дистанцию с существом, страшнее которого может и не быть.
- Ну-ну… К чему притворство, когда мы находимся в столь интимном уединении? Ты ведь знаешь моё настоящее имя, ведьмочка. Или Марки тебе нравится больше?
- Почему ты снова пришёл?
- Я ведь говорил, что буду навещать тебя и помогу освоить полученный дар. Почему ты такая бледная? Погоди… Я чувствую твой страх. Разве я дал тебе повод бояться меня? Расскажешь, что случилось?
Джеймс смотрит на меня пристально, даже дух перехватывает.
Что ему ответить?
Правду?
Я всё равно не умею врать, а если он настолько сильный, как говорят легенды, то прочтёт ложь в моих глазах.
- Почему ты вернулся? Ты хочешь уничтожить людей?
Принц Тьмы смеётся, словно мои слова позабавили его. Он потирает переносицу и качает головой.
- Я понял! Это твой истинный побывал здесь и наплёл тебе про меня небылиц? Знаешь, я хотел просто проверить, в порядке ли ты, развеять скуку, но если уж нам предстоит непростой разговор, предлагаю поужинать вместе. Я вернусь после отбоя. Постарайся избавиться от любой компании к моему визиту. Я отвечу на все твои вопросы и развею сомнения, раз уж нам придётся сотрудничать, а ещё накормлю тебя вкуснейшим фастфудом. Пожалуй, это единственная земная еда, которую я могу без отвращения поедать в огромных количествах. Ну так что? Согласна?
А выбора ведь у меня особо и нет. Мне придётся согласиться, если я хочу получить ответы на свои вопросы, тем более я уже большую часть сделала, и теперь принц Тьмы на свободе, а тело он может вернуть и без моей помощи, почему-то я уверена в этом.
- И ты будешь честен со мной? – спрашиваю я насупившись.
- Боги не умеют врать, ведьмочка.
Парень разворачивается на месте и уходит, а я задумываюсь: он признаёт, что является богом, как и говорят легенды?
Часть 42. Байрон
- Рэйриан, почему ты сидишь и ничего не пытаешься сделать? – срываюсь я после очередной лекции, на которую был вынужден пойти под чутким контролем своего наставника.
Мы садимся на скамейку на улице, и я думаю о том, что у Адалин даже такой возможности сейчас нет – она не может выйти на свежий воздух и насладиться прогулкой, потому что сидит взаперти, как опасная преступница.
- А что я должен сделать, Байрон? Заставить тебя учиться по доброй воле? Вообще-то, я могу применить к тебе силу убеждения, если уверен, что готов к этому.
- Я не об этом! – недовольно рычу я. – Адалин там совсем одна. Ты считаешь, что это нормально сказывается на ней? Она недавно узнала о своём клейме, даже не успела привыкнуть к новому миру. Как думаешь, она нормально чувствует себя взаперти?
Какое-то время Рэйриан молчит, потирает переносицу и о чём-то напряженно думает. Он всё-таки отвлекается от своих мыслей, вскидывает голову и недовольно смотрит на меня. Понимаю, что сейчас он прочтёт мне лекцию, какой я плохой, но я даже готов выслушать, если Рэй скажет хоть что-то дельное и поможет вытащить ведьмочку из заключения.
- А что ты предлагаешь? Думаешь, я могу поспорить с ректором? Ты слишком плохо знаешь правила, Байрон. Ты никогда не пытался даже просто подчиняться им. Когда узнал, что Адалин твоя истинная, должен был позаботиться о ней, но вместо этого начал вести глупые игры с никому не нужными секретами. Ты видел, к чему привело девушку неумение пользоваться своим даром. Мне едва хватило сил, чтобы зачаровать всех и лишить воспоминаний. Хочешь, чтобы нечто похожее повторилось? Пытаешься загладить свою вину перед Адалин, ведь если бы её истинный был рядом, то и контролировать свои силы было бы проще. Ничего бы не случилось, а теперь поздно кусать локти. Если она снова окажется среди остальных неподготовленной, нас ждёт повтор, который может оказаться в разы хуже. Хочешь помочь ведьмочке? Занимайся с ней, делись своими знаниями.
- Она отказывается от общения со мной, - честно признаюсь я. – Уже несколько раз пытался составить ей компанию, но она упрямо твердит, что хочет побыть одна.
Понимаю, что пока ведьмочка всячески избегает разговоров о будущем, которое я и сам представляю слишком смутно. Да что там? Не представляю вообще. Узнав, что мы являемся истинной парой, она просто решила огородиться от меня. Обиделась? Наверное, всё так и есть, но распахивать душу и признаваться, почему я решил отказаться от этой связи, не хочу. Зачем? Она, как и все остальные, непременно начнёт жалеть на меня, говорить какой я несчастный… И во что это всё выльется? Полюбит меня? Включит синдром Матери Терезы? Нет. Мне всё это не нужно, да и Адалин тоже.
- И почему я не удивлён, Байрон? – хмыкает Рэйриан, окидывая меня недовольным взглядом.
На лице наставника так отчётливо читается возмущение: зубы плотно сжаты, из-за чего скулы кажутся острее, зрачки сильно увеличились, и осталась лишь радужка цвета морской волны, позволяющая определить цвет глаз. Кажется, что у него даже волосы на голове встают дыбом.
- Что прикажешь мне сделать? Навязываться и мелькать у неё перед глазами?
- Может, хоть раз стоит просто откровенно поговорить? Адалин ненавидит себя, считает, что дело в ней, раз ты пытался отречься от вашей истинности.
- Да плевать она хотела на эту связь! – вспыхиваю я. – Ей эта истинность не нужна ровно так же, как и мне. Хоть в чём-то мы похожи.
- Потому что пока она не поняла, сколького ты её лишаешь.
На последних словах Рэйриан встаёт со скамьи и уходит, оставляя меня одного.
Наверное, он прав.
Может, не стоит мне поддаваться глупым убеждениям? Если бы нас с Адалин не связывала эта проклятая истинность, я бы даже попытался очаровать её. Тогда почему теперь шарахаюсь, как от огня? Не стоит из-за ошибок отца лишать себя возможности стать сильнее и, возможно, по-настоящему влюбиться.
- А я тебя искала!
Мэйла!..
Кого-кого, а вот её ожидал увидеть меньше всего на свете.
- Не в курсе, куда подевалась Адалин?
- Временно у неё индивидуальная программа занятий, - отвечаю я, всем видом давая понять, что разговаривать с некромантом, настроения у меня нет.
Да от неё же на расстоянии разит смертью.
- Я так и подумала. Жаль, если она не появится на балу и не увидит, какая чудесная из нас с тобой получится пара, Байрон. Надеюсь, ты не забыл о
