Похмелья не было. Учитывая ночные события, этому не стоило удивляться. Умылся, тщательно почистил тунику, привычно побрился бронзовой бритвой с мыльной пеной, почистил зубы специальной размочаленной деревяшкой с ароматизированным мелом. Кстати, неплохой зубной порошок. Античность — это вам не грязное Средневековье. Нет, земные аналогии для Геи в принципе неуместны.
Будить сладко спящего Андрея не стал, а направился прямиком в хозяйский дом к комнатам купца. Он принял предложение Леона и шел за своим бивнем. Пора съезжать и становиться гладиатором. Удачно сложилось, в последние дни как раз склонялся к этому решению. К сожалению, Андрей не обнаружил у Чика даже намека на «склонность к Силе». Магия отпадала. Несмотря на ироничный настрой к окружающему, который после сегодняшнего сна отбило начисто. Не судьба.
Дигон вставал рано. Непричесанный, в ночной рубашке (натуральный шелк, между прочим!), хмуро просматривал какие-то свитки. Внутри собственного особняка охрана не была предусмотрена, так что приход Чика для него оказался полнейшей неожиданностью.
— Доброго утра тебе, Дигон, и да хранят тебя боги! — поприветствовал Чик хозяина. Сказал и улыбнулся своей фирменной звериной улыбкой.
Как купца от испуга не хватил апоплексический удар, одним богам известно. Он схватился за сердце, побледнел и рухнул на стул. Сглотнул и, вытерев со лба холодный пот, кивнул и прохрипел:
— И-и т-тебя. Хранят. — Быстро взял себя в руки. — Ты чего это в такую рань? Завтрак еще не готов, когда приготовят — пригласят. Я приглашаю, там и поговорим. Ох и напугал ты меня!
— Любезный хозяин, я пришел поблагодарить тебя за гостеприимство. Богам угодно милосердие, и я благодарю тебя от всего сердца. — С этими словами низко поклонился купцу.
— Конечно, конечно, но давай после еды! Как ты говоришь, тебя… — Купец быстро смекнул, зачем пришел «гость», понял, что тот все «вспомнил», если забывал на самом деле.
— Я еще не назывался, но теперь настал момент. Благодаря Андрею я все вспомнил. Рус Четвертый мое имя, этруск, архей. Можешь не представляться в ответ.
Дигон и не собирался. Он лихорадочно прокручивал варианты «спасения бивней» и скрепя сердце решил пожертвовать энной суммой. Небольшой, этруски не умели торговаться. В реальности ни одного купца-этруска он просто не встречал, как и все его знакомые. А немногочисленные бродячие воины были простыми до неприличия. В то, что перед ним этруск, поверил мгновенно: такими вещами не шутят, особенно архейским достоинством. Ну и что, что ростом и сложением не вышел, — всяко бывает. Андрей с этой версией давно носился и оказался прав, шельмец!
— Увы, мне некогда ждать завтрака, — продолжил Чик, — я намерен немедленно покинуть твой гостеприимный дом. Искренняя благодарность тебе, безусловно, приятна, но я хотел бы оплатить свое проживание в твоем доме. Сколько ты хочешь?
— Ч-чего? — не понял купец. Резкая смена роли сбила его с колеи.
— Во сколько ты оцениваешь проезд в твоем караване и житье в твоем прекрасном флигеле?
— Э-э-э, чуть больше декады, точнее, тринадцать дней… кормежка… три гекты. Путешествие с караваном… дарки с ним, опустим. Это тебе подарок. Где твои деньги? — Дигон нашелся практически мгновенно.
— Тринадцать дней… три гекты… — Чик шептал вслух, но как бы про себя: нахмурив лоб, усиленно и медленно соображая: — Флигель… лежанка… служанки были? По-моему, нет… но послушай, — поднял голову и уставился чисто детским наивным взором, — в постоялом дворе «Гелион» вышло бы от силы полторы гекты. Это в хорошем номере. — Сведения исключительно от болтливого Андрея.
«Гелион» в нашем понимании — отель среднего класса, три звезды. Настоящих, европейских звезд с комплексом «все включено».
Купец скривился:
— Без ножа режешь, но так и быть, даже не стану торговаться. Где деньги, любезный Рус?
— Рус Четвертый, — поправил его Чик, — а деньги вложены в бивни ягодника. Или ты забыл? — и снова хищно улыбнулся.
В ответ на улыбку купец сник, но тут же обрадованно заулыбался:
— Какие бивни? У тебя до сих пор потеря памяти! Но так и быть, иди без оплаты. Это было простое гостеприимство, и не стоит благодарности, богам угодно милосердие! Да, одежду и кинжал оставь себе. Это мой подарок.
Во время этой речи Чик плавно сместился с поворотом назад. В дверях стоял верный Кеней, начальник охраны. Без меча, с кинжалом. Он тоже поразился, увидев оскал Чика, но самообладание не потерял.
— Доброе утро, Кеней. — Чик обратился к нему, как только замолчал купец. — Ты тоже не знаешь про бивни?
Охранник хмуро молчал, искоса поглядывая на хозяина.
— Кеней, выпроводи гостя со всей вежливостью, — отдал распоряжение Дигон.
Опытный воин быстро оценил ситуацию, и она ему не понравилась. Он видел утренние разминки «гостя» — так себе, ученические связки, но сейчас от его взгляда невольно бежали мурашки. Зверь. Крайне опасный зверь. Кеней, хвала богам, не сталкивался с засадником, но теперь готов был поклясться, что этот знаменитый хищник стоит перед ним. Но делать нечего, работа есть работа, только «со всей вежливостью» никак не получится. Начальник охраны медленно вытащил кинжал и плавно шагнул к противнику.
— Только не убивай, Кеней! — взвизгнул Дигон.
Но воин уже не слушал, отнесся к схватке со всей серьезностью.
Чик кинжала не вытащил. Он справедливо решил, что бой на кинжалах проиграет. Отдался рефлексам, а они выбрали… самбо. Пусть не чемпион, но первый юношеский имел. Схватка получилась очень короткой: сближение, свист кинжала, захват-залом, подсечка, падение и на удушающий. Удушающий не по-спортивному, но тренер показывал и кое-что из боевого арсенала.
Дигон успел заметить, как кинжал, сверкнув в опасной близости от Руса, вдруг отлетел в угол комнаты и два тела упали на пол. Этруск оказался сверху-боком и зажимал шею Кенея, да расположился так ловко, что тот никак не мог его сбросить. Охранник подергался несколько мгновений и стих. Рус быстро поднялся и сразу оказался рядом с купцом. Тому бы закричать, но… от холодного взгляда язык словно присох к глотке. Трусоват оказался за свою шкуру.
— Не переживай, честный купец Дигон, твой охранник жив, — сказал он совершенно спокойно, словно не было никакой борьбы, — сейчас мы пойдем за бивнями, и, так и быть, один я тебе продам за… сто гект. Из них и вычтем мое проживание. Хорошо?
Купец часто-часто закивал.
— Веди и не бойся, я никому не расскажу о тайнике, слово архея!
До Дигона дошло, что его не собираются убивать. Постепенно понял, что отличный бивень за сто гект практически подарок. Жаль, конечно, мысленно он уже обладал двумя, но бизнес есть бизнес — к потерям не привыкать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
