– Ты прекраснее, чем я тебя запомнил, милая Мэв. Его губы владели ее ртом, а пальцы расплетали косу, и он не удовлетворился, пока длинные огненные пряди не легли на белую простыню. Мэв выгибалась и стонала, а потом опять удивила его, сорвав с него тунику. Они прервали поцелуй лишь для того, чтобы швырнуть одежду на пол, и через миг их губы опять слились в сладострастии.
Он не мог вспомнить ничего более совершенного.
Когда она положила руки ему на грудь и ее пальцы принялись безжалостно играть его сосками, Кайрен окончательно потерял голову.
– Что ты со мной делаешь, Мэв?
Ее губы, целуя, двинулись к его уху, и она прошептала:
– Заставляю тебя чувствовать все то изумительное, что ты пробуждаешь во мне.
Сбросив сапоги, он встал коленями на матрас и начал освобождаться от штанов. Она помогала ему, гладила по спине, ягодицам, бедрам. Наконец остатки его одежды упали на пол, и он нагим лег рядом с женой.
Она потянулась к нему губами, и Кайрен незамедлительно ответил на поцелуй. Он хотел ее всю. Его руки бродили по ее телу, задерживаясь на плечах, упругих округлостях груди, нежном изгибе живота... мягких складках ее женственности.
Она была влажной, почти готовой, и крик Мэв призывал его к действию. Он раздвинул пальцами складки, нащупал розовый бутон, затвердевший от его ласк.
– Кайрен?
Вместо ответа он легонько коснулся бутона языком. Ее судорожный вздох побудил Кайрена сделать это снова. Потом он подхватил ее под ягодицы, развел ей бедра и, удостоверившись, что она ждет его, приступил к настоящей игре. Мэв вцепилась руками в простыню.
– Кайрен.
Он взял бутон в рот и начал посасывать, дразня языком вершинку, не останавливаясь до тех пор, пока не услышал громкий крик. Когда Мэв окатило волной удовольствия, ее бедра напряглись, вздрогнули, а потом расслабились. Радость, которую он ей доставил, еще больше возбудила его.
Кайрен снова лег рядом и улыбнулся.
– Ты выглядишь ужасно гордым собой, – хрипло сказала она.
– А ты выглядишь так, будто собираешься жаловаться.
– Грубиян, – засмеялась Мэв.
Она погладила его по спине, потом встала на колени и с решительным блеском в глазах склонилась над ним. Кайрен замер.
Ее рука скользнула по груди, опустилась вниз и обхватила твердую плоть. Наклонившись, она изучающе провела языком по бархатистой коже, и, открыв глаза, он увидел, что жена радостно улыбается. Чтобы дать мужу всю полноту ощущений, Мэв взяла в рот его чувствительную плоть.
Кайрену показалось, что он умер и находится в раю. Однако, невзирая на его крики, Мэв повторяла все снова и снова. Он чувствовал приближение экстаза, ему хотелось быть в ней, хотелось так, как никогда и ничего другого.
Схватив Мэв за плечи, он перевернулся и упал на матрас, подмяв ее под себя.
– Если ты собиралась убить меня, то нашла верный способ, – пробормотал он и вошел в нее одним несильным толчком.
Мэв приняла его, и он начал дюйм за дюймом овладевать ею.
– Это ты хочешь убить меня, – простонала она. Кайрен прикусил ей мочку уха.
– Давай попробуем вместе получить удовольствие.
– Да, – выкрикнула девушка, когда он стал все глубже вторгаться в ее лоно.
Его охватило безумие. Он жаждал добиться ее таким путем, слышать, как она снова и снова выкрикивает его имя, пока не потеряет голос, пока не сотрет из сознания воспоминания о ласках Квейда.
Он чувствовал, что уже близок к опасной черте, но стиснул зубы. Мэв напряглась и закричала. Кайрен ощутил, как ее лоно сжало его плоть, требуя завершения. В глазах у него потемнело, когда он сделал последнее движение. Экстаз медленно уступал место удовлетворению, за которым последовала такая слабость, что он, кажется, уже не мог шевельнуться.
Кайрен вдыхал запах ее кожи, слышал частые удары ее сердца, радовался совершенству их соединения и готов был поклясться, что никогда в жизни не испытывал ничего подобного.
– Теперь я вижу, ты действительно скучал по мне, пока был в Дублине.
Дублин. Ее слова охладили его пыл, вернув к реальности. Восторг исчез, сменившись дурным предчувствием.
Он пережил в ее объятиях украденные мгновения счастья. И как бы ему ни хотелось остановить их, это было бы в высшей степени нечестно. Теперь он должен сказать Мэв правду.
Кайрен сел, заставив себя посмотреть на нее, потом взял ее руки в свои.
– Да, я очень скучал. Но кое-что произошло, и я... я должен тебе объяснить.
Мэв нахмурилась. В ее взгляде мелькнуло беспокойство, смешанное с любопытством.
Он украл у нее последний поцелуй, зная, что за это она еще больше возненавидит его. Когда они наконец оторвались друг от друга, Кайрен ощутил боль утраты. Но он не мог промолчать о смерти О'Тула, она все равно скоро услышит об этом и придет в ярость.
– Был парламент, – начал Кайрен. – Они собирались встретиться в определенное время, но я не получил их сообщение.
Мэв виновато покраснела.
– Ты получила их письмо? – спросил он.
– Нет.
– Но тебе известна его судьба?
Мэв кивнула. Значит, как он и предполагал, его украл Флинн, а она, разумеется, не донесет на брата. Кайрен едва ли мог осуждать ее за то, что она защищает своего родственника. На ее месте он поступил бы так же.
– Парламент решал много вопросов.
Как ему выговорить эти слова? Как помягче сказать ей правду?
– Включая судьбу повстанцев? – испуганно спросила Мэв.
Он колебался, желая навсегда похоронить произошедшее в своей памяти.
– Квейд?
Ему не понравилось беспокойство, которое прозвучало в ее голосе и отразилось на лице, за судьбу другого мужчины, даже мертвого. Но ведь он все время знал, что, и выходя замуж, и деля с ним постель, Мэв всегда любила Квейда О'Тула.
Подавив гнев, он посмотрел ей в глаза и ответил:
– Казнен.
– Нет!
Лицо у нее сморщилось, она закрыла его руками и подтянула колени к груди.
Кайрен погладил ее по голове. Он не мог сказать, что сожалеет. В конце концов это война.
– Я понимаю, ты огорчилась.
Мэв подняла голову, по щекам у нее текли слезы.
– Ты! – яростно выкрикнула она, заворачиваясь в простыню. – Ты назначил ему смерть.
– У меня нет такой власти, Мэв. Я лишь голосовал, как все.
– Голосовал за смерть.
– Мы воюем. А на войне заключенных по обыкновению казнят. Остальные проголосовали до меня, поэтому мой отказ ничего бы не изменил.
– И ты ликовал, – презрительно фыркнула она.
– Нет, я...
– Конечно, да. Ты любишь битвы, кровь. Тебя это возбуждает. Ты радовался, когда он делал свой последний вдох?
– Нет.
Кайрен протянул к ней руку, но Мэв отскочила.
– Не прикасайся ко мне!
В глазах у нее мелькнул ужас, и она с такой яростью посмотрела на Кайрена, что ему показалось, будто лицо его обожгло пламенем.
