился. И вот однажды мы снова списались с Таленом, и он пожаловался, что день выдался отвратительный. Так вышло, что мой тоже не задался, и мы спонтанно решили встретиться у меня, чтоб хоть как-то его скрасить и пообщаться. Не знаю, что на нас нашло, но мы так здорово разговорились, и меня неожиданно потянуло на откровения. Я сказал, что электромаг. Не хотелось портить отношения, но из жизненного опыта я понял, что лучше признаваться в таком сразу, если человек тебе дорог, и ты не хочешь шокировать его потом. Ведь потом всегда больнее. А так, если бы он отстранился от меня, мы бы просто прекратили общение. Но все сложилось не так, как я представлял.
Лицо Ивены становилось все мрачнее. Она понимала, к чему клонит Кастор, но до сих пор не хотела признавать это.
— Если сейчас вы дружите, очевидно, Тален новость воспринял положительно, — озвучила вывод Ивена. — Но он тебя даже свидетелем назначил. Соответственно, ваша дружба не просто не прервалась, а стала крепче. Мне даже страшно произнести, о чем я думаю.
Кастор не стал тянуть интригу. Было ясно, что Ивена уже обо всем догадалась.
— Я скажу это за тебя. Да. Тален тоже маг.
Казалось, что мир не может перевернуться еще больше, но это все-таки произошло. Ивена ошарашенно глядела на Кастора, не зная, как реагировать. Воплотился один из ее давних страхов — кто-то из близких людей оказался магом.
Первым делом Ивена стала беспокоиться за Алирин. Зная, как подруга относится к магам, она сделала вывод, что Алирин не в курсе того, кто Тален на самом деле. Это может очень плохо сказаться на их отношениях, если вообще ни разрушить их.
— Когда я рассказал ему о себе, — тем временем продолжал Кастор, — Тален вдруг посмотрел на меня так… странно, но не осуждающе. Наоборот. С какой-то надеждой во взгляде, что ли. Он пообещал никому не сообщать об этом и поинтересовался, как и когда я обнаружил магию, как совладал с ней. И я рассказал. Стало так приятно, что человек не боится меня, не брезгует, не называет грешником. Он просто с интересом слушал, будто я рассказывал не о магии, а о том, что я занимаюсь каким-то спортом. Это казалось в разговоре нормальным, и мне это очень понравилось. Давно не было так легко с кем-то, и можно было показывать себя истинного, быть собой. Но позже я понял, в чем причина такого отношения. Выслушав меня, Тален признался, что тоже маг, только телекинетик. И, как можно догадаться, об этом никто не знает.
Слово «телекинетик» больно резануло Ивене слух. Этих магов она и Алирин воспринимали хуже всего.
— И как давно он обнаружил это?
— Недавно. В этом-то и дело. Представь, каково ему? Успешный, известный человек с множеством связей живет себе как обычные люди. А потом внезапно узнает, что он тот, против кого настраивают общество. Конечно, он был в шоке и скрывал это, пытался не показывать, что что-то произошло, но сокрушался изнутри. И, узнав, что я маг, Тален решил, что я его пойму, как никто другой. Так и вышло. Ему очень хотелось разделись с кем-то этот секрет, не подвергая себя опасности. Поэтому мы и начали больше общаться. Магия нас сблизила, ведь мы оба скрывали ее от всех, но узнали друг о друге.
— Господи, бедная Алирин… — протянула Ивена, взявшись руками за голову. — Она же явно не знает, иначе не была бы так спокойна. Да и вообще не знаю, была бы она с ним…
— Вот это я как раз и хотел обсудить.
Ивена недоуменно посмотрела на Кастора.
— Ты хочешь, чтобы она узнала? —
