стене бежал Майор и громко давал распоряжения бойцам. Майор взглянул вниз и на мгновение встретился с ним глазами. Шериф быстро вскинул руки и хлопнул несколько раз левой рукой по запястью вытянутой вперед правой. Майор на бегу крикнул своему ординарцу и тот сорвался вниз по лестнице в его сторону. Снова раздался взрыв со стороны горы. Шериф оглянулся и увидел Эллу. Она стояла на коленях в грязной луже и прижимала к затылку ладонь. Толмут валялся в черной жиже. Глаза были донельзя удивленные, потом закатились, и она рухнула в лужу лицом. Красная пелена гнева накатила на Шерифа.
Подскочив к упавшей помощнице, он вытащил ее из воды и, схватив на руки, потащил в Офис, оглядываясь по сторонам и пытаясь вычислить в какую сторону могла дернуть черноволосая. Подбежал ординарец майора, Лешка по прозвищу Сыч.
— Шериф, это волки пытались пролезть сзади через минное поле. Они, прям, прыгают на ворота. Майор говорит, что они спасаются от чего-то, и пытаются проникнуть к нам как в убежище. Что с Элкой?
— Помоги, — почти нечеловеческим голосом прорычал Шериф и сунул ему в руки обмякшее тело, — я… двери…
Трясущимися от переизбытка адреналина руками он еле попал ключом в замочную скважину и, распахнув двери ногой, помог втащить Эллу в Офис. Они положили ее на деревянную лавку, и Сыч удивленно посмотрел на мокрые от крови пальцы.
— Клять, она ранена, Шериф! Из головы кровь!
— Тащи сюда Ветеринара и будь с ней. Жизнью за нее отвечаешь!
— Что там у вас? — Раздалось из-за решетки, — нападение? Выпустите меня!
Шериф скинул дробовик на стол и, вытащил «Стриж» из кармана. Психуя, что все получается медленно, выдрался из тулупа и бросил его на пол. Выскочив на улицу ломанулся в сторону Общаги. Она, скорее всего, замешается сейчас с разбегающейся толпой, чтобы уйти с открытого пространства. На стену точно не полезет. Два ножа с собой! Ах ты ж сука! Это точно ты! Я тебя найду и матку вырву тварь! Рукой своей вырву, сука! Клять тебя, выхухоль, наизнанку выверну! Успокойся, Егор, успокойся. Думай. Тише. Она побежала за толпой. Затерлась среди людей. Одежда видная. Штаны черной кожи, куртка из волчьей шкуры, хорошо выделанная. Такой у наших ни у кого нет. Значит, переоденется скоро. Где взять одежду? В общаге проще всего. На веревках вечно сушится ворох одежды. Значит правильно бегу. Она уже тут была и знает куда идти. Спрятаться особо негде. Только на открытых складах и между вагончиками. Скорее всего, к общаге пойдет. Потом забьется куда-нибудь под вагончик или на склады. Но теперь я тебя в лицо знаю, тварь. Никуда не денешься. Везде на стенах охрана. И к волкам в пасть ты не полезешь, даже если найдешь лазейку. Кто ж ты такая, красавица, клять твою мать?
Он добежал до Общежития, оскальзываясь на мокром утоптанном мху. Люди все попрятались по местам, которые им были расписаны на случай тревоги. Как только новичок проходил все необходимые процедуры приема в Поселение, ему назначалось место по его умениям и навыкам. Пожарная команда, санитары, подносчики патронов на стены, бойцы и тому подобное. Все было отработано до мелочей и люди, привыкшие большую часть жизни бороться за свое выживание, соблюдали эти правила, как священнослужители свои религиозные обряды. Все, кто не был задействован в основных оборонительных или спасательных мероприятиях прятались в своих жилищах и не должны были показывать нос наружу, пока не объявят отбой тревоги.
Шериф обежал несколько раз вокруг Общежития. Вскарабкался на сорокафутовый контейнер с углем и пробежался по нему туда-сюда, высматривая с высоты пространство среди хлама. Сунулся внутрь общаги и опросил женщин, которые столпились в холле около входа. Ромуальдас был уже тут. Посторонних они не видели. Но стерва хитрая. Могла и затереться, и глаза отвести. Хотя Ромуальдаса не проведешь. Он обежал склады за общагой, гончарную мастерскую и пилораму, и неожиданно успокоился. Куда она денется? Получается, убив «Коня-в-пальто», она выбралась с собирателями утром наружу. Эх, Натаха! Сунула черная куда-то антиклещевик и тут на тебе, сюрприз в виде волчьей стаи. Куда деваться? К собирателям подмазаться уже не успела и попыталась изобразить из себя новенькую. Как раз удача — эта семейка волосатая от волков ковыляла в сторону Поселения. Притерлась к ним. Хотела прошмыгнуть, но вмиг поняла, что раскусили. Я ведь на секунду всего отвернулся. И чем она Эллу приложила? Камнем? Где тут взять камень под ногами? Надо назад идти. Узнать что с волками, объявить комендантский час и пустить по городу патрули. К утру выкурим ее на видное место. Как там Элла? Наталью надо опросить, успела посчитать своих до паники или нет?
Он добежал до центральных ворот и огляделся. На воротах стояли стражи, около ворот все на своих местах. Заметил на стене Майора. Но сначала заскочил в свой Офис. Эллы не было. На скамейке остались пятна крови, обрывки ваты и куски самодельных бинтов в крови. Значит, Ветеринар приходил и скорее всего, забрал ее к себе. И где Брок шляется? Толмут в корке подсохшей грязи лежал на рабочем столе. Только сейчас до него дошло, что волчьего воя не слышно. Тишина навалилась внезапно, и он сел на лавку отдышаться. Было жарко.
Колька сидел за решеткой молча, понимая, что сейчас не до него. Не хотел попадать под горячую руку Шерифа. А чего его сейчас тут держать? Пусть валит домой к отцу. У него тоже есть пост на случай тревоги. Глупая это была затея играть в сыщика и искать след среди своих. Сторонняя баба это. Он выпустил с напутствиями Лысенко-младшего и уселся на стул.
Посидев секунд тридцать, тяжело вздохнув, встал и втащил себя в тулуп. Закинул за спину дробовик и вышел из Офиса. Карабкаться на стену совсем не хотелось, но пришлось. Он увидел рядом с Майором на барбакане Брока и Димку Сыроеда. В этот раз он был не с голой задницей, а соизволил одеть штаны и куртку. Брок разглядел начальство и радостно начал подпрыгивать, грозя развалить многотонную конструкцию. На него зашикали, и пока Шериф карабкался вверх по лесенке, было слышно, как мужики кляли его помощника всякими нехорошими эпитетами. Как только он поднялся наверх, все затихли и уставились вниз. Шериф подошел к краю и, отмахнувшись от невразумительных объяснений чернокожего детины, тоже перевесился через ограждение из листовой стали толщиной сантиметра в три с клеймом «Хардокс». Димка, не оборачиваясь, хлопнул его широкой, как лопата ладонью, по плечу. Вокруг ворот и стены, насколько хватало взгляда
