имею, о чём ты говоришь, – натянуто произнёс Болдрик. – Мы соблюдаем соглашение Винтерфаст.
Ханна чуть заметно улыбнулась. Её не удивило, что население Ивасленда не знало об устройстве. Будь всё иначе, в Эмбрии бы после смерти осведомителя выяснили, как именно Ивасленд собирается нарушить соглашение. Но теперь ей стало ясно, что об этом не знали даже стражники и доверенные слуги. Правители Ивасленда разыгрывали спектакль прямо в тронном зале.
И это давало ей преимущество.
– Я всё знаю об этом устройстве, – сказала Ханна не понижая голоса. – Я знаю, что оно притягивает зло благодаря всасыванию отрицательного давления. Я знаю, что вы пока не придумали, как удерживать зло больше нескольких минут, но как только вам это удастся, вы сможете использовать собственные места зла и направлять зло к стратегически важным местам в Эмбрии и Кабервилле. На фермы. Шахты. Замки. Теперь понимаете, о чём я говорю?
Секретарь раскрыл рот, а некоторые стражники уставились на короля с королевой.
Ханна улыбнулась про себя. Она любила всегда быть правой и контролировать ситуацию.
– Стража! – крикнул Болдрик, и вооружённые солдаты вытянулись по стойке смирно.
– Велите им меня арестовать? – Ханна немного успокоилась. Да, она была грязной, голодной и находилась в окружении врагов, но у неё имелись средства для достижения цели. – Думаете, после моих слов вас сочтут невиновными? Что это за королевство такое? Арестовывать людей, которые не согласны с нарушением соглашения. – Ханна печально покачала головой, хотя её родители в Эмбрии сразу бы её арестовали. Но она рассчитывала на то, что Ивасленду было важно поддерживать видимость справедливости.
Лицо Болдрика побагровело, и он прорычал:
– Оставьте нас! Я не хочу, чтобы мои люди слушали такую отъявленную ложь.
Обеспокоенные стражники покинули зал. Перо секретаря повисло над пергаментом, и он огляделся по сторонам, не зная, уйти ему или остаться. Но Абигайл приказала ему их оставить, и секретарь вслед за стражниками вышел из зала.
Ханна любила побеждать.
Правда, она только что рассердила двух самых влиятельных людей в Ивасленде, которые должны были позволить ей помочь в создании машины зла, потому что она не хотела быть съеденной демоном. Но теперь она была уверена, что справится. Она была Иоханной Фортуин и никогда не сталкивалась с непреодолимым препятствием, по крайней мере, когда речь шла о людях.
Наконец в зале остались лишь Ханна и правители Ивасленда. Они были так уязвимы. Было так легко убить их прямо здесь. Даже без кинжала, который был спрятан вместе с обсидиановыми украшениями, Ханна могла бы голыми руками покончить с монархами. Она в силах спасти Эмбрию и Кабервилл, поскольку тот тоже скоро станет принадлежать ей, от долгой бесперспективной войны. Всего за несколько минут она в состоянии положить конец несчастьям целого континента.
Хотя это принесло бы минутное удовлетворение, Ханна не смогла бы насладиться своей победой. Едва кто-то из монархов закричит, на неё тут же набросятся стражники. Её казнят. И убийство этих двоих не решит проблему с устройством и с королевством Ивасленд. Так как не сами правители, а кто-то другой работает над машиной. Другие люди знают о её существовании. И если они узнают, кто такая Ханна, то ещё сильнее захотят использовать устройство против Эмбрии.
К тому же демон запретил ей убивать короля с королевой.
– Хорошо, – сказала Абигайл. – Мы тебя слушаем.
– Отлично. – Ханна расправила плечи. – Я здесь, чтобы помочь вам с устройством. – Даже если ей не удастся избавить мир от этих двоих, она сделает всё возможное. Будет контролировать ситуацию. Направлять её в нужное русло. Демон лишь велел ей помочь Ивасленду закончить устройство. Он не запрещал ей попытаться уничтожить королевство изнутри.
Тулуна Стойкий был наставником Ханны. На протяжении многих лет покровитель Эмбрии нашёптывал ей советы и планы и учил, как справляться с любыми трудностями. С такой подготовкой Ханна могла победить в любой ситуации.
– Почему? – спросил Болдрик.
– Откуда ты вообще об этом узнала? – Презрение в голосе Абигайл было похоже на нож, но она плохо умела им пользоваться. Однако Ханна изучала искусство презрения с момента своего появления на свет, и лучший способ рассердить такого человека, как Абигайл, – сохранять молчание.
– Ты шпионка? – продолжала королева.
– Нет. – У Эмбрии был один шпион в этом королевстве, но от него не приходило вестей уже две недели. Обычные две недели. Конечно, для Ханны этот период оказался длиннее. – А что касается первого вопроса, то какая вам разница? Я могу вам помочь.
– Это имеет значение, если нам предстоит доверить тебе наш самый ценный проект.
Ханна снова улыбнулась. Это было так легко. Словно поджигаешь жуков. Они даже не понимали, что с ними происходит.
– Похоже, у вас где-то утечка. Иначе я бы не смогла узнать об устройстве, верно? – Ханна немного успокоилась. Наконец-то она вновь почувствовала себя собой и ринулась в очередную словесную битву, в которой всегда одерживала верх. Больше ей не придётся выживать на грязной воде из ручья и ягодах.
Принцесса была создана не для того, чтобы терпеть, а для того, чтобы побеждать.
– Скажи нам, где ты об этом услышала, – приказал Болдрик.
Ханна приблизилась к правителям, словно лебедь, плывущий по болоту.
– Я услышала об этом от того, кто заинтересован в завершении проекта. Я не могу выдать свой источник.
– Х-м-м… – Абигайл прищурилась.
– А сейчас я скажу вам правду. – Ханна взглянула в лица своих врагов. – Я не из Ивасленда, а из Эмбрии. И вы это поняли.
– Это же очевидно, – заметила Абигайл.
– Любой бы догадался, – согласился Болдрик.
Ханна кивнула. Теперь правители немного успокоились. Они раскусили её и решили, что у них появилось преимущество.
– Я выросла в Солкасте, – продолжала она, – но я изгой среди своего народа. Я хотела изучать науку и математику, а также механику. У меня были идеи, как увеличить производство зерна, но даже в университете мне велели держать их при себе. Нововведения нам бы очень помогли, но семья Фортуинов не чувствует себя счастливой, если народ не изнемогает от беспощадного труда. Так им легче управлять. Эти Фортуины – воплощение жестокости.
Лицо Абигайл стало суровым.
– Мне трудно поверить в твою историю.
Ханна притворно вскрикнула, изображая гнев.
– Что? Вам трудно поверить, что я не желаю работать на износ каждый день, когда есть способы лучше? Что я хочу, чтобы мои соседи больше ели?
– Скажи правду, – ласково попросила Абигайл. – Как такая молодая девушка узнала о нашем маленьком проекте?
– Все в Эмбрии знают, что здесь что-то происходит. – Ханна заговорила тише. – Поэтому принцессу решили выдать замуж за Руна Хайкрауна. Я уверена, вам это известно.
– Конечно. – Лицо Болдрика исказилось
