– Я позвоню? – вопросительно посмотрел на нее Вишневский.
– Позвони, – ответила Настя и усмехнулась. – Только в цирк я не пойду, да и в кино больше тоже. В ресторан тем более. Звони, если что.
Они стояли перед ее подъездом, откуда с лавочек перед дождем срочно эвакуировались старушки.
– Ишь, выделывается, – Вера Павловна проковыляла мимо них, – своди ее, сынок, в серпентарий!
– В зоопарк? Никогда, – заявила Настя, – не люблю животных в клетках.
Вера Павловна покачала головой и скрылась в подъезде.
Настя и сама понимала, что выделывается. Но надо же было как-то объяснить Владу, что у них ничего не получится, даже если он выведет ее в открытое космическое пространство.
– Понял, – ухмыльнулся Влад.
Может быть, она поспешила? Он такой понятливый! Да нет же, нет. Влад действует как по заказу. Ее глазливому заказу, а это уже надоело.
– Звони сама, если что, – он чмокнул ее в щеку и несколько задержал руку на Настиной талии.
– Ха-ха! – возле них хлопнула дверца автомобиля, который, рванув с места, заскрежетал коробкой передач, словно из нее выдавали сразу всю мощность.
– Гурин? – попыталась приглядеться к водителю Настя. Но ничего толком не увидела.
Влад ушел. Настя старалась не разрыдаться. Чего хотела, сама добилась. Правда, хотела любви, а вот ее-то как раз и не было между ними. Позвонить Маринке и рассказать? Глупости. Они наверняка уже сидят в ресторане. Хотя времени еще мало, нет и десяти часов. Как хорошо, что Влад взял билеты не на последний сеанс. Настя еще успеет съездить к магазину и посмотреть на свое заветное платье! Все равно ведь хотела затариться пирожными. Она кинула взгляд на небо, дождь собирается с силами, но она успеет.
Хмурый охранник торчал у стеклянных дверей с отсутствующим видом.
– Мне надо! – заявила Настя, стараясь обойти его.
– Не пускаем, только выпускаем, – пояснил тот и продолжил стоять каменным изваянием.
– Меня девочки из отдела попросили за ключом сбегать, – обманула Настя.
Охранник окинул ее взглядом. Настя прищурилась, сказав про себя, что он пропустит, обязательно ее пропустит. И он пропустил.
Она подбежала к манекену с плохим предчувствием. Как же надоели ей эти предчувствия!
И оно оправдалось. На манекене красовалось другое платье. Не то, что они с Маринкой выбрали, другое! Кроваво-красное, с длиннющим шлейфом… Не ее.
– А где то, иссиня-черное?! – подбежала Настя к продавщице.
– Вы что, девушка, не видите? – ответила та. – Новая коллекция. Старую распродали со скидками.
– Распродали?! – Настя всхлипнула. Ее не было пару дней, а платье продали со скидкой! И не ей! Докатилась, в ее жизни нет места даже скидкам. Ах, она же это предчувствовала. К черту предчувствия!
– А другого, такого же, нет? – с погибающей надеждой поинтересовалась она.
– Нет, – фыркнула продавщица, – и вообще, мы закрываемся!
Естественно, откуда появится второе точно такое же платье? Это только у Риммы Вишневской в запасе имеются двоюродные братья, призванные вызывать у кавалеров ревность. А у Насти нет никаких запасных аэродромов. Ничего нет. Позвонить Маринке? Нельзя, у той серьезное свидание. На самом деле очень серьезное. Сейчас ее профессор признается в любви.
Настя поникла и пошла к выходу. Хмурый охранник проводил ее взглядом.
На улице начиналась гроза. Небо хмурилось, как и охранник, словно стояло на страже чьих-то интересов. Заморосил мелкий дождь. Но Настя передумала возвращаться на автобусе. Она решила пройти пешком под мокрыми освежающими каплями очистительного потока. Да-да, мелкий дождь превратился в настоящий поток, и с неба хлынула вода. Она до нитки сразу промочила свой незамысловатый костюм. Кстати, единственный из всего гардероба подходивший для ведения торжественного имянаречения. Но когда еще Настя будет торжественно нарекать малышей? После того как она упустила платье, на которое возлагала большие надежды, ей не доверят вести торжественные церемонии никогда.
Она занимается самоедством. Сколько раз подруга говорила ей, что мысль материальна. А женщина должна, просто обязана из-за своего пола привлекать к себе только положительную энергию. Мужчины – разрушители по природе, женщины – созидательницы. А Настя сама все вдруг разрушила.
Теперь Маринка найдет у нее комплекс Золушки или какой-нибудь Замарашки и, выйдя замуж за профессора, бросит подругу на произвол судьбы. Уедет с ним на дачу, а Настю оставит погибать в городе. На дачу? Настя будет изредка к ним приезжать и любоваться издали Гуриным. Тот к этому времени тоже женится, такие мужчины редко остаются холостяками, и Насте придется здороваться с его красавицей женой. Ну до чего же радостную картинку будущего нарисовало воспаленное самоедством сознание!
Настя смело вступила в лужу. Прощай, костюм, прощайте, замшевые босоножки! Прощай, Гурин, пусть тебе повезет с твоей красавицей женой… Нога попала в глубокую выбоину и зацепилась. Только сейчас Настя осознала, что находится на обочине дороги, по которой мчатся автомобили, обливая ее фонтанами брызг. Правда, что ей фонтаны, она и так вся мокрая. Нужно спасать не костюм, а собственную жизнь. О! Этот асфальтовый каток едет слишком быстро! Она сама на себя накликала беду…
– Девушка, – раздался возмущенный голос поблизости, – чего вы там застряли?! Сейчас попадете под машину! – к ней обращался ухоженный старичок с аккуратной белой бородкой. Он был в плаще и держал над собой зонт.
Попасть под асфальтовый каток?! Настя в ужасе закрыла глаза. Только этого ей не хватало! Сразу представились заголовки завтрашних газет: «Глупую девицу раздавил асфальтоукладчик!» Гурин берет газету, видит заголовок, фотографию… Об этом лучше не думать.
– Давайте мне руку! – потребовал старичок.
И Настя ему подчинилась. Она протянула руку наугад, глаза ослепила вспышка молнии, раздался грохот грома… Под это громыхание Настя благодаря сильной жилистой руке перелетела на тротуар, а красная сумка осталась лежать в луже.
– Черт! – пожалела Настя сумку, по которой тут же проехала машина.
– Сплюньте через левое плечо, – усмехнулся старичок и протянул ей зонт, – небольшая жертва.
Настя послушалась и плюнула. Сзади кто-то ойкнул.
– Теперь все позади, – сказал старичок, накидывая на нее свой плащ.
– Не надо, не стоит меня укрывать, – принялась отнекиваться Настя. – Как я вам все верну? Кто вы?
– Считайте меня своим ангелом-хранителем, – подмигнул ей старичок и нырнул в припаркованную рядом «Оку». – Мы еще встретимся с вами! В загсе!
Настя пожала плечами и проводила его автомобиль странным взглядом. Где-то она видела этого старичка. Где-то они встречались. Но где? Посмотрела и на остатки сумки, выудила их из воды. Документы-то можно будет высушить. Косметику, безусловно, жалко, но теперь она ей ни к чему.
